Сектант - Константин Костинов

Вышинский попытался помочь Кириллу, но в результате тот чуть было не грохнул бутыль с бензолом, озверел и еле сдержался, чтобы не послать доброго начальника по матушке. Сергей решил заняться другими делами. Например, поспать.

Сон для него был по-настоящему серьезным делом. Сегодня прошла бессонная ночь, и завтра его ждет еще одна. Навряд ли господа бандиты спокойно отнесутся к такому категоричному отказу в сотрудничестве, как нож в горле одного из своих. Кстати, финку утащили вместе с телом… Следует ожидать еще одного визита, уже с оружием и спичками. Значит, нужно подготовиться.

Сергею снилась Катя. Или Зоя. Девушки постоянно менялись местами, перед его глазами мелькали то рыжие волосы, то черная прическа, то загорелая кожа библиотекарши, то светлая – комсомолки. Неизменным оставался только ярко-алый купальник. Вот девушка наклонилась к лицу Сергея, горячее дыхание обжигало, но чертовка дразнилась и не хотела целовать. Он рванулся, обхватывая тонкую шею и впиваясь губами…

Резко проснулся. Леночка метнулась в сторону, закрывая рот ладошкой. Ой, кошмар…

– Лена, что случилось?

– Н-нет, ничего… – Девочка глубоко вздохнула, успокаиваясь. – Я забыла. Ко мне сегодня подошел дяденька и попросил передать вам записку. Вот.

На изрядно помятом клочке бумаги, явно вырванном из школьной тетради в клетку, было нацарапано: «Длинный, за Максима тебя прощаем, но теперь ты нам должен. Будешь платить каждую неделю по пять тысяч, иначе прогоришь. Первый платеж – сегодня до вечера. Стуканешь ментам – хана».

Ну что ж, намек более чем прозрачный.

– Леночка, а дяденька не говорил, когда он хочет получить ответ?

– Нет, – замотала косичкой девочка. – Просто сказал отдать, и все.

Понятно. Значит, нужно ждать гостей. До вечера. А потом – ночью. Платить Сергей не собирался.

Пропал сон… Нужно пойти к Камову, вдруг тот разнюхал что-нибудь интересное. Или подскажет, как действовать…

* * *

Камов пропал.

Сергей расстроенно стоял у запертой двери комнаты. Соседи сказали ему, что не видели старого полицейского уже два дня. Раньше он так надолго не исчезал. И комната закрыта…

Если бы можно было заглянуть внутрь, Сергей бы сообразил, исчез ли Камов сам или его «исчезли». Если он напоролся во время своего расследования на что-нибудь опасное и… пострадал, то в комнате должны были остаться личные вещи вроде бритвы и зубной щетки, которые он непременно прихватил бы с собой, если бы просто решил уехать куда-то на пару дней.

Мысль о том, что случись Камову уехать по собственной доброй воле, тот сначала взял бы деньги, которые обещал ему Сергей, приходилось отгонять.

Все же Сергей как-то привязался к старому шаману, несмотря на его выпивки и своеобразие. Даже волчью морду Сергей дано забыл.

Что же случилось со стариком?

Думать о плохом не хотелось…

* * *

Уходя от дома Камова, Сергей вспомнил о том, что сегодня пятница. А в пятницу на «Металлисте» ему обещали сделать оборудование для изготовления шариков. Точно! С бандитскими разборками он совсем забыл про это.

Чтобы дотащить заказанное до мастерской, пришлось искать ломовика: всего было восемь мест и каждое весило килограммов сто. Ну, пятьдесят точно. На толстых кованых станинах, массивные. В точности советское качество – «сделано на века».

Отвлекать Кирилла от работы Сергей не стал, поэтому взялся перетаскивать оборудование в мастерскую лично. Свою ошибку в расчете собственных сил Сергей понял уже на третьем заходе, однако гордость не позволила просить о помощи, поэтому после окончания разгрузки (большая часть поместилась на том самом столе), он мог только упасть на кровать в комнатушке.

Спина ныла, как воспаленный зуб. Хотелось лежать, лежать, лежать…

Через пять минут Сергей встал и отправился разбираться с оборудованием. За тебя никто не сделает.

Итак… Это, с длинной ручкой, – резак, для отхватывания от проволоки (кстати, вот она, метровый отрезок) кусочков необходимого размера. Вот это, с точно такой же ручкой, – пуансон, для штампования заготовок для шариков… Или нет? Или это резак?

Сергей перевел взгляд с одного приспособления на другое, с виду точно такое же, и обратно. Так, вот резак. А вот пуансон. Дальше.

Попробуем… Для начала разделаем проволоку на кусочки.

Как оказалось, отщипнуть даже сотню кусочков – задача с непривычки нелегкая. Сотню раз поднять и опустить тяжелую рукоять – после этого плечо просто заныло. Сергей из принципа сделал двести кусочков, после чего засыпал их в воронку пуансона и отправился перекурить.

* * *

– Эй, Длинный, – послышался громкий шепот от калитки. Сергей отбросил окурок и присмотрелся.

В калитке торчала физиономия Промокашки – того самого шкета, который пытался наняться к нему в мастерскую в самом начале.

Длинный, значит… Правильно сообразил тогда, что его не взял.

– Ты записку получил?

– Ну получил, – лениво проговорил Сергей, левой рукой нашаривая ручку финки, заткнутой за пояс.

– Ответ?

Бац! Шкет шарахнулся: в столбе калитки дрожал впившийся нож.

– Ответ.

Пацан исподлобья взглянул на Сергея:

– Ну погоди…

– Максим тоже грозился. Хочешь ему привет передать?

Шкет бессильно выматерился, выдернул финку и исчез.

Сергей прислонился к косяку. Роль крутого и жестокого убийцы давалась ему ой как нелегко.

Без нагана не выходить даже в туалет.

* * *

После разговора с Промокашкой Сергей отправился на рынок: у него кончилось масло для смазки револьвера, нужно было прикупить еще пару ножей – если каждый уголовник будет уносить с собой по одному, то не напасешься – и так, по мелочи.

Масло ему налили в забавный пузырек со стеклянной, плотно притертой пробкой. Сергей прикупил его у мальчишки, который торговал разложенной на ящике всякой всячиной: пустыми флакончиками, гильзами, пробками, поплавками, пустыми консервными банками… Там же Сергей нашел пузырек с завинчивающейся крышкой. Шарики, когда они будут сделаны, нужно в чем-то хранить.

Уже на выходе с рынка ему обожгла спину мысль о том, что в базарной толчее ему легко могли сунуть острую спицу в сердце, и поди пойми, отчего вдруг упал молодой парень в джинсовом костюме. Нет человека – нет проблемы.

К счастью, бандитам эта идея в голову не пришла. Или они за ним не следили.

* * *

Тарахтела машинка-прокатка, превращая грубые кусочки проволоки в не менее грубые черные шарики…

На пластине нагревателя шарики начинают светиться ярко-красным светом под пламенем горелки и тут же сбрасываются скребком в охлаждающую ванночку с водой…