Сердце тени. Том 2 - Екатерина Стадникова

Времени на догадки оставалось все меньше и меньше, потому что девочка уже слышала приближающиеся шаги. Наконец, в двери палаты негромко постучали.

– Войдите. – Эмьюз села в постели, набросив на плечи вязаную пушистую шаль, подаренную карликами.

Ее голос действительно больше не звучал гнусаво, да и кашель почти пропал.

Сердечко так и затрепетало в груди, когда Эмьюз поняла, кто решил навестить ее сегодня. Клаус как-то изменился: любая другая не заметила бы, но не влюбленная Тень. Мальчишка улыбался, только в уголках его глаз пряталась необъяснимая тоска.

– Где ты провел столько времени? – без предисловий начала Эмьюз.

– В разных малоинтересных местах. Наименее секретное из них – учебный центр для связных, – охотно пояснил тот. – А чем занималась ты?

– Болела, – мрачно отозвалась девочка.

Откуда ни возьмись проклюнулась обида. Тень ощущала неуверенность собеседника, но списывала ее на осознание вины. Сначала неуклюжие разговоры о нежных чувствах, а потом исчезновение на месяц!

– Нельзя было написать мне письмо? Хоть коротенькое? – гневная реплика вырвалась сама собой.

– Сроду писем не писал, и едва ли из этого бы вышло что-то действительно хорошее, – возразил Клаус. – Я бы зашел в другой раз, когда тебя посетит миролюбивое настроение, но, боюсь, не могу ждать. Мне еще нужно успеть сдать два экзамена досрочно и улететь Звездным в ночь. Давай сэкономим слова, и ты меня просто треснешь, а потом поговорим нормально?

– Дельное предложение, но, пожалуй, откажусь. – Раздражение схлынуло.

Он осторожно присел на краешек кровати.

– Жаль, что меня отпустили всего на несколько дней, которые приходится тратить на дорогу. – Клаус отвел взгляд. – Я обязательно вернусь, правда.

– Обещаешь? – Эмьюз робко взяла мальчика за руку.

– Клянусь! – горячо отозвался тот. – А сейчас, позволь мне вылечить твою… простуду.

– И как же? – Тень наморщила нос. – Вот Флоранс уже неделю с ней воюет, пока счет равный.

– Ну, то она. – Клаус криво усмехнулся. – Сомневаешься в способностях моего деда?

– Ни на секунду! – заверила Эмьюз.

Тогда он извлек из кармана крошечную склянку и наполнил стакан, стоявший на тумбочке, водой из графина.

– Лучше не говорить ни о чем Гейл. Знаешь же, как она относится ко всем незнакомым методам. – Клаус откупорил склянку. – Не хочу, чтобы эта женщина снова оскорбила господина Отто.

– Конечно. – Тень наблюдала, как густые, почти черные капли растворяются в прозрачной жидкости, окрашивая ее в изумрудно-зеленый.

– Я поухаживаю? – Не дожидаясь ответа, мальчик сам поднес стакан к губам Эмьюз. – Пей.

«Почему не у всех лекарств такой приятный вкус и запах?», – думала мисс Варлоу.

– У тебя рука дрожит, – заметила девочка. – Давай, я сама?

– Не отвлекайся, – мягко попросил Клаус. – Ты должна принять все до последней капли. Ваша Флоранс может наведаться сюда в любую минуту. Нам не нужен скандал.

Эмьюз послушно осушила стакан несколькими глотками и облизнула губы.

– И что теперь? – поинтересовалась она. – Что делать с гадкими микстурами, которые здесь заставляют пить?

– То же, что и всегда. – Мальчик сполоснул стакан и вылил остатки в кадку с геранью на подоконнике. – Вреда не будет, а Гейл ничего не заподозрит.

– Уже уходишь? – Сердце больно сжалось.

– Мне нужно поймать двух экзаменаторов, чтобы убедить выслушать и оценить меня, – он виновато улыбнулся. – Лучше удачи пожелай. От успеха будет многое зависеть.

– Ты справишься! – Эмьюз ни во что не верила так сильно, как в это.

Она кошкой выскользнула из-под одеяла и, прежде чем Клаус успел опомниться, заключила мальчика в объятья.

– Забери всю мою удачу, пусть странная, но пригодится обязательно! – прошептала Тень.

– Не стой босиком! Никакое лечение не пойдет впрок, если вести себя неправильно! – Он дождался, пока Эмьюз вернется в постель, махнул рукой на прощанье и покинул палату.

Через пару дней она действительно выздоровела. В глубине души мисс Варлоу надеялась, что упрямый мальчишка все же пересилит себя и напишет ей хоть пару строк, но чуда не случилось.

Эмьюз упаковала злосчастное платье и затолкала поглубже в Синего, чтобы не видеть как можно дольше. Росарио отказалась возвращать подарок портнихе. «Расстраивать Марту? Без меня, пожалуйста», – отрезала она. – «Вот заглянем к ней в следующий раз, и ты сама все объяснишь. Если к тому моменту не передумаешь, конечно».

Наконец-то выпал настоящий снег, который вовсе не собирался таять. Он ровными шапками лежал на крышах, поблескивая в свете фонарей. Студентам выдали меховые подкладки для форменных мантий, и липовые близнецы немедленно устроили из этого шоу. Мальчишки вывернули их наизнанку, напялили на себя и все выходные изображали оборотней. Ходили слухи, что шуты до полусмерти напугали кого-то из особо впечатлительных первокурсников. Концерт прекратился, когда Конор пообещал лично подвесить возмутителей спокойствия за ноги прямо в гостиной. В общежитиях сразу воцарились мир и покой.

Учебная неделя, обещавшая быть такой же, как все остальные, обманула ожидания прямо с понедельника. Обе Тени нашли на своих тумбочках одинаковые уведомления в запечатанных конвертах.

– Что бы это могло значить? – Лют придирчиво взвесила свой на ладонях.

– Вскрой и посмотри, – зевнула Эмьюз.

– Страшно. – Белобрысая девочка пригладила взъерошенные со сна волосы. – Ты первая.

– Чего проще? – пожала плечами та.

Внутри обнаружилась официальная бумага, предписывающая явиться в полдень на прием к ректору. Содержимое конверта Лют ничем принципиально не отличалось.

– Значит, на историю Ордена не идем! – обрадовалась она.

– Тут больше заботит причина… Меня еще никуда не вызывали письмом, – нахмурилась мисс Варлоу.

Девочки сильнее насторожились, когда вместо Тангла первой парой поставили Алхимию, которой никогда не было по понедельникам.

– Думаешь, это из-за нас? – шепотом спросила Лют.

– Скоро узнаем.

Эмьюз всерьез боялась, что дело в странном лекарстве, которое дал Клаус. «Вдруг Гейл как-то узнала? Теперь Финн вызывает к себе для разбирательства», – по спине пробежал холодок. – «Зачем тогда Фьюри? Чтобы было совсем стыдно? И Тангл пропал».

Сильнейшее оружие против страха – имитация бесстрашия.

– Мы не заблудимся? – Лют крепко держала подругу за руку. – Я не помню дорогу.

– Я помню.

Эмьюз вышагивала так, точно проглотила швабру. От напряжения ныла спина, но на вторую Тень подобное поведение явно производило впечатление.