Спасение из ада - Юрий Иванович

– Понимаешь, – с вдохновением рассказывал Дмитрий, – у этих детей и так тяжелое детство. Учиться здесь невероятно сложно, и программы для тринадцатилетних подростков сродни некоторым медицинским университетам. И студиозам просто необходима разрядка. Иначе… иначе бы они весь замок разнесли вдребезги.

– Хи-хи! – не сдержалась висящая на его локте супруга. – Мне Бригита рассказывала, что уже пару раз до полного разрушения оставалось всего чуть-чуть.

– Как видишь, все цело!

Словно в издевку над его словами, полными оптимизма, где-то в конце длинного коридора что-то грохнуло, разбиваясь, по всей видимости, вдребезги. А после короткой тишины оттуда же донесся топот разбегающихся ног и угрожающие выкрики служанок. Кажется, они теперь не скоро отпустят виновников.

– Подумаешь, – философски пожал плечами граф. – Любой предмет можно сделать заново. Вот пусть и учатся восстанавливать испорченное. Тоже пригодится в жизни.

Александре очень захотелось прижаться к Дмитрию и шептать ему на ухо, что он гений, талант, бог и прочая, прочая… но присутствие детей до сих пор ее смущало. Поэтому она продолжила разговор:

– А те дети, которым ты помогал попасть к хорошим опекунам, тоже здесь?

– Ты сомневаешься? Скоро я тебе их покажу.

– Нисколько не сомневаюсь.

– Да? А вот на меня сомнения обрушились! – признался Торговец. – Там ведь, на Земле, скандал разрастается по поводу этих детей. Надо будет в ближайшее время что-то придумать и как-то успокоить общественность. Еще и опекунов здесь добрая треть собралась, воспользовавшись временным приглашением с моей стороны.

– Как же ты скандал уладишь?

– Да есть пара задумок. Но опять-таки нужно время и мое личное появление на Земле.

– Я с тобой! – немедленно отозвалась Шура.

– Только без паники, я еще никуда не отправляюсь.

– Знаю я тебя! Да и многие женихи перед самой свадьбой сбегают, – почти непритворно вздохнула девушка.

– А при чем тут свадьба, если ты и так уже моя супруга? Я ведь тебя сюда на руках принес! – возмущался Светозаров, включаясь в шутливую игру слов.

– Это ты только утверждаешь. Я ведь ничего не видела и не помню. Так что, пока первую свадьбу или венчание не устроим, я тебя больше от себя не отпущу.

– Да… вот я и влип! – горевал граф с радостной улыбкой на лице. – А ты что, и в самом деле хочешь венчание?

– Ну… что-то в этом роде.

– Конкретный храм? Или церковь?

– Да нет, это сплошное мракобесие. А вот от небольшой часовенки с древними стенами не отказалась бы. И скромненько, но с чувством.

– И обязательно на Земле?

– Конечно. Мы ведь там с тобой родились и выросли, – с убеждением говорила Александра, уже давно перешедшая на серьезный тон. – Так что чем скорее мы там хоть любой обряд пройдем, тем скорее я обрету твердую почву под ногами. – Она опять перешла на шутливый тон. – И тем более не буду опасаться твоего побега. Есть у тебя такое местечко на примете, господин граф?

Тот немного подумал и кивнул:

– Конечно.

– Тогда отправляемся немедленно! – потребовала готовая на все невеста.

Жениху ничего не оставалось делать, как после озабоченного кряхтения и подсчета своих внутренних ресурсов согласиться:

– Ладно, Деймонд еще пару часов может и подождать. А мы за полчаса вполне справимся. – Заметив разочарование на лице любимой, поспешно добавил: – Ну уж за целый час точно уложимся.

И они, счастливые, поспешили в зал с самым удобным межмирским створом.

Отец Клод уже поднимался в свой кабинет, расположенный на высшей точке монастыря, когда его чуть не сбил несущийся ему навстречу монах:

– Там по дороге приближаются двое! Один из них – господин Светозаров!

– Интересно! – Настоятель пружинисто прошел к столу с экранами и сам стал присматриваться: – Точно! И на этот раз пешком. – Затем включил переговорное устройство, связывающее с часовым возле главных ворот: – Впустите дорогих гостей!

Теперь вокруг монастыря раскинулась целая система сигнальных устройств и видеонаблюдения. В любое время суток братия оповещалась о нежелательных гостях и готова была к отражению неприятностей. Недавнее нападение превратило мирную, далекую от всех треволнений жизни обитель в военизированный бастион. А вызванные из ближайшего поселка работники продолжали интенсивно поднимать уровень окружающих стен и устанавливать металлические решетки на окна. Подобная деятельность сразу бросилась в глаза и гостям.

– Однако! Вы тут вскоре любую осаду сможете выдержать! – похвалил Торговец после взаимных приветствий.

– Все братья поддержали мои предложения по укреплению нашей безопасности, – похвастался отец Клод. – Так что теперь о наш кулак попортят лица любые бандиты.

– А неприятных последствий после визита предыдущих бандитов не было?

– Пока все под контролем! – Настоятель хитро подмигнул. – Ну а вы с чем пожаловали? Мы специально для подобных случаев уникальным вином запаслись.

– Да нет, мы к вам с более возвышенными целями. Вот, прошу любить и жаловать, моя супруга Александра. – После взаимных поклонов продолжил: – Но мы бы хотели скрепить наш брак и неким символическим венчанием. Если можно, в вашей часовне, и если не трудно, то с вашим благословением.

– В любое время дня и ночи! – без секундного раздумья ответил монах и сразу сделал приглашающий жест рукой: – Прошу за мной! – А своему помощнику, стоящему рядом, добавил: – Пусть все свободные братья соберутся в часовне. Проводим обряд венчания.

Часовня и в самом деле оказалась именно такой, о какой мечталось Александре. Основательная, таинственная, дышащая древностью прошедших веков и вызывающая искренний трепет перед делом рук человеческих. Никакого лишнего убранства или кичливой позолоты внутри, никаких разрисованных досок с вымышленными кумирами или придуманными истуканами на стенах. Да и никаких иных свидетельств религиозного дурмана.

– Потрясающе! – вынесла свой благолепный вердикт девушка. – Я бы сама лучшего места не нашла.

Стоило видеть, насколько стало счастливым лицо настоятеля после такой откровенной похвалы. Он степенными жестами распределил входящих братьев вокруг себя и молодой пары и без долгих проволочек приступил к обряду. Суть всего бракосочетания свелась к наставлениям жить с добром; верить друг другу и уважать свою вторую половину; как самое святое оберегать возникшее между ними чувство и не забывать о священном долге каждой семьи по продолжению рода человеческого.

В финале своей речи отец Клод весьма искусно привел доводы, высказывания великих мудрецов и умников мира в пользу совместного проживания, пожелал радости и счастья. А потом стало понятно, зачем здесь собрались и все остальные монахи.