Обратный отсчёт - Константин Бояндин

Чтобы остальные — уже побывавшие здесь — стали связными, потребуется немало времени. Пока даже невозможно сказать, сколько.

— Мне вот интересно, почему Шеф сумел попасть сюда, — задумчиво сказал Док. — У него-то откуда иммунитет? И у Мишеля Леруа, кстати тоже. Оба даже не чихнули, когда перенеслись сюда. Почему?

— Да, загадка, — согласился Травматург. — Но приносить сюда посторонних… — Он задумался. — Лучше не пробовать. Крис, что у нас?

— Чисто, — подтвердил Парсонс, уже в который раз запуская внутрь робота-разведчика. — Безопасно, насколько можно судить по мониторам. Биологический робот тоже не отметил вредоносной активности. Можно входить. И не забудьте — все мониторы включить! Мишель ждёт сигнала, если что, другой помощи можем не дождаться.

Мишель Леруа, второй из Видящих Конторы со стихией телепортации, почти сутки провёл здесь — и сейчас отсыпался где-то неподалёку, под охраной, естественно.

— То есть можно привозить их сюда? — поинтересовался Док, спускаясь, вслед за Парсонсом, в «тайную комнату». Травматург шёл следом.

— Можно. Но есть важная деталь. Этот люк замыкает конфигурацию, — указал Крис им за спину. — Закроете — комната будет полностью изолирована от любого обмена. Я уже проверял — действует как клетка Фарадея. Полная изоляция, от инфракрасного излучения до рентгеновских лучей. Собственно, были гипотезы, что «дымка» такой рекурсии сможет полностью отсекать мировые линии. Так и есть, похоже.

Остальные двое переглянулись. Мировые линии отсечены — значит, внутри помещения будут работать только те номограммы, что запущены изнутри. Нет возможности влиять на вероятности процессов снаружи — нет никакого информационного обмена.

— Теплового обмена тоже не будет, — сказал Док полувопросительно. Крис кивнул.

— Верно. Время от времени нужно будет открывать люк — иначе температура будет постепенно повышаться. И ещё: я не уверен, что наш допуск в эту «дымку» выдан навсегда. Пока люк закрыт, «дымка» будет действовать и на нас — я пока не могу оценить, насколько сильно. Мы впервые видим номограмму такой мощности.

— Боюсь, не в последний, — почесал в затылке Травматург. — Ладно. Что по двойнику Шефа и Груздевой?

— Если биологические образцы верны, то у них нет допуска. Трижды проверил.

— Хоть какие-то приятные новости, — согласился Док. — Ладно, тогда запускаем оборудование. Крис, нужно поставить кондиционирование — так, чтобы можно было закрывать и открывать люк, и не подключать всё вручную. Ну и энергоснабжение. Есть идеи?

* * *

Агата посмотрела на часы — полтора часа до появления обоих мужчин. Есть время соорудить достойный завтрак. Это занятие ощутимо успокоило — расследование происшествия ещё идёт, но водитель «Лексуса» в коме, выжил чудом — когда удастся допросить его, неизвестно. А все свидетели сходятся в одном: автомобиль возник как будто из ниоткуда. И ни одна камера не зафиксировала появления машины!

Покушение?

Эта мысль всё ещё не давала покоя. Агата поставила готовый пирог в духовку — как раз к приезду, если на шоссе пробок не будет. Что ж, пора окончательно успокоиться — предстоит рассказать столько небывалого, что не по себе.

И те две надписи, и замаскированные датчики. Пока неясно, кто и когда их установил, все записи, до которых успел добраться «Аргус», либо подчищены, либо не содержат ничего интересного. И ведь прямо у нас под носом!

Стоп, а кто, кроме своих, имеет подобного рода доступ? И почему кажется, что здесь покопался кто-то из своих, из самых близких? Агата помотала головой. Только с ума сходить не нужно — зачем это Диме или Мише?

* * *

— Мы изолировали поражённый участок, — указала Дана на карту. — Сейчас здесь действует такая же защита, как и дома у Шаэрран.

— Асимптотическая деформация? — предположила Лаки и Дана с Кысью кивнули, на лице Мари явно читалось одобрение.

До появления Кыси асимптотическая деформация, она же «свёртка зазеркалья», считалась исключительно теоретическим конструктом. Говоря простыми словами: до человека или что бы там ни было в центре такой деформации, невозможно добраться — пространство словно растягивается. Долго спорили, можно ли считать дом Кыси в Помещении центром такой деформации, пока не подтвердили, что свет приходит оттуда с задержкой минимум в полторы секунды — для максимально удалённого наблюдателя, то есть от стены Помещения. Получается, эффективная дистанция — четыреста пятьдесят тысяч километров. Как такое возможно, откуда столько энергии на подобный трюк, и почему человека не дробит на атомы, когда Кысь открывает проход в своей защите — тоже неясно. Понятно, почему бесполезно было стрелять в неё: пули просто не долетают, успевают упасть.

И она это умеет делать в любой момент, подумала Лаки, вспомнив свой с Вадимом визит в синтезированную реальность — в момент, когда Дана Бойко попыталась утопиться. Мы сами видели — пули, лежащие у её ног. С ума сойти!

Она встретилась взглядом с Кысью, и та кивнула с серьёзным видом. «Извини», услышала Лаки тотчас её голос прямо в голове. «Я нечаянно». Лаки не выдержала, рассмеялась. Остальные посмотрели на неё с недоумением.

— Простите, — сказала Лаки. — Мы увлеклись, чуть-чуть пообщались мысленно. — Мари кивнула и прикрыла ладонями лицо — на пару секунд. Так и не отучилась от этого детского жеста — «простите, мне стыдно». — Насколько сильна деформация, как долго идти?

— Шаэрран пока сделала полторы сотни километров, — пояснила Дана. — Мы помогли Пандо расселиться на новой территории. И эта его часть полностью изолирована от поражённой, корневые системы на расстоянии не менее ста метров.

Магна присвистнула.

— Но потом что делать? — поинтересовалась она. — Вы растянули пространство — кстати, классный трюк! — а потом что с ним делать? Если я помню физику, то всё, что вы добавили туда, будет уничтожено, когда деформацию отменят.

— Я перенесу лес в безопасное место, — сказала Мари. — Ничто живое не пострадает.

— Не могу представить такое, — помотала Магна головой, — но ладно, верю. Всё равно в голове не укладывается, откуда взялось столько пространства, и где всё это на самом деле помещается.

Лаки подёргала Магну за рукав, и та кивнула: поняла, умолкаю.

— Я думаю, Шаэрран поможет нам всё это понять, — добавил Шеф. — Кто кроме вас, Шаэрран, умеет открывать проход в зоне деформации?

Мари посмотрела в глаза Лаки.

— Она предпочитает, чтобы мы обращались к ней «Мари», или «Кысь», — пояснила Лаки.

— Принято, — кивнул Шеф. — Мари, кто, кроме вас умеет управлять здешней деформацией?

Мари оглянулась, и указала рукой на Дану и Иоану.

— С их разрешения я могу научить одного из вас, — добавила она. — Выберите сами.

— Лаки, соглашайся, — подёргала Магна её за рукав. — Тебе проще со всеми ними общаться, чем нам. Лаки? Что случилось?