Месть прошлого - Екатерина Гичко

Друзья глумливо заржали над отшатнувшимся парнем.

– Ну удивила так удивила, – Шидай с восхищением прицокнул. – Майяри, ты где таких друзей находишь? Каждый по-своему особенный. Вас притягивает, что ли, друг к другу?

– Майяри ещё у нас самая приличная, – Лирой с гордостью посмотрел на подругу.

– Да? – удивился Шидай.

– Вы сомневаетесь в чести девушки? – грозно воззрился на него Мадиш.

– Дорогой мой мальчик, – лекарь ласково приобнял его за плечи, – я с ней в одном доме живу. И она к зиме собирается выйти замуж за моего сына.

– Как за вашего сына? – обалдел парень. – Но ведь же ха… Нет, ну мы думали… У вас ещё и сын есть?

– Конечно, есть! Воспитанный хозяйственный оборотень.

Брови Майяри озадаченно приподнялись. Это харен-то хозяйственный?

– А в вашей банде пополнение? – Шидай отпихнул Мадиша и с заинтересованным видом протиснулся мимо неохотно посторонившегося Эдара к Лирке. Не успела девушка опомниться, как её подбородок поймали сильные пальцы, и лекарь уставился на её шрам. – У-у-у, красота какая. Деревом? Ветками? Зудит? Убрать надо. Майяри, ты уж займись. И свои руки заодно приведи в порядок.

– Но-но-но, что всё наших девчонок лапаете? – Мадиш решительно втиснулся перед Лиркой, опять забирая себе всё внимание лекаря.

– Майяри, у него на меня зуб. Не переживай, щенок, я просто посмотрел. Убедился, что больше ничего не упустил. Нет, ну удивила, удивила…

Род окончательно стушевалась и спряталась за спину Лироя.

– Пойду-ка я навещу старых друзей. Очень уж хочется перекинуться парочкой слов с Дагреном. Да и к Резверу загляну, оправдаюсь за невестку, – оборотень подмигнул Майяри. – Развлекайся.

Та фыркнула и проводила лекаря тоскливым взглядом.

Ей так хотелось к господину Ранхашу. Если бы не охрана – сбежала бы в сыск.

Стоило лекарю отойти достаточно далеко, как Мадиш за локоть дёрнул Род к себе и с нажимом прошипел:

– Живо назвала своё настоящее имя!

– Ещё чего! – моментально взвилась та.

– Всякие старики-извращенцы знают, а мы, лучшие друзья, не знаем! Майяри, ты знаешь? – та отрицательно мотнула головой. – Живо признавайся, иначе уши откручу!

– Да иди ты к Хрибному в задницу! Тебя бы так родители назвали, ты бы вообще себе язык откусил.

– Майяри, ты слышала?!

Майяри с уважением относилась к чужим тайнам, если это не тайны харена или господина Шидая. Тем более ей тоже не нравилось её настоящее имя.

– Оставь её в покое. Спросишь у мастера Дагрена. Мы уже на занятия опаздываем.

– Не опаздываем, – отозвался Лирой.

– Тебе всё-таки стоило бы показываться в школе чаще, – Мадиш ненадолго отвлёкся от выкручивания ушей Род. – Сегодня, завтра, после- и послепослезавтра у нас нет занятий. Подготовка к первым состязаниям и приём участников из других школ.

– Сегодня нам всем к мастеру Илишу, – Лирка решительно оттеснила Мадиша от Род. – Через два часа. А завтра к мастеру Резверу.

– Послезавтра тоже к нему, – Род печально потёрла истерзанные уши. – Первый этап состязаний на боевой подготовке завязан. Физической, без магии. Так что он обещал нас угробить ещё до начала соревнований. Майяри, вот только попробуй не явиться на состязание! Я убью тебя и взорву твой трепетно обожаемый сыск!

– Трепетно там обожаем явно не сыск… – рискнул заметить Лирой.

– Кстати, о сыске. Майяри, что это ещё за сын? – Мадиш требовательно уставился на подругу. – Я уже Виидашу написал, что ты за харена выходишь.

– Что? – девушка помертвела.

Виидашу? Как он мог написать такое Виидашу? Виидашу, которого из-за неё постигло такое горе? Каково ему знать, что она счастлива? Она – причина его несчастья.

– Да не отправил я, не отправил, – Мадиш опасливо отступил. – Написал только.

– Боги, ты идиот! – раздражённо прошипела подруга.

– Могла бы и сама хоть раз ему написать, – укорил парень, – а то только я и пишу.

– И он отвечает? – Майяри взглянула на него с затаённым страхом.

– Ну… можно и так сказать. Одна-две строчки. «Здравствуйте. У меня всё хорошо».

– Но ты мне не говорил…

– А ты в школе показываешься? Майяри, если ты со своими пропусками перейдёшь на пятый год, это будет нечестно.

– Ты смотри, какую песню завёл, – Эдар ехидно взглянул на друга.

– Примеряется к почтенному званию мастера, – поддержал его Лирой. – Ты представляешь, что тут с ним произошло? Помнишь ту шутку, что он провернул с кабинетом мастера Пийша? Ну, когда вся мебель на потолке оказалась? Эту же шуточку он сподобился наложить на кабинет мастера Аврезия, а расхлёбывать её мастеру Илишу поручили. Тот как-то сподобился догадаться, чьих рук это дело, и тут такое началось…

– Мастер гонял его задницу по всей школе, пока Лирка их не разогнала, – Род с гордостью посмотрела на потупившуюся подругу.

– Ну это кто кого ещё гонял… – фыркнул Мадиш.

– Короче, мастер Илиш настоял, чтобы Мадиша отдали ему в личные ученики, – подвёл заключение Эдар. – Мол, чтоб обезопасить от этого неуча окружающих и сделать его учем. Ещё и настоял, чтобы после завершения боевого отделения он прошёл обучение на отделении артефактологии. Уже и письмо отцу написали.

– Не думаю, что он откажет, – тоскливо выдохнул Мадиш.

– Так что быть нашему Мадишу учёным мужем, – Эдар с хохотом похлопал друга по спине.

– Если мастер Илиш меня раньше не сожрёт…

– Тебя не жалко, – мстительно прошипела Род. – Майяри, этот двухголовый на нашу Лирку глаз положил!

– Кто? – не поняла та.

– Да нет же… – попыталась встрять Лирка.

– Ещё как да! Эти его вчерашние ласковые улыбочки, – Род выразительно скривилась и передразнила: – Госпожа Лирка, поражён вашей отвагой и решительностью. Почаще проявляйте эти таланты на моих занятиях. Ржавый недодракон! Нет, Майяри, они точно здесь все в сговоре и сотворят что угодно, лишь бы женщина не закончила боевое отделение! Вот мастер Илиш женится на Лирке и заставит её бросить боевое и уйти на артефактологию.

– Да не нравлюсь я ему! – вспылила покрасневшая девушка.

– Ещё как нравишься! Ой, Майяри, ты бы видела её в зверином облике, – Род расплылась в широкой улыбке. – Мех – во! Лапы – во! Башка – во! А сколько в ней той красоты… Килограмм на триста!

Майяри прыснула и наконец почувствовала, что её покидает напряжение. В душе вновь появилась лёгкость – нечастая гостья, – дурные мысли улетучились, и она ощутила, что на улице пахнет весной. Сладкий запах пробуждающейся жизни бальзамом пролился на истерзанное любовным страхом сердце, и Майяри вспомнила ночь. Вспомнила, как лежала рядом с хареном, смотрела на его залитое лунным светом лицо и нежно, не торопясь, гладила обнажённые плечи и грудь, трогала волосы, целовала приоткрытые губы. И совершенно не испугалась, когда он открыл глаза. Только замерла, с томительным ожиданием смотря на его лицо. Вряд ли он был всё ещё пьян. Лунный луч скользнул по ресницам, и харен сам подался к ней и поцеловал. Совсем легко смял губы, нежно-нежно, мягко-мягко, и прижал к себе.