Кукушка - Дмитрий Скирюк

— Да ты прямо проповедник! — сказал он. — Может, ты выбрал не ту стезю?

— Я выбрал то, что выбрал, и это тебя не касается, — проворчал «Шнырь» и подался вперёд, чтоб заглянуть Андерсону в глаза. — Я бы остался травником, но что толку, если все мои усилия не стоили ломаного гроша? Когда бы треть... или четверть... да что я говорю! — когда хотя бы сотая часть травников, аптекарей и прочих хоть немного разбиралась в составлении лекарств, а не дурила головы больным, продавая им то порошок из костей жабы, то помёт козы под видом болюсов, то ещё что-нибудь подобное, я был бы счастлив. Но поганцев развелось — не счесть! Я тоже в этом виноват. Я мог бороться, вместо этого ушёл. И весь мой труд последних лет — лишь искупление вины. Я убивал так много, что, спаси я сотни, тысячи, — это вряд ли поможет мне. Поэтому я помогаю другим. Один в поле не воин, у меня другой путь, а Иисус, на которого ты всё время намекаешь... он был умней меня. И милосердней. А ещё он умел любить. А я, похоже, не умею пока... — Он замолчал, прислушался к себе и после паузы закончил: — ...или — уже. И если уж у него не получилось, то чему могу научить людей я? Нет уж, на это я свою силу не потрачу.

Он умолк.

— Так куда вы едете? — спросил толстяк как на допросе.

«Шнырь» пожевал губу, взъерошил волосы рукой и усмехнулся.

— Ты ведь знаешь сам, не правда ли? — сказал он.

— Знаю, — подтвердил господин Андерсон. — В Цурбааген. Или в Лисс. Не суть важно. Куда бы ты ни направлялся, мы скоро тоже подойдём туда.

— Да идите вы лесом, — сказал «Шнырь» с интонациями травника. — Мне плевать на вас.

После чего он вздохнул, закрыл глаза и боком повалился на шкуры.

* * *

...Жуга проснулся в середине дня. Была жара, он сразу сел рывком, будто вынырнул из омута — взъерошенный, с дичайшим взглядом, весь в поту. Дышал он сбивчиво и очень часто и выглядел так, как выглядит любой человек, которому приснился кошмар.

Вокруг было тихо, только стрекотали кузнечики да пел в вышине жаворонок. Над костром побулькивал котелок с водой, рядом с ним, на расстеленной тряпице, лежала ободранная кроличья тушка. Худенькая девочка, что помешивала варево ложкой, увидала, что травник проснулся, и выдавила неловкую улыбку. Чуть в стороне сидел насупленный Рутгер и кидал в землю свой нож — короткий клинок с кольцом вместо рукояти. Покосился на травника. Ничего не сказал.

Жуга провёл ладонью по лицу.

— Сколько я спал? — хрипло спросил он.

— Часов пять, может, шесть, — сказала Сусанна. — Я не знаю, когда ты заснул, — виновато добавила она.

— А Зерги...

— Она ушла, — мрачно ответил Рутгер.

— Куда?

— Не знаю.

Нож проделал пируэт, ударился о камень и упал. Рутгер поднял его, вытер и сунул в рукав. Посмотрел на Жугу. Взгляд его был полон боли и сомнения, он выглядел одновременно и смущённым, и сердитым. Казалось, в нём идёт какая-то внутренняя борьба; он колебался и не мог принять решение.

— Ты веришь в любовь, Лис? — вдруг спросил он.

Травник вздрогнул.

— Яд и пламя! — выругался он. — Вы что, сговорились, что ли?!

Однако Рутгер был упрям.

— Так ты веришь? — повторил он. — Или нет?

— Рутгер, послушай. Любовь — это совсем не то, что ты о ней думаешь, — ответил травник, выделяя каждое слово и глядя Рутгеру в глаза. — И уж где-где, а в этом деле я тебе не советчик... Сусанна!

— Что? — обернулась она.

— Не позволяй мне больше спать. Если увидишь, что я заснул, — сразу буди, поняла?

— Поняла... — растерянно сказала девушка. — А почему?

Жуга провёл рукой по волосам.

— Долго объяснять. Просто буди меня, и всё. Не спрашивай.

Он отлучился в кусты, а по возвращении сразу развязал мешок и вынул толстую тетрадь без переплёта. Некоторое время он бегал взглядом по исписанным страницам — то ероша волосы, то поджимая губы, то светлея лицом, то хмурясь, ещё немного посидел над ней в молчаливой задумчивости и полез за карандашом.

* * *

Тебя зовут Жуга. Ещё ты известен под прозвищем Лис. Когда-то тебя звали Вацлав Рыжий. Ты родом с Трансильванских Альп, тебе примерно тридцать лет, и ты валах и травник. Тебе предназначена странная судьба. Наверное, ты сейчас находишь нелепым всё это читать, но тебе придётся этому поверить. Впрочем, это уже не важно. Важно другое. Сейчас ты в большой опасности. У тебя есть друзья и есть враги. Друзья пытаются тебе помочь. Это, прежде всего, человек по имени Золтан Хагг. Он может зваться разными именами, но тебе он назовётся непременно так. Слушай его: он знает своё дело. Потом, есть Зерги, арбалетчица, и её друг Рутгер. Им доверяй, но будь настороже. Если в странствиях тебе встретится Карел — маленький человечек, который назовётся Карел-с-крыши или похожим образом, не удивляйся и выслушай его — он знает много нужного о тебе. А третий друг зовётся Тил, он высокий, светлый и насмешливый; буде он явится, ты можешь доверять ему безоговорочно, однако же не перепутай его с кем-нибудь другим. Чтоб распознать, спроси про имя, коим он звался, когда ты знал его раньше. Если скажет: «Телли», это он.

Твой путь лежит в окрестности Лейдена, но никому о том не сказывай. С тобою трое Рутгер, Зерги и девочка по имени Сусанна. Последняя вовсе ни при чём, оставь её где-нибудь в надёжном месте, на попечении добрых людей при первой же возможности.

Твои враги — священник Себастьян, монах из ордена доминиканцев, а также несколько его солдат, которым велено тебя найти. Зачем — долго рассказывать. Их избегай до самого последнего момента. Есть ещё один враг — дворянин по кличке Андерсон, престранный тип, который собрал клику и преследует тебя. Он маг и, может, даже чернокнижник, и, возможно, сумасшедший, ибо называет себя царём Нового Сиона. Он знает, где ты. Обмани его.

Теперь будь внимателен! Средь бурь и несчастий, среди хаоса и войны разыщи троих: девушку Магдалину, более известную как Иоланта, или Ялка (иногда её зовут Кукушкою), мальчишку Фридриха (где он обретается, не знаю, только, полагаю, они будут вместе) и ещё другого мальчика по имени Томас, который монах и спутник того самого священника, брата Себастьяна. Последний из троих особенно важен. Остерегайся его!

А когда разыщешь всех троих — сведи их вместе. Это всё, что я могу сказать. Остальное я не должен доверять бумаге. И пусть свершится то, что должно. Я привык сомневаться во всём, поэтому не знаю, какой совет ещё могу тебе дать. Верь в себя и слушай своё сердце.

А встретишь Единорога — не перечь ему.

И ещё запомни: ты не должен спать ни в коем случае. Иначе потеряешь память. Писано от себя к себе травником Жугою с прозванием Лис.

Жуга ещё раз перечёл написанное, взъерошил волосы и удовлетворённо кивнул.

— Что ж, пусть будет так, — решил он. — Остальное будет только лишним.