Когда завидуют мертвым - Сурен Цормудян

– Что с Юрой? – Васнецов побрел по следам Яхонтова.

– Ноги у него просто в клочья изодраны. И переломы. Его в порядок могут только в конфедератском госпитале привести. Но обратная дорога у нас уйму времени займет. Не перенесет он дорогу.

– Может… нам поселение, какое попадется скоро? Может там помогут?

– Только на это и вся надежда, – Вздохнул Людоед, идя рядом.

– А что это было?

– Зверя имеешь в виду?

– Да.

– А черт его знает. Толи медведь, толи снежный человек. Я после морлоков и пси-волков ничему не удивлюсь. Даже химерам и саблезубым бобрам.

* * *

Они осторожно погрузили Алексеева в пассажирский отсек. Варяг и Илья сделали перевязку и наложили шины. Яхонтов вколол что-то из армейской аптечки в каждую ногу космонавта и тот быстро задремал. Понимая, что Николаю будет теперь не по себе от присутствия Варяга, тот перебрался в переднюю кабину и велел Сквернослову ехать дальше, комментируя все свои действия и объясняя Яхонтову все, чему Славика научил Юрий.

Николай с сочувствием смотрел на лежащего Алексеева и угрюмого Людоеда, который сидел рядом с раненным. Теперь, вторая потеря в их группе лишь дело времени.

– Коля, – послышался голос Яхонтова.

Васнецов вздрогнул. Ни отвечать, ни смотреть на Варяга не хотелось.

– Прости Коля. Но ты просто довел меня. Нельзя так пойми же ты. Надо четко делать, что говорят старшие и опытные. Иначе все погибнем рано или поздно. По глупости погибнем. Не держи зла. Прости и пойми.

– Варяг. Я полезным быть хочу. Нужным. А не этим… «Стой тут и не мешай», – Вздохнул Николай.

– А кто сказал, что ты не полезен? Ты вон, сталкеров нашел. Вообще не знаю, как бы мы без них по Москве пробирались. Но не лезь ты, куда не просят. И ладно если первый раз ты так. Но нет. Ты постоянно делаешь совсем не то, что надо. Полезность заключается в самодисциплине и умении выполнять приказы командира. А ты будто все назло делаешь.

– Не назло. Просто… Ну, Славик вон луноход водит. Ты самый опытный искатель. В авторитете. Людоед вообще дьявол какой-то непобедимый. А я кто?

– А ты блаженный, – хмыкнул Крест.

– Не называй меня так.

– Может, просто твое время еще не пришло? – Илья улыбнулся и хлопнул Николая по плечу. – Может ты сделаешь самое важное в нашей миссии? Может именно от тебя зависит будущее Земли?

– Ты издеваешься что ли? – поморщился Васнецов. Однако он почувствовал в душе теплоту от этих слов.

– Слушайте, а что за хрень это вообще была. Кто на Юру напал? – заговорил, наконец, Сквернослов.

– Да медведь это был, – отмахнулся Яхонтов. – Медведь альбинос. Со светлой шерстью.

– Какой медведь к черту? – возразил Николай. – Ты видел его? У него руки и ноги длинные. И шерсть густая.

– Слушай, я на медведя раз двадцать ходил. Медведь это. – Настаивал Варяг, – Просто генетический урод из-за радиации получился.

– А сколько раз ты видел бегающего на двух ногах медведя? – усмехнулся Людоед.

– Ни разу, – кивнул Яхонтов, – Но однажды видел, как медведь водит мотоцикл.

– Чего? Как это?

– Ты что, Илья, в Московском цирке никогда не был?

– Был. Там база душманов… была… Пока я туда не пришел с «Ирбисом».

– Варяг, глянь, это что мост впереди? – произнес Вячеслав.

– Точно. Железнодорожный мост. Через… Илья, какая тут река течет?

– Вятка, кажется, – Людоед стал разглядывать карту. – Да. Вятка. Что-то мы на север сильно взяли. Котельнич севернее того маршрута, который я предполагал.

– Ну, так мы по железной дороге едем. Так легче ориентироваться.

– Где-то развилку проморгали. Это не совсем тот путь. Хотя… – он провел плацем по карте до Уральских гор. – Ничего. В принципе нормально.

– Ну, что, махнем через мост? – Сквернослов уставился на командира.

– Давай медленно.

– А если он разрушен?

– Ну, так вернемся обратно и поищем другой путь. Ты видишь, какой тут берег? Обрыв метров тридцать, наверное, будет. Как тут на лед спускаться? Давай помалу через мост.

– Ладно, – Вячеслав кивнул.

Машина неторопливо двинулась вперед. Густая туманная взвесь не позволяла видеть дальше, чем на полсотни метров. Однако все надеялись, что мост целый и не придется искать обходной путь, тратя на это драгоценное время, которого было мало теперь не только у всей Земли в целом, но и Юрия Алексеева в частности…

Страшный гул донеся из тумана, когда они преодолели пару сотен метров. Это было похоже толи на утробный рык неведомого существа небывалых размеров, или на стон высокого коллапсирующего здания.

– Что за херня?! – воскликнул Сквернослов. – Все это слышали?!

– Да, – нахмурился Людоед и уставился в лобовое стекло.

Гул повторился уже ближе. Машина завибрировала. Вибрация становилась все сильнее. Казалось, что на них несся огромный монстр, издающий устрашающие рыки, накрывающие все вокруг плотной завесой страха.

– Славик! Задний ход! – заорал Яхонтов.

Это не просто луноход вибрировал. Это дрожал весь мост. Причем с каждой секундой все сильнее и сильнее. Словно от тяжелых шагов гигантского левиафана. Машина неслась на максимально возможной скорости назад. А впереди, сквозь белесо-серый туман был виден огромный черный силуэт настигающего и рычащего существа. Он занимал шириной почти весь мост.

– Господи, что еще это такое… – пробормотал Варяг, глядя на это приближающееся нечто.

В машине уже все чувствовали, что мост накренился вперед и вот-вот рухнет, не выдержав тяжести рычащего чудовища.

– Быстрее Славик! Быстрее!

Луноход уже выскочил на твердую землю и в этот момент и мост и скрытое туманом черное нечто вдруг сорвались в падение. Грохот рушащегося моста, громогласно рычащий стон и оглушительный треск ломаемого падающей массой льда и всплески тяжелой от холода воды заполнили собой все пространство. Еще некоторое время отголоски случившегося метались в густых клубах тумана, и слышался всплеск от запоздалых в падении обломков моста. Потом все стихло.

– А это что было? – Сквернослов уставился на Яхонтова, – Тоже медведь переросток?

– Да пес его знает, – вздохнул Варяг.

– Я, кажется, понял, – пробормотал Крест и, открыв шлюз, выбрался наружу.

Остальные последовали его примеру. Осторожно подойдя к обрыву моста, они взглянули вниз. Сквозь туманную дымку отчетливо виднелась неровная черная полоса, пересекающая белый лед. Это были воды реки, освободившиеся в узком участке от своего многолетнего ледового плена обрушившейся на лед массой. Первый пролет моста, по которому они успели проехать, торчал из воды и криво лежал на крутом берегу реки.