Боевой разворот. И-16 для «попаданца» - Александр Самохвалов

Теперь к мосту тому треклятому – с набором высоты. Пожалуй, тысяч с четырех – и видно отлично, и «худые» там редко водятся. Относительно. Один ведь. Головой крутить надо, как заведенному. Впрочем, я и в группе. Не привык полагаться. Хочешь, чтоб было сделано действительно хорошо – сделай это сам. Мой девиз. Действительно индивидуалист. Но не буржуазный. Это Игоричу со страху показалось. Да в полемическом раже. По-настоящему буржуазных индивидуалистов ему, наверное, видеть не приходилось. Вовсе. И слава богу. А то б и вовсе рехнулся. Глядя. Как страну растаскивали. В девяностые. Дед с отцом рассказывали. Илиада вкупе с Одиссеей. Гомер отдыхает. Впрочем, может, и доживет. Игоревич. Если выживет. И – если так и будет. Здесь. Как у нас. Было.

Временами поглядывая все же и вниз, удивляюсь количеству колонн. Немецких. Это лишь поначалу кажется, что все одинаковые. Что наши, что фрицы – ползут себе коробочки и ползут. Пару раз слетал и, при нормальном зрении, на раз начинаешь отличать. И тенты, и форма – другого цвета. Гужевого транспорта у наших обычно заметно больше. И машины другие. Разве что если наши немецкую технику используют. Трофейную. Или наоборот. Встречается, кстати, и такое. Немцы в этом отношении барахольщики еще те. Впрочем, что похуже – союзникам спихивают. Авиационную же технику вообще. Трофейную – только союзникам. И устаревшие самолеты не используют. Особенно истребители. Были же у них и бипланы[304]на вооружении, непосредственно перед войной. Но на фронт – только «худые». Берегут личный состав. И то. Самолеты новые можно наклепать относительно быстро. Летчиков – никак. Если бы наши перед войной хотя бы И-15 бис с вооружения сняли, сколько хороших и, главное, подготовленных летчиков можно было бы спасти. А еще лучше – также и И-153 вместе с И-16 ранних серий. Сгинули ж большей частью совершенно без толку…

А вот и мост. Вдали обозначился. Не сам по себе – далековато еще, – а четверкой Пе-2. Заходящей в пикирование. Выше и в стороне – «яки». Тоже четверкой. «Худых» не видно. Не успевают, наверное. Держать барражирующий заслон накладно, истребителей не хватает, а от аэродрома, даже если в самой наипервейшей готовности, когда еще долетят. Тем более что «пешки» пошустрее всего бомбящего, что у нас есть, да и кота тянуть не стали. Не как «штуки», выстроившись в круг, а с ходу. Но тоже с переворотом. Головной пошел. Фейерверк – по полной программе. Жутко, наверное, вот так. Как в омут головой, а навстречу сонм смертей в очередь, пачками и россыпью. На сей раз и эшелон аккурат по мосту. Первый промазал, но за ним уже второй. Валится. Крупный калибр по верхнему уровню облачка держит. Но пристреляться не успевают – и не успеют. Уже. Третья «пешка» идет вниз, посл… крайняя тоже пристраивается. Оп! Третья не вышла – и прямо в мост. Быстро так… мелькнуло. Вместе со всеми своими бомбами. Вот и поди разбери теперь, что там и как. Сначала попало в нее, кажется. Потом она. В мост. Четвертая, однако, лучше всех отбомбилась – в опору. Мост неужто деревянный? Железные так не горят, по определению… Хотя эшелон с цистернами был. Какими-то. Теперь и ими полыхнуло. Еще раз. И еще. Дымище – в полнеба. «Пешки» собрались и втроем – сопровождаемые «яками» – отправляются восвояси. У одной, похоже, еще и движок завис. Правый. Ничего, дотянет. Если «мессеры» не перехватят, разумеется. Дыма тем более не видно. Так – левая плоскость заметно выше правой и отстает. Оп! Нырнула книзу. Купола. Что ж, бывает и так. Плохо. Двух нет. А по второму мосту, автомобильному, движение просто бешеное. Сплошным потоком.

Так. Доложиться. Снова глохну от дичайшего шума, девичий голос пробился-таки, рассказываю быстренько, что там и как, после чего сразу выдираю штекер. Невозможно вынести это. Как стадо погремушек в голове… с тараканами гнусно шуршащими. Нам же еще надобно глянуть вдоль шоссейки и железки, что там и как. Это можно и с пяти. Тысяч.

Снова Брестская крепость, что и как там – не разобрать. Воюют, наверное. Тем более десант. Наш. За рекой. Был. А может, и из наступавших кто прорвался. Хотя вряд ли. Далековато… На данный момент, однако, тихо. Брест. Ничего интересного. «Мой» мост ремонтировать даже не приступали, кажется. Автодорожный тоже разрушен. Понтонная переправа. Рядом с «моим». Не используется на данный момент. Видимо, недосягаема. Из-за десантников. По идее, у братишек самая забава сейчас. Войска не подтянули еще. Немцы. Кругом одни тыловики вкупе со вторыми эшелонами. Наполовину израсходованными уже, надо думать. Склады – кругом! МТО всякое. Грузовики. Штабы. Гуляй, рванина, от рубля и выше. Похмелье будет, конечно. Куда денешься… Но – завтра. Или после.

Теперь направо и вдоль железки с шоссейкой. Движения совсем мало. Надо думать, снабжение у них теперь преимущественно через Влодаву идет. На этом направлении. И, насколько уровень моего стратегического мышления позволяет, могу предположить, что и со стороны Белостокского выступа удар наноситься должен. Или восточнее. Но то – не наши дела.

Ага, Ивацевичи. По собору легко узнать. Тут бой. Видно и с пяти тысяч. Но держатся. Пока. Облачка взрывов западнее вспухают. Здесь танки. Атакуют. Один, точно вижу, горит. Спасибо Костику, с его зрением… А вообще – собьют. Обороняющиеся, в смысле. Заслоны. Не сейчас, так через час. Всерьез взялись. Так и доложим. Ласточке и далее. На аэродроме все по-прежнему. Ну, что в Ивацевичах. Кладбище авиатехники. Обидно, блин. Сколько всего профукали…

О! Наблюдаю далеко впереди и прилично ниже пару «худых». Пикируют. Перпендикулярно мне. Вправо. Без малого в мою то есть сторону. Кого-то склевать, похоже, намыливаются. Точно, там «ишачки», четверкой. Прошлись – пара горит. Ловко… Облачко больно подходящее. Попалось. Попробуем-ка теперь угадать… И пристроиться… Правильно… Уходят вверх… Мы в туманные просторы облака… Звук движка сразу приглушило, полный интим. Почти. Сырость клубами. Так… Чуток вправо… Еще… Теперь вниз… Скорость… О! Вот это сюрприз! Какое сладостное рандеву! Выныриваю, а эти прямо передо мною, чуть ниже. Почти без скорости. У меня же – полный газ, и шаг винта тоже полный, и запас высоты, а «ишачок», ей-ей, не «чайка», разгоняется в пике очень неплохо, при даже еще лучшей динамике. «Худые» тоже довольно шустро набирают скорость, но у меня-то – уже! И меня, похоже, не видят. Иначе уже валились бы. В пике. Обзор назад у них никакой. В начале войны, с опостылевшим уже ихним преимуществом в скорости, это не так чтобы очень существенный недостаток был, но теперь и этот козырь – мой! Ведомый стремительно растет в прицеле, вот уже и без прицела – можно… еще чуток… Оп! Стройный силуэт с изящно закругленными консолями плоскостей распластался передо мною в полнеба, кажется. До чего же все-таки хороши эти 20-миллиметровки. Рвут все буквально в клочья. Мощная отдача, однако, чувствительно снижает скорость легонькой «птички» моей. Кажется, успел даже заметить, как взрывом изнутри взметнуло осколками остекление кабины. Уже позади, и явно не жилец, впереди же – ведущий, и он не успевает! Нет… Успевает. Сволочь… Валясь на крыло, уходит в пике, и расстояние между нами – метров сто, пожалуй, – сокращается все медленнее, а у меня все никак не получается довернуть, потом прекращает сокращаться, начинает расти – и вот он уже уходит. Не маневрируя – чисто на скорости. Попасть было все равно никак – он чуть сбоку шел. Доворот – потеря скорости. Опять, кстати, «сердце». То самое, с красным треугольничком. Все-таки, чуток довернув, жму жябу широким веером изо всех стволов. На одной интуиции. Мимо, конечно.