Хозяйка Империи - Раймонд Фейст

— Дело не только в моей ненависти к убийцам. Смерть Джиро могла бы послужить возмещением за урон, причиненный моей чести, но Ассамблея все равно будет добиваться уничтожения моего дома. Потому что и Ичиндар, и Хокану, и я сама, как Слуга Империи, — мы все будем стремиться восстановить то, чего не хватает в нашей жизни.

— Не хватает? — переспросил Паг скрестив руки на груди.

— Внутри наших душ. Внутри Империи.

— Продолжай.

Мара испытующе взглянула Пагу в глаза:

— Ты знаешь Кевина из Занна?

Паг кивнул:

— Не очень хорошо. Впервые я встретился с ним здесь…

Мара ушам своим не поверила:

— Здесь?.. Когда? Ты никогда не посещал меня раньше. Уж конечно, я запомнила бы такое необычайное событие!

Паг взглянул на нее с невеселой усмешкой:

— В то время я занимал несколько менее почетное положение, будучи одним из рабов Хокану. Мы с Кевином обменялись парой слов, только и всего. Но однажды я встретился с ним уже после его возвращения ко двору принца Крондорского — на приеме в честь баронов из пограничных земель.

Маре показалось, что сердце сейчас выскочит у нее из груди. Сдавленным шепотом она спросила:

— Он… у него все благополучно?

Паг кивнул. Ему было вполне ясно, какой жгучий интерес скрывается под этим простым вопросом. Но он понимал и то, что гордость никогда не позволит Маре выдать свои истинные чувства, а потому ответил подробнее, чем того требовал этикет:

— Кевин снискал себе доброе имя на службе у принца Аруты. Третьим сыновьям провинциальных баронов приходится пробиваться в жизни своим умом. Насколько я мог слышать и видеть, у него действительно все благополучно. Он служит на севере Королевства, у барона Хайкасла, и, должно быть, неоднократно повышался в звании.

Потупившись, Мара так же тихо спросила:

— Он женат?

— Не знаю, к сожалению. Стардок находится далеко от столицы, и до нас доходят далеко не все новости. — Когда Мара подняла взгляд, Паг заметил:

— Хотя я не уверен, какой ответ понравился бы тебе больше — да или нет.

Мара печально улыбнулась:

— Я тоже не знаю.

В щель под дверью просочился золотистый свет: луга зажег лампы в коридоре. Словно пробудившись от сна, где остановилось течение времени, Паг коротко бросил:

— Мне пора.

Может быть, Мара и хотела бы снова задержать его, но ей пришлось отказаться от этой попытки, ибо он предупредил ее словами:

— Мне нечем помочь тебе, госпожа, — ни магией, ни мудростью. Да, я уже не состою в Ассамблее, но, когда меня принимали в это братство чародеев, я принес священные клятвы, которые и по сей день связывают мой разум — хотя и не связывают сердце. Даже при том, что силы у меня действительно немалые, трудно нарушить запреты, накрепко усвоенные в юности. Я не могу поддержать тебя в твоей борьбе, но предложил бы подумать вот над чем. Ты достаточно умна, чтобы поискать совета за пределами Империи, поскольку внутри нее ты найдешь мало союзников.

Глаза у Мары сузились, когда она поняла, что он знает о ее тайных приготовлениях к путешествию за рубежи Цурануани; но каким образом он это выведал, она не могла догадаться.

— Значит, это правда, что чо-джайны не могут мне помочь.

Лицо Пага осветилось быстрой улыбкой. Почти с мальчишеским восторгом он откликнулся на ее слова:

— Ты приблизилась к раскрытию величайшей тайны гораздо больше, чем я мог предположить. — Его лицо вновь преобразилось в неподвижную маску. — Те, что обретаются в Империи, не смогут стать твоими союзниками, даже если захотят. Да, ты должна попытать счастья по ту сторону границы.

— Где? — Мара хотела получить более точный ответ. — В Королевстве Островов?..

Она смолкла, внезапно осознав, что ее мысли приняли неверное направление. Ведь она именно сейчас говорила с самым могущественным человеком из мира, лежащего за магическими вратами.

Паг вытянул руки, так что рукава коричневой хламиды соскользнули к плечам. Как будто сменив тему, он произнес:

— Ты знаешь, что моя жена родом из Турила? Интересное место эта горная страна. Тебе стоило бы когда-нибудь там побывать. Передай от меня привет своему супругу.

Не добавив к сказанному ни слова, он поднял руки над головой и исчез. Только воздух, заполнивший пространство, которое до этого мгновения занимал чародей, слабым хлопком нарушил воцарившуюся тишину. Комната погрузилась в темноту наступающей ночи.

Мара вздохнула и открыла дверь. Ослепляюще ярким показался ей в первое мгновение свет ламп в коридоре, где ожидали хозяйку Сарик и Люджан. Она объявила:

— Ничего не изменилось. Наше паломничество начинается завтра.

Глаза Сарика так и загорелись. Бросив взгляд вокруг, дабы убедиться, что поблизости нет никого из слуг, кто мог бы его услышать, он прошептал:

— Дальше Лепалы?

Мара удержалась от ответной улыбки, стараясь не выказать чрезмерного рвения, неуместного, когда речь идет о благочестивом паломничестве; хотя она и сама была преисполнена любопытства и воодушевления при мысли о предстоящем переходе через границу и путешествии в неведомые края.

— Мы отплываем оттуда на самом быстроходном корабле. Но прежде чем двинемся на восток, нам следует посетить храмы. Если мы рассчитываем что-то выиграть от визита в Турил, надо соблюдать предельную осторожность.

Оставалось еще множество дел, которые следовало переделать до рассвета, и Люджан с Сариком получили от госпожи разрешение удалиться, чтобы присмотреть за приготовлениями к путешествию. Глядя им вслед, Мара в который раз подумала, что они удивительно похожи — походкой, жестами… только у кровных родственников можно увидеть такое сходство.

Мара вздохнула.

Без детей дом казался пустым и тихим.

Отогнав гнетущее сожаление о том, что упустила возможность проститься с ними как подобает, она направилась в сторону лестницы и прошла к себе в кабинет, куда обычно слуги приносили ей ужин.

До рассвета оставалось слишком мало времени, чтобы она успела успокоиться. Но теперь, когда решение было принято и оставалось лишь приступить к его исполнению, Мара уже стремилась как можно скорее отправиться в путь.

Она не могла, разумеется, предугадать, какая судьба ожидает ее по ту сторону границы, на землях народа, враждовавшего с Империей в течение многих лет объявленных войн и случайных стычек.

Мирный договор, подписанный давным-давно, отнюдь не гарантировал покоя: горцы из Конфедерации отличались воинственным нравом и в любой мелочи усматривали оскорбление. Однако самый могущественный маг двух миров одобрил