Тимиредис. Упасть в небо - Надежда Кузьмина

Там, на большом тёмном камне, ногами к нам, ничком, белело обнажённое тело, растянутое верёвками. Неподвижное, неживое. И выглядело оно как-то странно, неправильно. Почему над спиной крылья? Разве так бывает? Не глазами, не умом — сердцем — поняла: это Ас. И с ним случилось что-то ужасное.

Кинулась вперёд. Чуть не упала, когда в плечо ударила присвистевшая из пролома в потолке стрела. Услышала:

— Танши, займись! — и тут же: — Тим, стой! Не смотри!

Как не смотреть, если это — Ас? Только что с ним? Почему он не шевелится, почему я не чувствую его ментально? Подлетела к камню, доставая кинжал, чтобы перерезать верёвки — и замерла.

Это были не крылья. Из залитой кровью спины Аса дугами торчали страшные белые осколки выломанных рёбер. С одной стороны под рёбрами розовой тряпкой висело вытащенное наружу лёгкое. Ас не дышал.

То, что я не кричу, а вою на одной ноте, поняла, только когда Шон встряхнул меня за плечи. Сбросила свой щит — хотелось обнять Аса, прижаться, прильнуть, пока он ещё тёплый… Если б я могла отдать свою жизнь, чтобы вернуть его — отдала бы, не задумываясь. Но всё, что я могу, освободить его. Он не должен лежать вот так. Пытаясь перерезать верёвку, привязанную к лодыжке, слепая из-за слёз, полоснула себя по пальцам, по руке ручьём побежала кровь. Ну и тролль с ней, это уже неважно. Теперь уже ничего не важно…

Час, даже чуть меньше часа… Почему, почему это случилось? Почему мы не успели?!

«Кузнечик, маленькая! Приди в себя! Он жив. Ещё жив. А не дышит, потому что я его заморозил!»

Что? Подняла глаза на серое лицо Шона со впавшими щеками и больными глазами. Я правильно услышала?

«Да. Он ещё жив. Мы успели. Возможно, успели».

Возможно? Как это — возможно? Значит, возможно — не успели?

«Шон, скажи, скажи мне, пообещай, что с Аскани всё будет хорошо!»

«Прости, малышка, я не уверен. — Шон отвёл глаза и покачал головой. — Это — „красный орёл“».

Ненавижу викингов. Как можно было придумать ТАКОЕ?

«Я уже позвал помощь. Только, боюсь, у него непоправимо покалечен позвоночник. С таким не справится даже драконья регенерация…»

Перевела взгляд на растерзанное, изломанное тело Аса с залитыми тёмной кровью боками и болтающимся на пояснице лоскутом кожи. Как, как это могло произойти? По щекам бежали слёзы, с руки капала кровь… И пахло кровью. Сделала шаг вперёд. Хочу отвести волосы, увидеть его лицо… Неловко, подвернув лодыжку, споткнулась о незамеченный в тени булыжник на земляном полу. Занесла ногу — дать пинка неожиданной помехе… хоть как-то выплеснуться…

Ас, скачущий с распущенными чёрными волосами на неосёдланном вороном коне…

Ас, легко, с улыбкой, ведущий меня в танце. Кажется, мы летим…

Ас, бегущий со мной бок о бок кросс вокруг школы и гудящий на драконьем «Сражался храбро Тирс отважный!»…

Ас, мой Ас…

Как я это переживу?

«Стой! Ты видишь, что это?»

Да что бы ни было…

Шон буквально выдёрнул из-под моего удара тёмный, в два кулака величиной, булыжник. Поднял магией в воздух… и ошеломлённо уставился на добычу. Потом перевёл взгляд на меня. На лице отобразилось что-то такое-эдакое. Поймав за порезанную руку, задрал ту над камнем:

«Гляди!»

Капля крови с пальцев упала на повисший в воздухе сгусток мрака. Проклятая печать зашипела, как вода на раскалённой печке, на чёрной, как ночь, поверхности появилось небольшое бурое пятно, пошло трещинками, потом осыпалось похожей на пепел пылью.

Я хлюпнула носом — что это?

«Твоя кровь! Но сейчас неважно, потом разберёмся!» — Шон, прищёлкнув пальцами, открыл дырку маленького портала и, не касаясь печати, пихнул её туда.

«На Луну. Теперь — Ас. Я кое-что придумал, но у одного меня может не хватить сил…»

«Шон?»

«Помнишь, зимой, в Китовом Киле, я вешал на телегу, везущую алтари, драконье заклинание? Думаю, Асу можно помочь, если сохранить его позвоночник. Не кости, этого никак не получится. Но спинной мозг, понимаешь? Если я точно подгадаю момент до того, как ему выломали рёбра, и аккуратно наложу щит внутри, чтобы защитить нервы, всё должно выйти».

«А почему только спинной мозг? Почему больше ничего нельзя?»

«Потому что я сам не знаю, как работают временные парадоксы и чего от них ждать. Может, изменится настоящее, а может, будет уничтожен мир… Всё! Не отвлекай! Время уходит, а зависимость нелинейна! И ещё… лишних свидетелей нам не надо», — обернулся.

Лихо куда-то пропало, только через дыру в потолке слышался шум сражения наверху. Кто-то сдавленно вскрикнул, что-то грузно упало… Шон обвёл взглядом стонущих на полу викингов — те замолкли и замерли. Тоже заморозка?

«Вот так. Теперь не отвлекай — дело крайне непростое».

Я замерла рядом с Шоном. Если что — поделюсь резервом. Пусть у меня немного, но хоть что-то…

— Привет, Шон! Интересно выглядишь… — послышался женский голос из-за наших спин.

Астер? Это она?

Весёлое «И что тут у нас?» сменилось расстроенным, с болью в голосе «Ох-х…»

Откуда Шон её вытащил? Судя по пышному платью, с какого-то бала… Прекрасная и сияющая, как звезда с небес. И два её спутника — белоснежно-инеистый лорд Арден и серо-серебряный лорд Тиану — смотрятся не хуже. Только совершенно неуместно в этой тёмной, воняющей кровью похожей на пещеру людоеда комнате…

Лорд Арден шагнул к нам.

— Шон, стой! Давай сначала посмотрим. Дай мне минуту на диагностику и объясни, что хочешь сделать. Сохранить спинной мозг? Мысль верная. Только просто в лоб нельзя, иначе он умрёт от болевого шока. Нужно демпфировать часть боли, а то он не выдержит. Никто бы не выдержал…

Пока лорд Арден говорил, Тиану начал обходить тела у стены. Останавливался у каждого, приподнимал магией, касался лба. Потом отпускал и шёл к следующему. У четвёртого, темноволосого здоровяка с ремнями крест-накрест на мощном обнажённом до пояса торсе, Тиану задержался дольше, чем у предыдущих. Закончив, повернулся к нам:

— Урмаг, сводный брат Ульхдаттвара и убийца отца Тим, герцога Кинтара тер Ансаби.

Я топталась на месте, не отрывая глаз от Аскани и стараясь не реветь вслух.

Шон и Арден перекидывались быстрыми взглядами, очевидно, разговаривая мысленно.

Астер засучила кружевной рукав, встала позади Шона, положила тому левую руку на плечо, сдвинув воротник. Правой вытянула из-за пазухи длинную цепочку со светящимся камнем, зажала тот в ладони, а потом полоснула себя появившимся на указательном пальце золотистым когтем по левому запястью. И застыла статуей. Только с руки капала кровь…

Шон начал творить заклинание, вывязывая над спиной Аскани петли и путы со знакомыми воронками смерчей в узлах… Радиус действия был невелик — всего лишь спина Аскани, от шеи до поясницы. Но этого хватило, чтобы увидеть, как вынырнувший из пустоты тесак располосовал кожу на спине от плеча до плеча, а потом вдоль позвоночника, безжалостно разрезая, вспарывая плоть. Как чья-то ручища подцепила лоскут кожи за угол и дёрнула, отрывая с мясом от тела. Соскользнула, измазавшись в крови, и вцепилась снова. Опять возник тесак лезвие впилось в мышцы. По ещё нетронутой части спины прошла дрожь, Ас задёргался, пытаясь вырваться, уйти от боли…