Логика Бедствия. Том 1. Том 2 - Мертвый Бассейн

Подумой! Она ведь чокнутая! Ты с ней наплачешься.

Отвянь, паразит. Когда ещё представиться шанс отчпокать настоящую заморскую барышню? Вот именно, очень и очень нескоро.

Александрия встала напротив окна и обернулась, явно показывая своё подтянутое тело во всей красе. Шрамы нисколечко её не портили. Наоборот! Это придавало ей дикий и бунтарский вид.

— Нравиться? — Стянула со взъерошенной шевелюры полотенце и искренне улыбнулась, освещая это тёмное помещение своей белоснежной улыбкой. Богиня войны и разрушения во всей красе. Загорелая и поджарая, в свете солнца она смотрелась ещё привлекательнее. Капельки воды стекали по изгибам её женственного тела. Я непроизвольно втянул носом воздух и удивился. Запах стал подозрительно знакомым. Я закрыл глаза всего на секунду, но возле окна уже стояла не Александрия, а кто-то другой. Более сильный и уверенный. Словно Александрия была лишь ширмой для ещё более могущественной сущности.

*Бум* — На пол опустился огромный чёрный тесак. До моего рептильного мозга сразу дошло, что где-то нас немножечко наебали.

— Тише! Не пугайся. Я не буду с тобой драться и не ищу конфликта. — Даже голос изменился, стал более грубым, но от этого не менее соблазнительным. Теперь Александрия имела небольшие кожистые крылья, как у летучей мыши, и я сразу вспомнил Астера.

— Ты страх.

— Верно. А ты догадливый. Хотя, думаю, тут всё очевидно.

— И у тебя есть носфер. Так же, как и у меня. — Мне всё больше нравился её новый вид. Ангел у меня уже был, настало время для дьяволицы.

— Попал в точку. — Девушка облокотилась на клинок, и с таким наслаждением посмотрела на меня, что мне даже не по себе стало. Засмущала. — Какой же ты всё-таки классный.

— Эммм, спасибо за комплимент. — На всякий случай чутка отодвинулся от неё. На пару сантиметров всего.

— Ну что ты. Я ведь говорю чистую правду. Ах да, совсем забыла представиться. Раздор. Истинный первородный страх конфликтов. Мой папа хотел лично увидеться с тобой, но у него дела.

Мой мозг начал шевелиться совсем в другом темпе. Папа?

— Постой, твой папа, часом, не тот же, что и…

— Нет-нет-нет! Ты что, у нас разные отцы. Как бы тебе так понятнее объяснить… Можешь считать, что нас, страхов, в этом секторе космоса очень мало осталось. А Истинных, первородных прародителей, и того меньше. Всего три клана, если я ничего не путаю. Клан Грома. — Красавица сделала уважительный жест в мою сторону. — Клан Ярости, Клан Войны. — в конце она сделала уважительный жест самой себе, показывая из какой она крови состоит.

— Так у вас, типа, борьба за власть, все дела? Я так понимаю? — Блин, стояк медленно пошёл на спад.

— Неа. Это уже давно не так. Кланы лишь былая тень самих себя. Истинных осталось очень мало. Обычных первородных больше, но их сила — ничто в сравнении с нашей. Ты ведь учуял в Дмитрии нечто похожее, да?

— Ну, хоть он и называет себя богом, но каких-то особенных сил я в нём не нашёл.

Чёрт, нахуй эти разговоры, я просто хочу забуриться в твоё лоно и хорошенечко там всё измазать.

— Это потому, что он обычный страх. Гибрид человека и ужаса. Принцип почти такой же, как и с носфером, только сила приходит не извне, а изнутри души носителя.

— Что-то типа "выпусти своего внутреннего зверя"?

— В яблочко. А ты смышлёный. Значит нам с тобой будет легче найти общий язык.

— Так как, ты говоришь, твоего отца зовут? Он ведь тоже что-то хочет от меня.

— Война.

Я немного не понял прикола. Что значит война? Это у него имя такое? Александрия увидела моё замешательство и выразила обеспокоенность.

— Ты не понял, зайка? Давай я объясню понятнее. Истинные страхи не рождаются просто так. Нужно чтобы где-то во вселенной была несправедливость, ужас, страх и отчаянье. Мы — это ответ вселенной на угрозы. Зов идёт именно из тех миров, где идут войны, убивают невинных, режут, грабят, насилуют и всё в таком духе. Обычные страхи отвечают на зов, и находят подходящую оболочку для перерождения. Поэтому все обычные страхи — это пришельцы из других миров. Мы с тобой не такие. Для существования нам нужно нечто большее. Угроза галактического масштаба. Уловил суть?

— Система…

— Чертовски умный. Так вот, мой отец невероятно сильный. Он гораздо могущественнее твоего отца, и любого другого, обычного страха. С самого начала времён, когда первое разумное существо взяло в руки камень, чтобы размозжить голову своему сопернику, вступил древний механизм защиты и запустил цепную реакцию, что и породило Войну. Возможно, всё началось ещё раньше, когда первые микроорганизмы начали поедать других. А может…

— Всё я понял. Твой батя очень сильный. Вот только у меня вопрос, если он такой могущественный, то чего он не прихлопнет Систему?

Звонкий смех прокатился по комнате. Александрия долго и задорно смеялась, обнимая свой прелестный животик.

— Ой, не могу! Ну как тут не рассказать. Мать тоже страх, сравнимая по силе с моим отцом. Теперь понятно?

— Так страх чего она?

— Страх смерти. Самый первый. Самый могущественный страх. Теперь понял, с чем именно мы имеем дело?

Я откинулся на кровати и скрестил руки на груди. Почти так же, как лежат покойники в гробу. Тварь, что посильнее моего отца будет. А теперь они ещё и вместе. Тяжело выдохнул, надув щёки. Дыхание участилось, ноздри вздулись от гнева. По жилам постепенно начала течь раскалённая магма.

— Я всё понимаю, но на кой ляд я вам? Что во мне особенного? Зачем ты меня сюда пригласила? Просто поболтать?

Я не смотрел в её сторону. Тупо пялился в потолок. Шок. Трепет. Разочарование. Такое ощущение, что я делаю шаг вперёд, а мои враги делают два.

Почувствовал шуршание одеяла. Алекса залезла ко мне на кровать и уставилась в моё испуганное лицо.

— Давай размножаться.

— А?

Чёт не выкупил юмора. Ты мне тут мне такую тираду завела, о космических сущностях, изначальных силах, вечных противостояниях… И тут вдруг это.

— Тебе это так нужно?

И тут её переклинило. Она резко поменялась в лице и стала походить на милую анимешную девочку.