Терновая ведьма. Изольда - Евгения Спащенко

Верховный ветер окинул взглядом напряженную фигурку. И сквозь полночную пелену он видел яростный блеск голубых глаз, колючие завитки, украшающие нежную кожу.

«Изольда или терновая ведьма?»

Наконец он уточнил все так же безразлично:

— Надеюсь, твое любопытство удовлетворено?

— Да, — подтвердила принцесса и тут же замотала головой: — То есть нет!

Хёльм приподнял темную бровь.

— Какие еще будут вопросы?

Девушка лихорадочно соображала. Болтать по душам он был явно не настроен и мгновенно выдворит ее за дверь, если она вздумает затронуть болезненные темы. Значит, нужно обсудить что-то безопасное. Да только зубы вот-вот начнут стучать от пронизывающего горного ветра.

— Я оставила твой плащ Либу, — она переступила с ноги на ногу пальцы в тонких сапогах ощутимо мерзли.

— Лучше бы надела, чтобы сейчас не дрожать.

Хёльмвинд прекрасно видел, как старается принцесса разговорить его и при этом сдержать озноб, пробирающий до костей. На щеках расцвел румянец, искусанные губы покраснели.

— Мне не холодно! — решительно заявила она.

Звонкий голосок уже начинал хрипеть.

— Как скажешь, — равнодушно пожал плечами верховный. — О чем еще желаешь поболтать?

«Он зол на терновую ведьму, — твердила себе Изольда, силясь сдержать обиду. — Пытается скрыть за бесстрастной маской гнев и растерянность. Потому ведет себя так отвратительно. И я уж точно не имею права сердиться на него за это».

— Хёльм-мвинд, — тихонько трясясь, пробормотала она. — Поним-маю, ты не рад мне, н-но… Можешь на м-мгновение сделаться хоть чуточку н-не таким строгим? Иначе слова застрянут у мен-ня в горле…

— Хватит! — взмахнул рукавом он.

Морозный вихрь толкнул принцессу назад, заставил отступить в комнату. Чтобы не упасть, пришлось ухватиться за спинку кресла. Ветер влетел следом и с грохотом захлопнул балконную дверь.

— Не собираюсь до утра разбирать твой сбивчивый лепет! Говори толком, чего хочешь? — Разумеется, ему было жаль замерзшую девушку, но признаваться в этом он не желал.

Изольда сжалась в комок и целую минуту отогревалась у тлеющего камина, прежде чем ответить.

— Стань собой, хоть ненадолго, чтобы я не натыкалась на ледяную стену глядя на тебя.

— В отличие от терновой ведьмы у меня в запасе нет еще одной личины, — отчеканил ветер.

— Ты понял, что я имела в виду. — Она виновато опустила глаза.

— Нет. — Голосом его можно было резать камень. — Не нравится мой тон — ступай восвояси!

— Ох, Хёльм! — Принцесса в сердцах хлестнула ладонью по узорчатой стене. — Ну почему ты такой упертый? Ведь оба мы знаем правду. Не лучше ли поговорить о ней без утайки? Зачем делать вид, что ничего не произошло?

— Не догадываюсь, о чем ты…

И, всматриваясь в красивое надменное лицо Северного владыки, Изольда почувствовала, как начинает закипать от досады.

— Ах, не догадываешься? Могу объяснить!

Она подалась к верховному и тот непроизвольно попятился.

— Вот о чем я веду речь! — Девушка замерла в шаге от него — глазищи сверкают, голова высоко поднята.

— Только не мою спальню!

— Что? — Она уставилась на него непонимающе.

— Если вздумаешь снова крушить чертог, не трогай эту комнату. — Растерянный Хёльмвинд уперся спиной в стену.

Изольда захлопала ресницами.

— Не собираюсь я ничего разрушать.

Она осторожно протянула к нему руку, но, увидев, как вздрогнул Северный владыка, тут же отпрянула.

— Ты ненавидишь меня так сильно, что не в силах вынести даже простое прикосновение?

— Шипы на твоих ладонях… — сдавленно выговорил он.

Девушка недоуменно изучила терновые полосы.

— До сих нор не могу отделаться от ощущения, что они внутри меня.

Наконец принцесса вспомнила, как погружала пальцы в тело бездыханного Хёльмвинда, как тисками сжимала его сердце. Должно быть, она причиняла ветру ужасные страдания.

Запал и злость разом испарились. Изольда снова почувствовала себя преступницей.

— Обещаю, такого больше не повторится. По крайней мере, сейчас.

Она медленно приблизилась, и на этот раз верховный не стал шарахаться. Лишь затаил дыхание, когда ее теплая узкая ладонь легла ему на грудь. Кожу обожгло, но царапающей боли от колючек не последовало. Казалось, девушка держит в руке остывающий уголек, отпечатавшийся на его теле.

Какое-то время Изольда продолжала неподвижно стоять рядом, сомкнув веки. А когда открыла глаза, разглядела, как сияет сквозь материю ветряного плаща черный узор.

— Смотри, — указала она, но верховный ничего не заметил.

Тогда принцесса решительно повелела:

— Сними одежду.

Невесомое покрывало серебристой накидки упало на пол. Хёльмвинд принялся расстегивать рубашку негнущимися пальцами, стараясь не думать, что видит его гостья через ткань.

Наконец он остался голым по пояс и напряженно оглядел себя. Прямо над сердцем расцвела тонкая колючая вязь, будто нарисованная чернилами. Ажурный узор походил на дивный цветок. Кожа под ним горела.

— Что это? — Хёльмвинд приложил руку к груди, но жара не ощутил.

— Метка терновой ведьмы. — Изольда покачала головой, видя, как ее друг пытается дотронуться до колючего знака. — Не трать время напрасно… Ты не можешь прикоснуться к нему, даже увидеть. Я отниму ладонь, и линии исчезнут сами по себе.

— Но все же останутся, как невидимое клеймо, — заключил ветер.

От неотвратимости его слов принцесса поморщилась.

Верховный еще раз провел по коже, готовый в любую секунду отдернуть ладонь. Узор на груди выглядел словно живой. Ветер даже вытащил из шкафа кусок полированного стекла и в смятении принялся разглядывать шипы. Наконец он отложил зеркало, задумчиво застегнул рубашку.

— Когда чары истекут, знак тьер-на-вьер сотрется?

Изольда на миг онемела. Что же он с ней сделает, когда узнает правду? Но отступать было поздно, и девушка робко пробормотала:

— Понимаешь, Хёльм, загвоздка в том, что любовное колдовство необратимо…

Он замер, вцепившись в ворот рубашки. Остатки напускного безразличия исчезли с лица.

— Повтори…

— Приворот нельзя снять, — подтвердила девушка, сокрушенно глядя на него.

В ту же минуту Северный ветер превратился в ледяной ураган и грозно навис над ней.

— Ерунда! Ты — терновая ведьма! Поколдуй, раскроши в пыль пару башен… Вызови гром и молнии! Я не должен остаться таким!