Чародей звездолета «Агуди» - Юрий Никитин

Новодворский стремительно худел. Мне казалось, что этопроисходит прямо на глазах: утром приходит на заседание сытый и румяный, мордачуть не трескается, вот-вот потребует соблюдения прав человека насчет кресел,наподобие тех штатовских юристов, что требуют убрать в кинотеатрах подлокотникикресел, ибо толстожопые не могут втиснуться. В двери, к счастью, все ещепроходит, в моем кабинете очень широкие двери. А в Штатах уже начали вобщественном транспорте спешно расширять их. Это уже обошлось казне в восемьмиллиардов долларов, а впереди траты вообще астрономические: племя широкоплечихв области таза стремительно растет, у них свои клубы, песни, даже гимн,лозунги, своя партия и уже свой кандидат в президенты…

Сегодня я встретил Новодворского в приемной Ксении, онсклонился над ее столом и сыпал комплиментами. Рядом с премьером Убийло, но,завидев меня, Убийло всяческими телодвижениями постарался показать, что он сНоводворским только потому, что тот – босс, а он только подчиненный, куда босс– туда и он должен-с…

Громов спиной к нам с пультом в руках переключает каналы нателеэкране. Там что-то вспыхивает, взрывается. Приглушенно грохочет.

– Что-то вы все худеете, – сказал я Новодворскомублагожелательно, – прямо щепочка. Здравствуйте, Валерий Гапонович!

– Вашими бы устами, – сказал он печально. –Правда, возвращаюсь домой, потеряв здесь килограммов шесть-семь, честноеслово!.. Но утром влезаю на весы: все те же сто семьдесят семь!

– Наверное, лунатик, – предположил Убийло,пояснил: – По ночам крадется на кухню, садится у холодильника…

Новодворский вздохнул:

– Придется просить жену понаблюдать.

Нервничает, понял я, нервничает сильно, потому и шуточки такие,обычно над своим весом не прохаживается. Не то что больная тема, но лишний весдля общечеловека не помеха, человеку все можно, скоро и срать на улицахразрешат в странах общечеловечизма, чтобы не принуждать терпеть до дома или дообщественного туалета. Новодворский нервничает, не зная еще, какую линиювыбрать: прежняя становится опасной – вдруг да я начну истреблять политическихпротивников? А общечеловек стремится быть героем в безопасной норке. Потому икрылатыми ракетами издали по Ираку или Югославии, а когда вот так… страшно, ещекак страшно! Для общечеловека нет ничего ценнее шкурки, потому и своим шпионамразрешили признаваться сразу и во всем, а всякие там ампулы с цианистым ядом –это старое наследие жестоких фанатиков-коммунистов.

– Ничего, – утешил я дежурной фразой, –хорошего человека чем больше, тем лучше… А вы ведь где-то в глубине хорошийчеловек, Валерий Гапонович?

Новодворский рассмеялся с облегчением:

– Да я просто золотце!

Убийло, беспощадный карьерист, что готов пройти по любымтрупам, вплоть до своих детей, в последние дни жмется к силовикам, рассказываетим свежие приколы, охотно хохочет над всеми шуточками, даже солдатскимиГромова, лебезит перед Босенко, стелется под Сигуранцева. В старые временатакого бы на порог порядочного дома не пустили, репутация стоит дорого, но вполитике нет слова «репутация», зато есть «эффективность», а это не простовеликолепно работающий без устали беспощадно трезвый мозг, он еще и умеет также эффективно проводить любые решения в жизнь. Я не знаю, чего это ему стоит, ибоюсь думать об уволенных, подкупленных или согнанных с насиженных мест, нолюбое мое указание он выполнял быстро, умело, всегда в сроки. По слухам, незабывает отщипывать в свой карман, но все равно выгодно отличается от тех, ктоворует направо и налево, а работы – как с козла молока.