Отбор для Короля волков - Маша Моран

— Где запад? — Николетта оглядывала площадь, словно искала указатель. — Мы должны сами определить?

— Да, леди Николетта. — Йелек улыбнулся блаженной восторженной улыбкой. — Вы должны найти нужное направление сами.

— Но я понятия не имею, где искать запад. — Николетта по-детски вертела головой.

Аглая указала на заходящее солнце.

— Я думаю, он там, где закат.

— Действительно! — Николетта посмотрела на кровавое солнце. — Я и не догадалась. Какая вы умная…

Аглая промолчала. Легко быть умной с теми, кто даже в школу не ходил. Но там где действительно нужен был ум, она поступила, как последняя идиотка. Лазаж прав: ее уже съедало изнутри острозубое чувство тоски. Тоски по горячим мозолистым рукам Дамазы, по его бирюзовому взгляду, по ироничной ухмылке, кривящей потрескавшиеся губы. Он стал ей необходим. Нужен до боли в груди. Хотелось снова лизнуть его кожу и вонзить зубы в мощную шею.

Аглая зажмурилась от нестерпимого желания.

— С вами все хорошо, княжна? — Николетта хотела коснуться ее локтя, но нерешительно замерла.

Аглая кивнула:

— Да. Все хорошо. Идемте?

Они наугад двинулись в сторону заходящего солнца. На этот раз Николетта оживленно болтала и уже не стесняясь бросала в сторону Йелека кокетливые взгляды.

— Как вы думаете, далеко до этой осины? Я что-то не припомню осин в округе. Хотя я и не очень хорошо разбираюсь в деревьях. Наверное, это плохо, если Невеста Волчьего сына не понимаете в таких вещах? — Последний вопрос она уже задала Йелеку.

Тот покачал головой:

— Не имеет значения, глупа женщина или умна, ленива или нет. Она просто нужна.

Йелек говорил тихо. Ветер уносил его слова, и казалось, что это лишь шум воздуха.

— Волк внутри нас чувствует свою женщину. Он понимает, что она — та самая, еще раньше человека. И подсказывает нам.

— Но… мужчины ведь выбирают женщину за ее умение вести хозяйство, за способность выносить здоровых детей… Неужели это неважно?

— Какой животному толк от того прибрано в доме или нет? Мы ищем спутницу, а не служанку. Нам нужна та, которая осветит путь в темноте. Та, которая заменит собой Луну. Волки — животные. Они спят в логове. Мягкая постель им ни к чему. Ваши мужчины глупы, если ищут жену, которая может вести дом. Но не может подарить ласку.

Голос Николетты стал едва слышен:

— За лаской они идут к любовницам.

— Тогда они глупцы вдвойне и не достойны ни одной из вас.

Они вышли из города и шли по утоптанной тропе. Солнце все ниже садилось за горизонт, осталась лишь кроваво-алая долька.

Аглая снова и снова прокручивала в голове слова Йелека. Разве не этого она хотела? Быть спутницей, безумно любимой и оберегаемой. А не вечной служанкой. Но Дамазы… он вел себя с ней так, будто она во всем хуже него. И те его слова, что она враг… Он ведь каким-то способом узнал, что она не княжна, не из этого мира и ведьминские чары получила случайно. И все равно сказал, что мысль жить с ведьмой ему противна. Сказал, что ждет, пока она не приползет к нему на коленях.

Но тогда она перестанет уважать саму себя. И он, скорее всего, тоже. Он и так продолжает считать ее шлюхой. Вот только Лазаж сказал, что они не смогут друг без друга. И Аглая чувствовала, что старый оборотень не врет. Ей уже казалось, что она начинает сходить с ума без Дамазы. Ей хотелось, чтобы он оказался рядом. Присматривал за ней. Злобно рычал на тех, кто подходил к ней слишком близко, опалял ее горячим взглядом и обещанием запретной страсти. С ним она становилась самой собой. Раскованной и свободной. Но какой ценой?.. Ох, можно долго размышлять на эту тему и копаться в самой себе, но что это даст?

Она должна выбрать. Либо с ним, либо без него. В обоих случаях ее жизнь будет наполнена страданиями. Без него она будет сходить с ума от тоски и одиночества, сравнивая всех мужчин с ним и мучаясь ревностью к той, другой, которая возможно будет греть его постель и дарить ласку. С ним — будет днем за днем терять себя, ломать свою душу и превращаться в…

— …а вы как думаете, княжна?.. Княжна?..