Правда выше солнца - Анатолий С. Герасименко

тогда со склада эту громоздкую штуковину. Даже не верится, что протаскал её с собой целый месяц напролёт, от Афин до Вареума и обратно. Теперь, наконец, можно задействовать «лиру» и запросить подмогу с Парниса. Фонить, конечно, будет страшно. Если Локсий вернулся на Землю, он мгновенно поймёт, что Кадмил сбежал и пользуется магической техникой, наплевав на запреты. Да и выстрелы из жезла не могли остаться незамеченными. Но теперь это уже неважно: ведь в руках Кадмила – Эвника. Главная фигура человеческого Сопротивления, ключ к разгадке тайны алитеи, предательница, притворщица, гидра, грайя, горгона! Посмотрим, как ты запоёшь в руках Локсия, дрянь!

«И посмотрим, как запоёт сам Локсий, – думал Кадмил, переводя дух. Ступеньки кончились, вдали замаячило светлое пятно входа в гинекей. – Посмотрим, что скажет этот надутый колдун, когда я представлю доказательства его тупизны! «Подумай над своим поведением»? «Перестань носиться как угорелый и творить глупости»?! Ха, как бы не так! Однако надобно набраться терпения. Победа уже у меня в руках. Осталось сыграть последнюю сцену. Мелита. Ребёнок. Летать…»

Откуда-то вдруг потянуло чистым дождевым духом. Кадмил остановился посреди коридора, держа факел в вытянутой руке, чтобы масляный чад не лез в лицо. Издалека слышался рык Акриона, раздающего команды, ему вторил скрипучий голос Спиро – и здесь оказался в гуще событий, доходяга! Бряцало оружие, перекрикивались лудии. Кажется, они искали Фимению и никак не могли найти. Кадмил внезапно почувствовал огромную усталость. Ему отчаянно не хотелось возвращаться к людям. Хотелось побыть в тишине, остудить голову… И услышать голос Мелиты.

Он двинулся в сторону. Откинул полог. Прошёл коротким тамбуром и очутился во внутреннем дворике.

Тучи сгинули. В чистом, омытом дождём небе под серпом Луны неподвижно чернел гребень древесных крон. «На открытом месте сигнал будет сильней, – подумал Кадмил, скидывая сумку и развязывая тесёмки. – Всего-то полторы сотни стадиев. Эх, и всполошится Локсий… Если он, конечно, на Земле».

Он достал прибор, утвердил округлое основание на сырой почве. Выдвинул антенны эмиттера: получилось и впрямь похоже на музыкальный инструмент, только без струн. Сдвинув пластину на корпусе, набрал код вызова. Затаил дыхание, слушая шорох помех.

«Лира» ожила.

– Лабораторный комплекс Парнис, покои Солнцеликого Локсия, – произнёс искажённый динамиком голос Мелиты. По тону чувствовалось, что она улыбается.

– Мелита! – воскликнул Кадмил. – Как же я рад тебя слышать, любовь моя.

– Ох, – она рассмеялась, облегчённо и нервно. – Наконец-то! Хвала Крониду! Ты не в беде? Не ранен?

– Не ранен, не в беде, и, более того, преуспел, – заявил он, также посмеиваясь. – Даже обидно, что ты сразу предполагаешь худшее.

– Я просто ужасно волновалась, – ласково сказала Мелита, – и тоже, тоже очень рада тебя слышать.

– Не представляешь, какая тут кутерьма, – Кадмил развёл руками, хотя знал, что она не увидит жеста. – Просто голова кругом... Слушай, а Локсий здесь? На Земле?

– Надеюсь, кутерьма не закончится, как в прошлый раз, – вздохнула Мелита. Затем голос её зазвучал близко и горячо: она нагнулась к микрофону. – Да, Локсий на Земле. Отбыл с визитом к Орсилоре. Долго прихорашивался, потом прихватил амфору с вином и улетел. Думаю, будет нескоро, ха!

– Старый козёл ускакал к подружке? – Кадмил тоже развеселился. – Вот это номер! Я тут, понимаешь, вершу историю, меняю судьбу Эллады… А он, значит, бросил работу и отправился на свидание!

– Не бросил, а делегировал управление комплексом новому ассистенту, – сказала Мелита деловитым тоном.

Кадмил, ещё усмехаясь, по инерции кивнул.

А потом понял.

Понял – но не поверил поначалу.

– Это... ты? Новый ассистент – ты?

По спине прокатилась ледяная волна, мир покачнулся и выправился.

– Я, – просто сказала Мелита.

– Он тебя...

– Обратил, – подхватила Мелита, и её голос задрожал. – Кадмил, я не сказала, хотела подождать, пока ты вернёшься, сделать сюрприз, но ты позвонил, и...

Кадмил издал оглушительный ликующий вопль.

– О-хэ!! Да хрен с ними, с сюрпризами, детка! Это же потрясающе! У-ху-ху!

– Да, – откликнулась Мелита, и опять было слышно, что она улыбается. – Это потрясающе. Иначе не скажешь. Представляешь, могу теперь творить иллюзии…

– Как Локсий? Эвге!

­­– Ну, не как Локсий, конечно, но тоже кое-чего получается. И память стала, как у машины.

– Вот это да!

Кадмил ощутил какое-то странное, незнакомое чувство. Нечто вроде щекотки в самом сердце. Вроде пузырьков воздуха в голове. Такого он никогда не испытывал раньше. Похожее, конечно, было – когда они впервые поцеловались с Мелитой, или когда первый раз взлетел… Но всегда что-то мешало, что-то тянуло к земле. А теперь – нет.

Он был счастлив.

Полностью, совершенно счастлив.

– Но у меня, видишь, теперь дела и ответственность, – говорила Мелита, стараясь быть серьёзной. – Так что, если что-то важное, то можешь мне... Нет-нет, ты прямо вот должен мне сказать. И я слушаю!

– А, – беспечно произнёс полностью счастливый Кадмил, – да ничего особо важного. Совершили с ребятами дворцовый переворот. Арестовали узурпаторшу. Сейчас вот передохнём – и устроим коронацию нового царя. Обычная рутина.

Мелита засмеялась.

– Ты опять спас Элладу, – сказала она.

– Да, я опять спас Элладу, – согласился, ухмыляясь до ушей, Кадмил. – Слушай… Теперь серьёзно. Я тебя люблю. И я счастлив за нас. За вас с маленьким и за себя. Только мне нужна помощь. Надо как-то переправить Эвнику на Парнис…

Он осёкся. «За вас с маленьким»?

– Да, – сказала Мелита, – да. Я тоже тебя люблю. Давай, за тобой прилечу? Я теперь летать умею.

Шрам горящим кольцом охватил горло. По спине побежали огненные мурашки.

– А… ребёнка? – произнёс Кадмил. – Ребёнка Локсий тоже обратил?

– Я потом расскажу, – со старательной беззаботностью сказала Мелита.

– Что… что?

– Я потом расскажу, – повторила Мелита. Беззаботность в её голосе стала окончательно искусственной.

Кадмил ждал, цепенея. Боль стукнула в темя и стала расти, упираясь в висок.

– Ладно, – Мелита вздохнула. – В общем...

– О, проклятье, – сказал Кадмил.

– Да, – сказала она очень спокойно. – Обращение – это метаморфоза всего организма. Очень серьёзные изменения. Ну, ты понимаешь: состав крови, всё остальное. Локсий предупредил, что я его не сохраню.

– И ты...

– И я согласилась, – ему показалось, он видит, как Мелита пожала плечами. –