Месть прошлого - Екатерина Гичко

– То есть я всё-таки погуляю на вашей свадьбе? – приподнял брови Шидай.

– Если сам гуляние устроишь, – сухо ответил Ранхаш и пристально посмотрел на Майяри. – Тихая церемония в храме?

– Да, – немного поспешно согласилась девушка.

– Вот уж нет! – воспротивился лекарь. – Вам-то, может, праздник и не нужен, а вот ваши друзья и родственники с удовольствием погуляют. Да и Майяри наверняка хочется праздника. Просто она виновата перед тобой, вот и соглашается.

– Мне в самом деле не хотелось бы шумной… свадьбы, – Майяри нисколько не лукавила, но в глазах харена уже мелькнуло сомнение. – Давайте я просто выйду за вас, когда… смогу. Без всех этих сложностей. Их и так хватает.

– Майяри, ты не представляешь, чего лишаешься. Красивое свадебное платье, весёлые нарядные подружки, толпы народа, радующегося твоему счастью… ну и завидующего. Обворожительный жених, ожидающий тебя в торжественной тишине храма…

Заинтересовалась Майяри только на последней фразе, и лекарь тяжело вздохнул.

– Ладно, до зимы ещё образумитесь.

До зимы… Уютное тепло, свернувшееся в груди, тронуло морозцем тоски. Так долго…

Ранхаш молча вытащил одну зубочистку и так же молча смял её в руке. И только после этого тяжело обронил:

– Не до зимы.

– Господин… – вскинулась Майяри.

– Отец, выйди. Нам надо поговорить.

Шидай покладисто встал и у самого порога ободряюще подмигнул девушке.

Харен поднялся, под напряжённым взглядом Майяри – всё же он был очень суров и слегка пугал – приблизился к креслу и неторопливо опустился перед девушкой на колени. Сперва на одно, потом на другое.

– У вас же так признаются в любви?

Девушка дёрнулась к нему, сползая с сиденья, но мужчина опять заставил её сесть.

– Я зол, но я всё так же вас люблю. Хотя бы в этом доверяйте мне.

– Я…

– Я способен защитить и себя, и вас, и не собираюсь бездумно бросаться голой грудью на копья, поэтому верьте в меня. Я готов выслушать вас и понять, поэтому говорите со мной. Доверяйте мне. Верьте в меня. Говорите со мной.

В кабинете повисло молчание. Майяри судорожно вздохнула и, подавшись вперёд, крепко обняла мужчину за шею.

– Я так люблю вас, что боюсь представить себя без вас, – прошептала она. – Я боюсь потерять вас, боюсь причинить вред… Мне кажется, я никогда и никого не любила так, как вас. Мне хочется, чтобы вы всегда были рядом со мной, всегда были… живы.

И Ранхаш всё же стянул её с кресла к себе на колени.

– Злитесь? – едва слышно спросила девушка.

– Уже не так сильно.

– Простите меня. Страшно было говорить. Вдруг вам бы это совсем не понравилось.

– Мне не понравилось.

– Я имею в виду, – голос Майяри почти совсем исчез, – что вы бы разочаровались во мне и охладели.

– Я опять злюсь, – спокойно предупредил Ранхаш.

– Простите, – девушка ещё крепче прижалась к нему, поудобнее умащиваясь на его бёдрах.

– Ты меня соблазняешь.

– Господин Ранхаш, кто из нас сумеречница, я или вы? – раздосадовалась Майяри.

– Ещё чуть-чуть, и я отправлюсь в горы, чтобы потом лишить тебя отдельной спальни. Мне хочется полностью владеть тобой, а не красть.

– Красть? – девушка прижалась лбом к шее оборотня. – Я никогда не думала, что принадлежу кому-то. Этот брак всегда казался мне таким ненастоящим. Просто узы с каким-то малоизвестным мужчиной. Ни симпатии к нему, ни сильной ненависти. Только неприязнь и злость. Даже сейчас, когда этот брак стал препятствием между нами, я не чувствую себя замужней женщиной.

Она замолкла, наслаждаясь моментом близости. Как же хорошо, когда нет никаких тайн и недомолвок.

Почти нет.

– Назови имя старейшины общины, в которой ты родилась.

По позвоночнику холод прошёлся.

– Не молчи. Говори.

Майяри крепко-крепко зажмурилась и с неимоверным усилием выдохнула:

– Я из семьи Рал Эрхендайла̀р.

Ранхаш ласково погладил её по спине, словно утешая, и вкрадчиво прошептал:

– Попробуй ещё раз. Двадцать общин в Сумеречных горах носят имя Рал Эрхендайлар, ещё две Рал Эрхендила̀р и одна Рал Эрхенда̀й. Имя старейшины, Майяри, его имя.

Девушка закусила губу. Сомнения терзали её. Она так привыкла молчать, скрывать, что отпустить свои тайны, поделить ими было просто страшно.

– Ѝрдар. Его зовут Ирдар, – обречённо прошептала она.

– Ирдар Рал Эрхендайлар, – задумчиво протянул Ранхаш и коснулся губами виска Майяри. – Молодец. А теперь скажи своё имя.

Девушка подняла голову и немного устало улыбнулась.

– Майяри. Моё настоящее имя Майяри. Я сама дала его себе, и оно означает саму меня.

Сердце томительно-остро сжалось, и Ранхаш склонился к губам девушки. Какая в целом разница, как звали её те, кого она ненавидит?