Сердце волка - Анна Шнайдер

Глава 8

Дартхари Нарро, Арронтар, около 10 лет назад

— Вы хотели меня видеть, дартхари?

Когда калихари Винард зашёл в кабинет, Нарро стоял возле окна. Широко распахнув створки, он вглядывался в ночное небо, в его безмятежный темный бархат, и дышал. Глубоко дышал.

Даже сейчас, когда её не было рядом, Нарро чувствовал её запах. Но почему он не чувствовал его раньше?

— Да, Винард. Хотел.

Вожак обернулся и кивнул на стул возле письменного стола.

— Садись.

— Спасибо, дартхари. Я постою, — ответил Винард, и Нарро едва заметно усмехнулся. Он видел, как напряжён его посетитель. Словно натянутая струна, ни одной расслабленной мышцы в теле. Впрочем, это понятно.

— Я думаю, ты догадываешься, зачем я тебя позвал?

Вожак спросил это не угрожающе и не обвинительно, а спокойно. Наверное, потому что теперь Нарро хотел не убить, а понять.

— Догадываюсь, дартхари.

— Тогда мне незачем задавать наводящие вопросы, верно? Рассказывай.

Винард вздохнул и поморщился. А Нарро невольно вспомнил жену калихари белых волков — красавицу Прайму, золотоволосую женщину с надменным лицом.

И опять в нём вспыхнул гнев, когда он представил, чего и в каком количестве натерпелась Рональда. Видимо, Винард почувствовал изменения в настроении Вожака, потому что вдруг выпалил:

— Вы сказали, приносить вам любого необычного ребёнка. И Рональда… нам не сразу стало понятно, что она не такая, как остальные. А когда стало… — Он запнулся, но потом всё же продолжил: — Я подумал, что вы убьёте её, дартхари. И поэтому пошёл на нарушение данного слова… Простите, я не хотел, чтобы вы убили мою дочь. Я на…

— Что?!

Нарро так удивился, что даже не смог сдержаться и промолчать.

— Я не понял, Винард. Ты решил, что я убью Рональду?

— Конечно. А для чего иначе она могла вам понадобиться?

Вспышка обжигающего гнева — и калихари чуть отступил назад, испуганно лепеча — не как взрослый мужчина, а как маленький нашкодивший мальчик:

— Дартхари, я понимаю, нехорошо, что я ослушался, но поймите, я не мог отдать вам свою дочь… Я прошу и сейчас — не убивайте её… Я…

О Дарида, что там лопочет этот оборотень?

У Нарро даже голова заболела. Винард думал, будто он собирается убить Рональду, и поэтому не принёс девочку? Очень логичный поступок, особенно если учесть, как ребёнка травили в деревне.

— Ты решил морочить мне голову, Винард? — спросил Нарро настолько холодным голосом, что его собеседнику показалось, будто в комнате пошёл снег.

— Нет, дартхари! Я говорю, правду. Я…

— Правду?! Нет, Винард. Ты говоришь так, будто любишь Рональду. Однако ты не любишь дочь, ты презираешь её. Я же вижу.

Калихари виновато наклонил голову и ответил тихо, но твёрдо:

— Одно не исключает другого, дартхари. Да, я презираю её, но и люблю тоже. Разве я могу не любить свою дочь? Мы с Праймой так ссорились из-за неё, жена боялась, что вы узнаете обо всём и… убьёте и Ронни, и нас… Она даже уезжала, уезжала к подругам в другие кланы, потому что боялась. А я надеялся, что со временем Рональда изменится, станет красивее, вырастет, будет сильной волчицей… Но она приносила нам с Праймой одно лишь разочарование.

Нарро задыхался. Прошлое накатывало, причиняя невыносимую боль — то самое прошлое, которое, как он думал, давно ушло, отпустило… Нет. Оно лишь затаилось, спряталось на время, и теперь вновь вылезло на поверхность, напомнив о себе даже болью в спине, где давным-давно не было никакого горба и не осталось ни одного шрама от брошенных камней.

Все шрамы — только внутри. В душе.

— Прошу, не убивайте её, дартхари…

Нарро посмотрел на Винарда, и калихари вздрогнул — настолько его испугал пустой и полный бесконечной усталости взгляд Вожака.

— Ты глупец, Винард. Зачем мне убивать Рональду после того, как я взял девочку под свою защиту? Нет, я не убью её.

— Спасибо, дартх…

— Уйди, — выдохнул он, вновь отворачиваясь к окну. — Ты разочаровал меня, и на следующих игрищах ответишь за проступок. Что же касается Рональды… когда увидишь, передай — пусть придёт в усадьбу как можно скорее.

— Да, дартхари.

Тихие шаги, скрип закрывшейся двери — и тишина.

В кабинете остались только Нарро и его мысли.

«Одно не исключает другого, дартхари».

«Я презираю её, но и люблю тоже».

«Она приносила нам одно лишь разочарование».