Трехручный меч - Юрий Никитин

Ударил, еще, еще, с третьего раза кристалл треснул и тут жерассыпался на песчинки. Меня толкнуло в спину, я быстро обернулся, успелподдержать падающего короля. Плечо и правая рука обагрены кровью, лицосмертельно бледное, он выдавил с трудом:

— Ты не спешил…

— Как и вы, — огрызнулся я.

Де Жюрминель выронил меч, а сам с белым как мел лицомотступил на шаг, попробовал опереться о стену, однако ноги не удержали, сползпо стене. Послышался топот, в проеме распахнутой двери показались бегущиерыцари. Всех опередил громадный, поперек себя шире, воин в легкой кожанойкольчуге. Я думал, он в боевой маске, но эта маска гримасничала, я узналтролля, что похитил дочь короля.

За троллем спешила молодая женщина, одетая в дорожныйкостюм. Тролль остановился посреди комнаты, озираясь, в руке громадный меч, аиз необъятной груди вырывается злобное рычание. Девушка с плачем бросилась ккоролю:

— Ты ранен? Отец, ты ранен?

Король ответил хриплым голосом:

— Жить буду… Зря вы, мы справились бы сами.

Она оглянулась на де Жюрминеля, тот сидит на полу,прислонившись к стене. Изо рта бежит тонкая струйка крови, на смертельнобледном лице выглядит особенно яркой, вызывающей. Взгляд затуманивался,блуждал, останавливаясь то на короле, и тогда в нем проступало прежнеебезмерное удивление, то на тролле, на которого дочь короля смотрит влюбленнымиглазами.

— Черный, — сорвалось с его губ, — Гарторикс,Черный Властелин… Теперь ты хозяин всего мира…

Он дернулся и затих. Тролль рычал все тише, налитые кровьюглаза озирали помещение. Дочь спросила отца с недоумением:

— Что он сказал? Ты теперь хозяин… всего мира?

Земля под ногами дрогнула, из глубин донессяпредостерегающий рокот. Я не успел раскрыть рот, как следом раздался страшныйгрохот, земля затряслась с такой силой, что со стен срывались картины, статуипадали и разбивались на мелкие, блещущие на изломах куски. С потолка посыпаласьпыль, мелкие камешки. Затрещало, потолок пошел жуткими глубокими трещинами,начал проседать, пыль и камешки посыпались чаще.

— Уходим! — заорал я.

Массивная глыба тяжело рухнула перед дверью, куда янамеревался броситься, мозаичный пол вздрогнул, подпрыгнул. Глыба развалилась,а мелкие осколки брызнули, как шрапнель, иссекая немногие уцелевшие картины,мебель.

— Надо уходить…

Сверху страшно треснуло, словно молния расколола камни.Потолок задвигался, глыбы просели ниже, все еще удерживая друг друга, однивыдвигаются, как широкие поршни с неровными краями, другие отстают, еще толчок…Одна глыба выпала, и весь потолок освобожденно рассыпался, устремился вниз.

Я сжался, ожидая страшные расплющивающие удары, жуткийгрохот разламывает череп, пахнуло ветром, в глаза бросило горсть пыли, а в ротвбило ком из шерсти и песка. Я зажмурился, напрягся, одновременно выплевываягадость, на зубах скрипит, ветер стал сильнее. Некоторое время я ждал, когда жеменя раздавит, наконец открыл слезящиеся глаза.

Вокруг простерлась зеленая равнина, мы все стоим на вершинепологого холма с плоской верхушкой. От наших ног убегают дороги на четырестороны до самого горизонта, чти значит, мы на самом перекрестке, а чуть всторонке небольшой постоялый двор, который показался мне смутно знакомым.Черные тучи быстро тают в стремительно набирающем голубизну небе. Брызнуло яркоеоранжевое солнышко, моя кожа ощутила ласковые лучи. От черного замка ни следа.Тролль взревел, глаза снова налились кровью, но королевская дочь обняла, что-топошептала, и он успокоился.

— И что теперь? — спросила она у отца.

— Эти земли дарю вам, — ответил он хмуро, вид унего оставался несчастный. — Будьте мудрыми и справедливыми правителями… Авот я…

Я кашлянул, сказал громко, прерывая его на полуслове:

— Черный Властелин погиб. Перед смертью он успел понятьи сказал вслух, что теперь король, ваш отец, — хозяин этого мира. И он,конечно же, останется справедливым правителем!

Король вздрогнул, на его лице отразились страх и недоверие.Дочь со счастливым визгом поцеловала родителя, ухватила тролля и утащила кгруппе рыцарей, что попали было в ловушку, а теперь внезапно оказались назеленой траве посреди бескрайнего поля.

Король взглянул исподлобья.

— Ты мог уничтожить меня, — произнес онхмуро. — Достаточно сказать, что… ну, что Черным Властелином звали вмолодости меня. А также Князем Зла. Иногда — мастером Тьмы. Я им, увы, и был.

— Да, — ответил я. — Можно было, но… зачем?

Он остро посмотрел на меня из-под нависших седых бровей:

— Но как же… справедливость?

Я сдвинул плечами:

— А что это? Как и эта… истина? Все меняется, и мытоже. Я тоже одно время, стыдно вспомнить, кошку держал… потом понял, что ссобакой просто заниматься не хочу, а выводить на улицу вообще боюсь. Вдруг данасрет на тротуаре? Да… еще пионером был, негров рвался освобождать… задемократов голосовал… И что ж мне теперь себя, нынешнего, за того, прошлогодурака, убивать?.. Нет, то был один человек, а я — другой. Я за того дуракаотвечать не хочу.

Король схватил меня за руку, благодарно потряс. В глазахблеснули слезы.

— Ты… единственный, — сказал он жарко, — ктовсе понял! Кто понял все, я даже не знаю, как глубоко все! Даже глубже, чем ясам. Я только чувствовал, как бессловесный зверь, а ты все объяснил.

Я не слушал, сделал пару шагов в сторону постоялого двора.Оттуда доносится слабый шум драки, песни, через разбитое окно со звоном стеклавылетела табуретка. Сердце мое счастливо дрогнуло, я узнал это место.