Богиня под прикрытием - Людмила Гурламская

— Тебе нужно что-то особенное… — пробормотал он и на полном серьезе предложил: — Выкинь всю теорию из головы! Твоя сила предполагает азарт, случайность, непредсказуемость, везение, счастливый случай, шанс один на миллион! Перемещаться ты должна так же…

— Один раз удачно на миллион попыток? — кисло спросила Лайма.

— Нет, нет, — Арей активно замотал головой. — Эмм… как же объяснить… Твои перемещения должно сопровождать предвкушение, азарт.

— Я примерно понимаю, — мурлыкнула Лайма и украдкой покосилась на Миху, но вдруг засомневалась: — А если перемещение дежурное? То есть, там, в точке выхода нет ничего интересного и азартного, что можно было бы предвкушать? Мало ли куда мне надо будет?

— Тогда предвкушай сам путь. Всегда удачный путь. Пожелай себе удачного пути и перемещайся, куда пожелаешь, — посоветовал Арей.

— Арей, — серьезно начала Лайма. — Я не могу желать себе удачного пути. Это будет самоблагословением. А самоблагословения чреваты не самыми хорошими последствиями.

— Тогда не желай… — Бог путешествий нахмурился и как будто впал в задумчивость. Потом растянул губы в хитрой улыбке: — Удачных путей пожелаю тебе я.

И, собственно, пожелал. Нам осталось лишь наблюдать, как нить его силы старательно вырисовывает узор на ауре Лаймы и гадать, что же это будет. Сначала мне показалось, что это знак бесконечности, стилизованный почему-то под сердечки, но вот к двум сердцам добавилось еще одно и еще… узор не замкнулся, линия свободно вышла за пределы. Четырехлистник! Четырехлистный клевер, символ удачи, конечно же!

— Вау! — выдохнула Лайма, а я задумалась. У Дорохова на ауре знак S, Богине удачи достался лист клевера. А мне? Как выглядит его благословение на моей ауре? Надо попросить Матея уже снять эту маскировку, интересно же!

— Пробуй, — кивнул Арей Лайме.

Она зажмурилась, счастливо взвизгнула и исчезла.

— Так… и где ее теперь искать? — спросила я через минуту напряженного ожидания. Я чувствовала только, что ее местоположение постоянно меняется.

— Скоро должна вернуться, — заявил Арей.

— Она тебе что, бумеранг? — огрызнулась я. — А если где-нибудь застрянет?

— Исключено, — уверенно ответил Бог путешествий.

Спустя полчаса Лайма все-таки вернулась.

— Это такой кайф! Ареюшка, спасибо! — восторженно воскликнула она и кинулась на шею Богу путешествий. Мы с Михой озадаченно переглянулись, Арей выпучил глаза и растерянно взмахнул руками. — Удачи тебе! — не дав опомниться, она стукнула его ладонью по груди, таким образом запечатлев на нем свое особое благословение.

— Э-э-э… благодарю, — наконец, нашелся Арей, но Лайма уже выпустила его из своих объятий и повернулась к Михе:

— Хочешь погулять со мной?

— Спрашиваешь! Конечно, хочу! — фыркнул кибермаг и взял ее за руку.

Лайма снова зажмурилась и они исчезли теперь уже вдвоем.

— Пойдем, что ли с Дракошкой поиграем? — предложила я, рассудив, что на этот раз получасом дело не обойдется.

— Пошли, — хохотнул Арей.

* * *

Межгалактическая научно-исследовательская станция. Бывший пиратский корабль. Спустя сутки

В кают-компании собрались четверо. Антонио сидел, склонив голову, и сосредоточенно рассматривал свои руки.

— У тебя нет никаких юридических проблем с посещением Адельтерры, соответственно, нет необходимости в таких предосторожностях… подумай, — спокойно проговорил Бог путешествий, обращаясь к графу.

— Решение принято! Арей, ты не понимаешь, я опасен для драконов! Неужели так сложно выполнить мою просьбу? — жестко проговорил Антонио, по-прежнему не отрывая взгляда от своих ладоней.

— Нет, ты все-таки псих! — воскликнул доселе молчавший Дорохов. — Ты знаешь, я даже забыл, что ты меня в космос выкинул! На дураков не обижаются!

— За тот случай я уже просил прощения у тебя лично и у остальных! — процедил граф и бросил на Дорохова испепеляющий взгляд. — Сколько можно вспоминать об этом?

— Вот и я говорю, сколько можно, Антон? — уцепился за последнюю фразу Дорохов. — Сколько можно перекладывать ответственность на других? Соберись, тряпка! Ты о брате подумал? Хочешь испортить ему свадьбу своими похоронами?

— Да, действительно! — вышел из ступора Миха.

— Вы не понимаете! — в отчаянии воскликнул граф и вскочил с места. — Даже запах дракона все еще сводит меня с ума. Я буду очень стараться держать себя в руках, но до конца не могу поручиться за свои действия! Неужели так сложно пообещать… хорошо, не аннигилировать, просто нейтрализовать меня, если впаду в неадекват? Мне так будет спокойнее!

— Обещаю, лично выкину тебя в открытый космос при попытке неадеквата! — хохотнул Дорохов.

— Не смешно, — буркнул Антонио и отвернулся к иллюминатору. — Я должен вернуть летопись в родовое имение, подтвердить права Микаэла, представить его, как наследника рода Дипонов и… я это сделаю, но при встрече с драконами… А если мне придет в голову испить их крови? — с ужасом прошептал он и повернулся к брату.

Арей тяжело вздохнул. Его не столько раздражали душевные метания графа, сколько невозможность их разрешить до возвращения того на Адельтерру.

— Антон… — начал Миха, — у тебя ведь уже нет проблем с резервом? Я думаю, все пройдет… без эксцессов.

— Мне бы твою уверенность! — воскликнул Антонио. — Ты не представляешь, что я чувствую, стоит лишь подумать о визите на Адельтерру и встрече с драконами! Это странное предвкушение меня пугает! — он посмотрел на свои руки, пальцы мелко подрагивали.

— Хорошо, — решился Арей. — Я тебе обещаю, — он прищурился, тщательно подбирая слова. — Обещаю, что при малейшем намеке на агрессию с твоей стороны в отношении драконов, я тебя изолирую.

Антонио согласно кивнул и тут же уточнил:

— Как? Надо, чтобы надежно, чтобы…

— Да какая разница? — не выдержал Дорохов. — Тебя волнует, как тебя изолируют? Меньше будешь знать, лучше изолируешься!

Граф в ответ почти натурально зарычал. Дорохов своими слегка ехидными репликами начинал его раздражать.

— Антон, — решил разрядить обстановку Миха, — все будет хорошо. Мы же вместе будем. Сила в единстве, помнишь?

— Помню. И в доверии, — кивнул Антонио. — Только я сам себе не доверяю!

— А это неважно, — уверенно заявил Миха. — Главное, что я тебе доверяю. А ты мне.

Граф тяжело вздохнул и прикрыл веки.

— И будь, что будет, — прошептал он, обращаясь скорее к самому себе, чем к кому-то из присутствующих.

— Конечно, будет то, что будет, иначе просто не будет! — скаламбурил Дорохов и тут же огреб два укоризненных взгляда.

— А ты чего такой радостный, Андрэ, а? — подозрительно прищурился Антонио.