Ловушка - Анастасия Романчик

Глаза девушки расширились от изумления, он кое-что поняла.

— Правильно, твой хахаль тоже прямой потомок моего брата, который был одним из первых прощенных вампиров. Он стал смертным, но он добился главного. Он смог стать прощенным, он смог дать жизнь, — Коготь коснулся живота девушки и погладил его. — И свет… не отвернулся от него.

— А ты не подумал, почему так произошло? Он хотел этого, а ты нет! Ты просто стал продолжением своего отца, а он захотел чего-то иного для себя и он это получил! А ты только завидовал и злобствовал!

— Это уже ничего не поменяет. Смирись, вы проиграли эту войну.

Вперевалочку к Кагану осторожно приблизился раб и что-то промямлил.

— Она рожает? Не вовремя. Ребенок подождет, — фыркнул сын владыки. Увидев, как округлились глаза Лимы, он улыбнулся. — Я частенько сентиментален, иначе бы давно остался один и перебил бы всех братьев, ведь я самый сильный из них. В отличие от них, я родился с четвертым обликом.

— И кто эта женщина, которая выносила для тебя?…

— Двойню, — перебил ее Каган. — Ты знаешь древнюю темную расу дололов? Вижу по глазам, что не знаешь. Она отступница, мне отдал эту женщину ее собственный народ. Произошел конфликт интересов, один мальчик будет вампир, а второй — долол. Я разочарован в веронах, их кровь дала неожиданных эффект. Мой брат стал светлым благодаря этой проклятой крови. Дололы же темные.

До слуха Лимы донеслись отчаянные крики Наташки. Демор решил позабавиться с ней и прижал девушку к одному из алтарей. Она упиралась, но куда человеку до силы вампира?

— Пожалуй, я начну с пацаненка, — улыбнулся Каган и приблизился к прикованному к стене Урту.

— Нет!!! — закричала Лима, захрипев. Каган зарядил ей в живот энергетическим импульсом. От боли в глазах зарябило. — Урт! Нет!!

Мальчик отчаянно дернулся, когда вампир схватил его за волосы, но…

— Михаил! — с ужасом воскликнул Каган, когда Урт неожиданно коснулся его руки, порвав цепи, словно они были игрушечными. Вампир внезапно понял, кто же перед ним и этот кто-то уж точно не являлся маленьким мальчиком Уртом. Голубые глаза ребенка стали еще ярче, а волосы мгновенно побелели. Не стоило забывать об их способности менять облик и подстраиваться под чужую энергетику.

— Шах и мат Каган, ты проиграл, — прозвучал громкий голос.

Демор уже исчез во вспышке света. Наташка… вернее блондин с ошейников шипами наружу изгнал его.

— Ничего не кончено! Я все равно выберусь! — последнее, что прокричал Каган, прежде чем исчезнуть.

Оковы Лимы глухо щелкнули, она подбежала к шатающемуся Мише и не позволила ему упасть, присела себе на ноги. Начальник находился в истинном облике и выглядел истощенным. Вурдалак и вовсе лишился сознания.

— Кто ты? — осмелилась спросить Лима. — Он тебя знал, кто же ты?

— А ты еще не догадалась? — улыбнулся он уголком рта.

— Он хранитель миров Михаил, один из самых старших, — услышала Олимпиада голос Лорда. Его шатало, и он прислонился к стене, потирая запястья.

— У нас так звали ангела, — проговорила задумчиво Лима.

— Меня назвали в честь него, — ответил Миша.

— А кем же была Сирена? Только не говори, что ты не знаешь!

— Таким же чистокровным хранителем миров, как и я. Она обладает редким даже среди нас даром ясновидения. Она способна видеть генералов. Ей стерли память вынужденно, она помнила слишком много — это могло ее убить. Вначале Сирена неосознанно тебя обучала. Она увидела в тебе генерала. Затем генерала учат выполнять приказы, командовать, использовать силу и давать советы, а потом он обретает власть над всеми артефактами света и способность управлять снезалами. Сформированный генерал переходит под командование молодого неопытного хранителя. Снежинка на твоем лбу — знак генералов.

— Генерал — это я? — хмуро поинтересовалась Лима, без особого восторга. Она и генерал вещи, по ее разумению, несовместимые.

— Кагана сгубило то, что он так и не понял, по каким критериям мы выбираем генералов. Нам важна не сила, а способность воспринимать нашу энергию. Генералами становиться те, кто может слышать.

Рил и Скрепка смотрели на хранители из-за плеча Лимы как на чудо из чудес. Немногие могли похвастаться тем, что встретили хранителя миров в истинном облике. Это зрелище дорогого стоило.

— Ясно, — хмыкнула Олимпиада со вздохом. — Он и предположить не мог, что я и есть генерал, для него я слишком ничтожна, чтобы быть генералом. Он думал, что мне помогают.

— Вообще-то, так оно и было, Алекс и Дэрон не только приемные дети хранителей, они же генералы первого ранга, — пояснил Миша, снова превращаясь в ребенка. — Но, в общем, ты права. Он не подозревал, что ты генерал… Я устал, отнеси меня вниз. А ты, Лорд, уходи, скоро здесь будут охотники равновесия, тебе не следует с ними встречаться.

Рил без подсказки взял на руку пришедшего в себя желтоволосого хранителя. Желтоволосый принял облик ребенка. Эльф тихо матерился.

Марина же словно ничего не слышала, она наклонилась над Берианом и вколола ему весь шприц.

— Бериан, скажи, что ты жив, пожалуйста! — плакала молодая женщина, погладив его по щеке.

— Ну вот, едва копыта отбросил, так ты сразу в слезы, — проговорил он отчетливо с закрытыми глазами и насмешливо улыбнулся.

— Сволочь! Я вся извелась! — закричала на него жена и ударила по плечу.

— Ай, больно! — возмущенно приподнялся и заглянул в разгневанные зеленые очи жены. — Я за тобой, между прочим, пришел, а она меня еще и бьет!

— Кто тебя просил?!

— Никто, — он обхватил ее за шею и поцеловал в губы. — Тебе лучше?

— Намного.

— Эй, любовнички, нам пора выбираться, — сказал Рил, придерживая желтоволосого хранителя одной рукой. — Ты охотник и должен знать, где твои приятели.

— Они уже в замке, вместе с Каганом пропала и преграда, — ответил Бериан, вставая и обнимая жену за талию.

Всей большой группой они вышли к лестнице и стали спускаться. Внизу еще шел бой, но адские вампиры явно проигрывали без лидера, они превратились в кучку животных. Лима краем глаза заметила, что из дальней комнаты вышел усатый мужчина со свертком в руках. Его лицо — угрюмая маска.

— Орис! — закричала Марина.

Мужчина обратил на нее внимание и подошел к их группе. Он обвел всех суровым взглядом, но про исчезновение Кагана ничего не сказал. Видимо, он и так знал, что произошло.

— Что это? — осмелился спросить Бериан, нахмурившись и указывая на шевелящийся сверток.

— Еще один чистокровный вампир, — ответил глухо Орис, — от него только что отказалась родная мать. И я сейчас думаю, что с ним делать.

— Сын Кагана, — сильнее прижала к себе Мишу Лима.