Черное крыло - Анна Завгородняя

- Как я и обещала, после испытания ты отправишься в Дубны.

- Дубны? – повторила я, а в голове яркой вспышкой промелькнуло радостное: «Ты прошла! Если она говорит, что отправит тебя учиться и дальше, значит, ты прошла испытание!».

Наверное, я не смогла совладать со своими эмоциями, потому что, глядя на меня, Глава усмехнулась.

- Вижу, ты рада! – проговорила она.

- Да, госпожа! – кивнула горячо.

- Вот и хорошо, - она положила на стол руки с длинными пальцами, каждый из которых был увенчан кольцом или перстнем. Сама не знаю почему, но вдруг опустила взгляд и стала разглядывать украшения, а пани Мария тем временем, продолжила: - Только отправишься ты туда уже завтра.

- Что?

- Сегодня соберешь вещи, и сестра Марта выдаст тебе мантию младшей сестры. Завтра приедет телега и на ней ты отправишься в Дубны, чтобы учиться именно там. Мы ведь так договаривались? – она изогнула брови. – И, кажется, ты сама хотела, чтобы я перевела тебя как можно дальше от столицы?

- Да, госпожа! – кивнула я, только сердце сжалось от разочарования. Как бы там не было, я все же надеялась на то, что Вацлав будет искать меня и догадается, что я нахожусь в столице. Догадается, или ему помогут…тот же Элкмар, который уж точно знает, где меня выпустил из замка!

«Какая же ты слабачка!» - тут же упрекнула себя и вздохнула.

- Кажется, ты совсем не рада? – проговорила пани Мария.

- О, нет! – я поспешила уверить ее в обратном. – Я рада и очень, - а затем, чтобы сменить тему, спросила о том, что интересовало меня уже давно.

- Моя сила… - замялась в нерешительности, - она открылась? У меня получилось?

- Да!

Ответ прозвучал как-то странно, но я сказала себе, что не стоит удивляться. Видимо, мой дар не такой особенный, как мне бы хотелось. Да и вообще, с чего я решила, что буду так сильно отличаться от других девушек, которые уже учились в Круге.

- У меня магия белая или…

- Белая! – ответила Глава. – Твой дар, открывшийся во время испытания, показал, что ты будешь сильной целительницей.

- Что? – невольно округлила рот, но тут же поспешила его захлопнуть.

- Белые ведьмы не такая редкость, а уж целители…– женщина выразительно посмотрела на меня. – Ничего особенного, конечно, у тебя нет, но, при желании и упорном труде, ты сможешь достичь определенного уровня силы. Уж лечить-то точно сможешь и очень хорошо лечить.

Признаюсь, я немного опешила и даже расстроилась. Лечить людей, это конечно, хорошо и благородно, но я-то мечтала о другой силе. О силе, которая поможет мне в совсем других вещах. А что целительница? Говорят, что они даже вред не могут нанести никому, разве что, нечисти. А так…

Я вздохнула.

- Если это все, что ты хотела узнать, то наш разговор окончен! – мягко произнесла пани Мария. – Ступай и выспись, а позже соберешь вещи. Телега прибудет за тобой на рассвете, так что, будь готова. Ты отправишься к новой жизни.

Поднявшись со стула, я поклонилась Главе и попятилась к выходу. Моя провожатая исчезла и вместо нее в коридоре, очевидно, дожидаясь своей очереди на прием у пани Вишневской, стояла Клаудиа. Она посмотрела на меня и проигнорировала пожелание доброго утра. Мне не оставалось ничего другого, как спуститься вниз и отправиться спать дальше. Только теперь сна не было ни в одном глазу и, шагая по ступенькам вниз, я думала о том, что по правде говоря, не хочу уезжать от Граси.

«И от князя, - поправила себя. - Точнее из места, где он может тебя найти».

Горько усмехнувшись, ударила рукой по перилам.

«Но ведь не ищет!» – подумала с горечью. Сама этого желала и все же надеялась…только на что – не понятно.

- Видел ее? – Трайлетан внимательно следил за выражением лица друга, пока тот стоял у камина. Князь смотрел куда-то в пространство перед собой и не видел даже, как в зеркале возникла на мгновение морда Элкмара и тут же исчезла, сверкнув красными глазами.

- Так видел, или нет? – повторил вопрос всадник. Сам он сидел в кресле с кружкой чаю в руках. Вторая, Вацлава, остывала на столе, пока мужчина, поглощенный собственными мыслями, размышлял у каминной полки.

- Хотя, что я спрашиваю, - Трай сделал глоток и даже не поморщился, хотя в кружке был почти кипяток. – Ты просто стоял там, под окнами…

- Я пытался почувствовать ее через эти магические заслоны, но чертовы ведьмы запутали особняк в паутину своих заклинаний и мне почти ничего не удалось ощутить, - наконец, проговорил Вацлав.

- Считаешь, нам пора начинать беспокоиться? – уточнил всадник.

- Считаю, что да. Я склонен согласиться с предположением твоей девушки, и попросту сам чувствую, - мужчина приложил ладонь к груди в области сердца, - здесь чувствую, что Валеске грозит беда.

Трайлетан поставил кружку на стол и встал. Приблизившись к своему другу, он положил руку ему на плечо, чуть сжал.

- Мы не оставим ее. Грася предупредит.

- А если нет?

Вацлав шагнул в сторону, и рука всадника упала. Князь запустил пальцы в волосы и зарычал:

- И почему я отпустил ее? Почему не подумал о том, что такое может произойти?

- Она сама хотела уйти и ушла бы, даже вздумай ты ее удержать! – спокойно заметил друг.

- Плевать! – отмахнулся Вацлав. – Зато сейчас, будь она рядом, пусть и недовольная, но я не мучился бы от того, что могу ее потерять. Чертовы ведьмы!

- Как бы там ни было, - тихо заметил всадник, - но ты знаешь, почему Валеска поступила так, как поступила. Ты же понимаешь, что произошло бы в конце концов, останься она здесь!

- Знаю, - кивнул князь. – Я бы умер, - и резко повернувшись, посмотрел в глаза Траю, - только и без нее мне нет жизни. Без нее я тоже умру. Вот и скажи мне, что за парадокс, если при любом раскладе мне грозит смерть?

- Нууу, - протянул в ответ Трай, - от тоски еще никто не умирал.

- Правда? – хмыкнул Вацлав. – А ты представь себе, что твоя ведьмочка-полукровка оставит тебя?

- В смысле? – не понял всадник.

- А что непонятного? Бросит и все. Или отец велит выйти за другого замуж, она все-таки княжна, а знатные девушки чаще всего не вольны выбирать себе мужа. За них это делают родители.

Трайлетан заметно помрачнел.

- Не надо говорить мне о том, что я и так знаю! – бросил он недовольно.

- Тогда, тем более, ты должен понимать меня. Я тоже был счастлив еще недавно, а затем жизнь решила пошутить надо мной и так зло пошутить! – Вацлав вздохнул, прошелся по комнате, словно, не находя себе места, а после вернулся к столу и сел в кресло, сложив руки на груди.

- И все же, - настаивал всадник, - почувствовал ли ты хоть что-нибудь вчера, когда находился там, под окнами особняка?