Месть - Фиона Макинтош

– У нас чудесные дети, Элисса. Сильные и смелые. Оба Чувствующие, их дар очень силен – особенно у Гидеона. Мы подарили миру двух удивительных людей, даже если…

Он не мог договорить, но Элисса поспешила на выручку.

– Они и в самом деле просто чудо, – она попыталась улыбнуться. – Жаль, что они увидели меня такой. Надеюсь, нам удастся познакомиться поближе. Может, задержитесь здесь хотя бы ненадолго?

– Им стоит остаться, но я не думаю, что король примет меня с распростертыми объятиями.

Снова король. Ни слова о короле. Элисса поняла, что даже не задумывалась о том, что почувствует Лорис, когда обо всем узнает. Почему-то ей казалось, что это случится очень и очень нескоро. Чувства захлестывали ее, она была как во сне.

– Расскажи мне про Джила, – попросил Тор.

– Я усыновила его несколько лет назад. Однажды утром стражники нашли перед дворцовыми воротами мальчика, привязанного к решетке… Несчастный бездомный ребенок. Найрии стало его жаль…

Элисса заметила, как Тор улыбнулся. Он тоже помнил, что Найрия жалела таких детей.

– Она поручила мне заботиться о мальчике. Только представь: совсем малыш, сирота… Ему была нужна мать. А я так и не оправилась от потерь, и мне самой нужна была помощь. И он стал первым моим спасителем. Он, Саксен, Саллементро, Найрия… а потом и Лорис.

– Он тебя очень любит.

– Да, Тор. Его величество очень сильно меня любит.

– Нет, я про Джила.

– О… – она так смутилась, что не могла найти слов. – Э… да, конечно. Мы с Джилом живем душа в душу. Просто он последнее время сам не свой – из-за того, что на прошлый Восьмерик я лишилась чувств. Я вдруг почувствовала, что мир пришел в движение…

Тор не выдержал и взял ее за руку.

– Я тоже это почувствовал. И не только я. Дети, Саксен, обитатели Сердца Лесов…

– Это Орлак? Он вырвался на свободу?

– Да. Он призывал меня.

Пальцы Элиссы крепко сжали его ладонь.

– Ты видел его? – в тревоге спросила она.

– Мы даже побеседовали. Он намерен уничтожить нас. Всех.

– Во имя Света! – выдохнула Элисса. – А Триединство?

– Я призвал детей в Таллинор. Мне казалось, что это поможет раскрыть тайну, над разгадкой которой мы бьемся. Но я не продвинулся ни на шаг, Элисса. Я боюсь за них. И за тебя.

– Что ты собираешься делать?

– Первым делом – вот что, – и он коснулся ее лба.

Зеленый камень соскользнул ему в руку. Элисса изумленно вскрикнула… и впервые за много лет увидела мир… настоящим. Тор коснулся ее разума, и она снова услышала у себя в голове его голос:

«А еще вот что».

И он накрыл ее губы своими.

Она не сопротивлялась, и Тор поцеловал ее. Очень нежно.

«Я должен был это сделать. Я должен был сказать тебе, что никогда не переставал любить тебя. Я люблю тебя, и поэтому отпускаю. Я знаю, как тебе нелегко, и пришел сюда не для того, чтобы запутать все еще больше. Мне просто надо было предупредить тебя и сказать, что тебе ничего не грозит, пока я обдумываю следующий шаг».

Элисса собиралась ответить, когда в дверь постучали, и Саксен, появившись на пороге, объявил, что неожиданности на эту ночь еще не закончились.

– Как еще? – пробормотала Элисса, выходя из-за занавески. – Боюсь, мое сердце этого не выдержит… Проходите!

Саллементро распахнул дверь, и Саксен появился снова, на этот раз – с огромной кучей лохмотьев на руках.

Потом куча зашевелилась. Тор, Элисса, дети – все словно превратились в статуи. А потом…

– Соррель! – закричала Лаурин.

И в гостиной началось светопреставление.