Пентакль - Марина и Сергей Дяченко

1

Сессия была сдана, солнце светило ярко, над трудягой фонтаном то и дело вспыхивала трепетная радуга, пиво, купленное в ближайшем киоске, оказалось ни ледяным, ни теплым, а в меру холодным…

– Хорошо! – не выдержал Глеб, счастливо щурясь. – Ой, хорошо!

Позитивные эмоции требовали выхода, и он негромко, дабы не распугать публику, запел нечто старинное, недавно слышанное на волне радио «Мелодия»:

В городском саду играет духовой оркестр,

На скамейке, где сидишь ты, нет свободных мест…

– Места на скамейке как раз есть, – заметила Оля, не отрываясь от газеты. – А оркестр играет только по воскресеньям.

Девушка любила точность даже в мелочах. «Телегород», который она изучала с карандашом в руках, был весь исчеркан ее пометками – Оля честно исправляла встреченные в тексте ошибки и несообразности. Делала она это не столько из злорадства, сколько по привычке. Филолог все-таки.

Глеб отхлебнул пива, прикинул, что до воскресенья еще два дня – и оба они абсолютно свободны. Ни экзаменов, ни зачетов, ни консультаций. Лепота! Бывает все-таки в жизни счастье!

…Прошел чуть не полмира я, такой, как ты не встретил,

И думать не надеялся, что встречу я тебя!

– «Думать не надеялся» – неправильно, – сразу отреагировала Оля. – Слова там другие и… Что ты тут пометил? Среди объявлений?

– Я?!

Дотошность – родная сестра точности. Приятели искренне сочувствовали Глебу, считая, что большей зануды, чем темноволосая третьекурсница с филфака, не найти не только в университете, но и в области. Глеб все подобные намеки отметал с порога, как провокационные.

– Ты, – подтвердила Оля, внимательно изучив объект. – Ногтем.

Глеб мельком взглянул на указательный палец. Ноготь был чист, но давно не стрижен.

– Случайно, – решил он. – А что в объявлении?

– Гм-м…

Глеб моргнул, после чего поглядел на девушку не без некоторого удивления. Ее «гм-м» дорогого стоило.

– Ты знаешь, что такое ковен?

– Первичная ячейка нечистой силы. А что?

Подобные знания достались студенту философского факультета не случайно. Он специализировался по весьма странной дисциплине, именуемой «Украиноведение (философия)». Диплом, который ему предстояло писать в следующем году, посвящался философским аспектам украинской демонологии.

– Как раз по твоей части, – рассудила девушка, протягивая газету. Потом подумала и добавила: – И по моей тоже. В какой-то мере.

Философ аккуратно поставил недопитую бутылку на асфальт, зачем-то пригладил темные кудри, зашуршал желтоватой бумагой…

– Гм-м…

И в самом деле «гм-м», причем два раза. Маленькое, одетое в тонкую синюю рамку объявление гласило:

Конкурс!

Ковен Фрунзенского района объявляет КОНКУРС

на замещение вакантных должностей:

1. Главного менеджера.

2. Заместителя главного менеджера по информации.

Опыт работы по специальности желателен.

Телефон отсутствовал, к указанному же адресу было добавлено: «Круглосуточно».

– Ковен, – повторила девушка. – Нечистая сила. Круглосуточно. Не может быть.

– Теоретически… – задумался Глеб. – Если очень теоретически…

Минут пять ушло на объяснение, что есть (теоретически!) ковен и почему он (очень теоретически) все-таки может существовать – даже во Фрунзенском районе.

Бутылка пива исчерпалась. Нежданный ветер налетел на фонтан, азартно разбросав брызги по стоящим поблизости скамейкам.

– Сатанисты, – нахмурилась Оля. – Спасибо, не надо. Хотя… Если менеджер по информации – это то, что я думаю… Опыт у меня как раз есть.

Компьютерами девушка увлекалась почти с самого детства – со страшной, мигающей непонятными огоньками «экстишки». С годами увлечение чуть не стало профессией. «Чуть» – потому что компьютерный факультет в университете только собирались открывать, избежать же поступления «хоть куда», учитывая семейные традиции, было практически невозможно. Филфак стал вынужденным компромиссом.

– У сектантов обычно хорошо платят, – заметила Оля, в очередной раз перечитывая дивное объявление. – Мамина знакомая работает у баптистов третий год. «Ауди» купила.

– Ты серьезно? – поразился Глеб, имея в виду, конечно же, не факт покупки «Ауди».

Студентка филфака резко кивнула:

– Более чем. Если удастся зацепиться… Ты живешь в общежитии. Раз. Подрабатывать тебе не удастся – диплом на носу. Два. Если я переведусь на заочное, родители стерпят. Это три.

Она замолчала, давая возможность своему спутнику додумать остальное. Особых трудов не требовалось: четвертым (последним, но не по важности) следовало их твердое решение расписаться по получении Глебом вожделенного диплома.