Трикс. Недотепа. Непоседа - Сергей Лукьяненко

– Сильные стихи! – похвалил Трикс, которому вовсе не хотелось выглядеть неврубившимся. Ободренный Васаб кивнул: – Да, это из любимых… А вот еще:

Мы ничтожны пред небом, как будто червяк,

Не постигнуть Вселенскую мудрость никак!

Лишь Великий Визирь – он сильнее, чем небо,

Он мудрее Вселенной! Клянусь, это так!

Трикс задумался: – Ну… интересная мысль, конечно. Но как-то немножко приземлено. Васаб вздохнул и самокритично признал: – Да, философии чуть-чуть не хватает. Но это из обязательного. В начале каждого чтения врубай положено восхвалить Великого Визиря. Для иностранца, конечно, лучше врубайи с общечеловеческими ценностями. Вот, к примеру:

Дева юная, вновь ты явилась ко мне,

И слова о любви прошептала в огне…

Я проснулся – о ужас, жена моя рядом!

Лучше жизнь всю проспать и скончаться во сне!

– Это… интересно, – чуть смутился Трикс.

– Васаб знает, что нравится молодежи! – ухмыльнулся купец. – Васаб сам когда-то был молодым! Ну, теперь твоя очередь…

– У нас врубай не сочиняют, – признался Трикс. – У нас всякие другие стихи…

Охранники и племянник, заметив, что угроза прослушивания врубай миновала, приблизились.

– И какие же стихи? – заинтересовался Васаб.

– Ну… к примеру, хламерики. Купец удивленно приподнял густые брови. – Это когда всякую ерунду рифмуют, – пояснил Трикс. – Но смешно! Вот, послушай…

Некий маг, проживавший в Дилоне,

Колдовал себе мясо в бульоне.

Съев похлебку, чудак,

Не наелся никак,

Глупый маг, проживавший в Дилоне.

– Кажется, улавливаю идею, – кивнул Васаб.

– Вот еще, – сказал ободренный Трикс:

Был рыцарь в бою отважный,

Но только здоровьем неважный.

Меч поднял – и хлоп,

Отправился в гроб,

Хотя был в бою отважный!

Васаб вежливо посмеялся. Потом сказал:

– Кажется, я уловил основную идею. Рифмуются первая, вторая и пятая строфа… Первая и пятая частично повторяются… В первой надо описать, кто и где находился, затем – что произошло. Хм… Прими же ответный дар, уважаемый Трикс! Трикс приготовился слушать.

В траве жил веселый кузнечик,

Зелененький, как огуречик.

Лягушка пришла,

Поживу нашла —

И съеден веселый кузнечик…

– Хорошо, – признал Трикс. – Но грустно немного! Хламерик-то получился детский, малыши будут плакать.

– Ничего-ничего, – кивнул Васаб, оглаживая бороду. – Дети тоже должны понимать, что все не вечно под луной. К тому же дети жестоки по своей природе, не сглаженной воспитанием. Ну кто из нас в детстве не давил муравьев?

Трикс печально кивнул.

– Кто не бросал камнями в бродячую собаку?

Трикс задумался.

– Кто не привязывал колокольчик к хвосту пойманного шакала? Кто не подсовывал птице в гнездо вместо яиц гладкие округлые камешки? Кто не кидал скорпионов в прозрачный сосуд, чтобы они дрались насмерть?

– Я так не делал, – в ужасе сказал Трикс, чьи детские жестокости ограничились разоренным муравейником (за который его немилосердно выдрал со-герцогский лесничий – с разрешения родителей, между прочим).

– Ну… бывают люди благородные от самого рождения, – смутился Васаб.

Некоторое время ехали молча. Начинало припекать. Верблюды шли все так же неторопливо и размеренно. Трикс печально подумал, что если бы верблюды могли бежать со скоростью скакового коня, то путь к Дахриану занял бы гораздо меньше времени. Впрочем, кто сказал, что они не могут? Просто не хотят!

– Маг я или не маг? – спросил себя шепотом Трикс. – Буду ли я ждать милостей от природы или возьму их силой?

– А? – встрепенулся задремавший Васаб.

– Хотел бы ты попасть в Дахриан уже сегодня? – спросил Трикс небрежно.

Глаза купца загорелись.

– Хотел бы я искупаться в прохладном бассейне во дворе своего дома? Хотел бы поесть вкусный плов? Хотел бы лечь спать с любимой младшей женой?

– То есть ответ положительный, – кивнул Трикс. – Что ж… посмотрим, что можно сделать!

– О! – обрадовался купец. – Колдовство! Настоящее северное колдовство! Я весь внимание, друг мой!

– Неторопливо и размеренно идут верблюды по жарким пескам пустыни, – начал Трикс. Иногда вдохновение посещало его сразу, но порой требовалось начать заклинание именно так – обыденно и спокойно.

– Позволю себе заметить, – вставил Васаб, – что песок пока вовсе не жаркий. Он, конечно, уже нагрелся на солнце, но с его дневной температурой нет никакого сравнения.

– Неторопливо и размеренно идут верблюды по теплому песку пустыни, – поправился Трикс. – На первый взгляд кажется, что верблюд – животное неуклюжее и к быстрому бегу неспособное…

– Кхе-кхе, – вежливо кашлянул один из охранников. – Это заблуждение. Только вы, северяне, считаете верблюда медленным животным. Да будет тебе известно, молодой маг, что скаковой верблюд легко обгоняет лошадь!

– Совершенно верно! – подхватил купец. – На последней гонке «Дахриан», что проводится по велению Великого Визиря и Маркеля вот уже больше тридцати лет, личный верблюд Великого Визиря опередил всех лошадей и пришел первым с отрывом в полтора суток!

Трикс помолчал, собираясь с мыслями.

– Неторопливо и размеренно идут верблюды по теплому песку пустыни. Только северяне считают верблюда животным неуклюжим и к быстрому бегу неспособным…

Самаршанцы одобрительно закивали.

– На самом же деле верблюд лучше всех животных приспособлен к жизни в песках… – Триксу совсем не нравилась эта фраза, но он надеялся, что сейчас разойдется и волшебство получится.

– Верблюд, конечно, в пустыне себя хорошо чувствует, – внезапно вставил реплику племянник Васаба. – Но скорпион к пустыне еще лучше приспособлен!

– Скорпион – не животное! – воскликнул уязвленный Трикс.

– А кто тогда?

– Насекомое!

– А насекомые – не животные, что ли? – ехидно спросил племянник.

– Допустим, Трикс имеет в виду высших животных, – примирительно сказал Васаб. – Но все-таки тогда я бы сделал ставку на фенека.

– На кого? – спросил Трикс безнадежно.

– На фенека. Лисичка такая, махонькая. Воду может вообще не пить – слопает улитку какую-нибудь, травку пожует – ей и хватает. Она совсем не потеет. Еще уши у нее очень большие!

– При чем тут уши? – воскликнул Трикс.