Имя богини - Виктория Угрюмова

– Ка-а-а, – застонала она собственным голосом. – Ка-а-а!..

– Ты забыла его! – Эти три слова тяжелыми камнями легли на душу ошарашенного альва, который слушал в темном переулке Аккарона разговор, происходивший здесь многие годы назад, но когда?

– Ты не вернешься сюда и никогда не найдешь своих детей. Твой отец не поможет тебе. Прощай!

Каэтана изогнулась дугой и захлебнулась страшным отчаянным воплем. Воршуд испугался, что они привлекут к себе внимание, но улица оставалась пустынной.

– Детей... – бормотал он, с трудом удерживая бьющееся и извивающееся тело.

Придя в себя, Каэтана ничего не помнила. Только саднило сорванное криком горло. Она извинилась перед Воршудом и продолжила эту странную ночную прогулку. Удивительное происшествие заняло всего несколько минут.

Альв собирался рассказать Каэтане, что, возможно, у нее есть дети, но потом засомневался. Даже если она и услышит об их существовании, то вряд ли узнает, где они. А уж коли следы отыщутся, то он обязательно расскажет ей о том, что она кричала страшным чужим голосом этой ночью.

Они медленно шли вдоль домов, добродушно смотрящих в темноту освещенными окнами. Изредка из-за занавесей доносились приглушенные голоса: ночь была жаркая, и ставни почти во всех домах распахнули настежь.

– Ты не скучаешь по своему миру? – осторожно спросил альв.

– Не знаю. Я вообще уже не считаю его своим. Знаешь, Воршуд, у меня такое ощущение, что кого-то заперли во мне и он колотится, пытаясь выбраться, покинуть эту темницу. Мне все время кажется, что вот-вот я вспомню, сделаю то, что должна, но время идет, а я не вспоминаю. Только перед глазами мелькают какие-то странные картины вроде как о моей жизни. А что со мной было?

– Наверное, сознание потеряли...

– Наверное. Как сон, Воршуд, – видела в том переулке силуэты троих. Они со мной дрались на мечах, а потом я почему-то остановилась, словно меня цепями сковали, и один из них говорил со мной – страшно так. Но о чем – не знаю.

– Это от переживаний, благородная госпожа. Один левиафан отберет лет десять жизни. А вы представляете, сколько вам может быть лет?

– Не знаю. В том мире, откуда я сюда попала, мне было двадцать пять или двадцать шесть – уже не помню...

– Выглядите вы на двадцать человеческих лет, но если герцог Элама действительно разыскал вас лет десять тому, а вам и тогда уже было столько же, то сейчас вам около тридцати. И откуда он вас привез?

– Ну вез он, положим, не меня, а моего двойника. Это ясно как божий день. Но зачем?

– Чтобы обмануть кого-то, сбить с толку, – предположил Воршуд.

– Допустим. Но тогда куда же делся двойник, когда мы с ним соприкоснулись?

– Вы-то реальная, настоящая. Вот он и исчез за ненадобностью.

– Ты очень логично рассуждаешь, Воршуд. Но ведь было еще произнесено слово «воссоединение». И это мешает мне полностью с тобой согласиться, но и других версий у меня нет. Как же быть с путешествием в Урукур?

– Не знаю, – вздохнул альв. – Не думаю, что в этом есть смысл... – Тут он запнулся. Ему в голову пришла мысль: а что, если дети Каэтаны находятся у того самого Тешуба? Тогда Каэтана должна непременно попасть в ал-Ахкаф еще до того, как войска Зу-Л-Кар-найна займут его.

– О чем мысли, Воршуд, да столь невеселые, что ты то и дело вздыхаешь?

– Да вот, знаете ли, благородная госпожа, кажется мне, что я не правильно поступаю, отговаривая вас от путешествия в ал-Ахкаф, – судьбу не переменишь...

– Так ведь я все равно решила ехать. Ты и представить себе не можешь, как это отвратительно – ничего о себе не знать. Как ты думаешь, герцог Элама был моим настоящим отцом?

– Кто знает, – ответил альв осторожно. – Трудно судить, но по времени не совпадает. Да и вообще в этом деле больше вопросов, чем может задать обычный человек.

– Даже если он и не был моим родным отцом, то погиб из-за меня. Но при чем тут Арескои и...

– К Ночи Непоминаемый, – торопливо перебил ее альв. – Не стоит искушать судьбу, а то, говорят, он приходит иногда на звук собственного имени.

– Хорошо, хорошо, – засмеялась Каэ. – В общем, так получается, что как ни крути, а в ал-Ахкаф ехать придется.

– Тогда вам нужно нанять отряд воинов. Денег у вас должно хватить, но где найти надежных людей, которые не ограбят вас, соблазнившись деньгами, или, того хуже, не убьют?

– Как-нибудь выкрутимся, – ободряюще улыбнулась Каэ и задала вопрос, не на шутку удививший Воршуда:

– А куда это мы идем?

– Дорогу выбирали вы сами, знаете ли! – ворчливо ответил он и опять надолго задумался. Они шли в обратном направлении, полные желания вернуться в дом и завалиться спать. И Воршуд всю дорогу взвешивал все за и против.

С одной стороны, вокруг Каэтаны действительно происходили непонятные события и она казалась меченной судьбой. С другой стороны, опасно иметь такого спутника. Лучше уж тихо сидеть себе в каком-нибудь уголочке, не высовываться, не встревать в усобицы богов и монархов – глядишь, и проживешь спокойно долгий век альва. А что люди? Они молоды, глупы, не ценят жизнь, не берегут друг друга и всем доставляют одни только хлопоты. Вот и эта: сколько он ее знает – два с половиной дня, – а уже голову заморочила, ни о чем больше думать не получается. Альв тяжело вздохнул. Правда, она ему доверилась, но что же теперь – всю жизнь с ней возиться? И опасно, ох как опасно... Все внутри маленького человечка кричало о том, что очень дорого ему обойдется эта дружба...

– А где здесь можно нанять вооруженный отряд? – Вопрос Каэтаны прервал его размышления на самом грустном месте.

– Есть какая-то банда, которая предлагает свои услуги направо и налево. Но вам-то нужно совсем другое, знаете ли. Вам нужны умелые и честные воины – и за какой срок вы хотите их собрать? Если же потратить на это слишком много времени, то в итоге вы прибудете в Урукур прямо к сражению. А кто даст гарантию, что, после резни в городе, которую наверняка учинит разгневанный император, вы найдете Тешуба среди живых? Ох, я и не знаю, что вам присоветовать...

Они вошли в маленький глухой переулочек, который оказался им совершенно незнакомым – видимо, сбились с пути.

Воршуд насторожился: ему послышался стук каблуков по брусчатке.

– Может, сбежим? – спросил он, кивая на боковую улочку.

– Зачем? – удивилась Каэтана. Когда из-за угла неслышно появилась неясная тень, альв позволил себе напомнить:

– А ведь предупреждали благородную госпожу, что по таким местам ночью ходить небезопасно. Теперь придется попрощаться с кошельком – в лучшем случае.

И, заметив гневно сдвинутые брови своей спутницы, поспешил добавить:

– Не советую сопротивляться. Здесь никого не жалеют.

– Посмотрим, – сквозь зубы процедила Каэтана. Странным образом она была уверена в своем умении владеть оружием, это чувство не покидало ее и сейчас, когда она взглядом опытного бойца оценивала фигуру, приближающуюся к ним в этом уединенном переулке.