Кто ты, моя королева - Ольга Островская

– Сэльма, оставьте нас. – приказал король.

– Сейчас, ваше величество. – пробормотала моя сиделка, и попыталась поднять меня на руки, чтобы отнести на кровать.

– Я сам. – резко бросил он и шагнул ближе. Правда, заметив, как вздрогнула бедная целительница, втягивая голову в плечи, смягчил тон. – Идите, Сэльма.

И прежде чем я успела опомниться, меня уже подхватили сильные мужские руки, обжигая озябшее тело через тонкую сорочку. Моя сиделка присела в каком-то подобие книксена, если не ошибаюсь, и поспешно унесла ноги из зоны боевых действий.

– Тайрэн передал мне твою просьбу о разговоре. – сухо сообщил Яргард и вместо кровати, понёс меня к креслам и столику у окна. – О чём ты хотела поговорить, Тэрэса?

– Он не сказал? – спросила я с облегчением, когда меня усадили.

– Нет. А должен был? – сощурились холодные глаза.

– Не должен. Просто, я не просила его молчать.

– Не просила. – тянет он – Не похоже на тебя, дорогая супруга. Я уже не помню, когда ты последний раз что-нибудь просила. Какую игру ты ведёшь? – этим взглядом можно вены вскрывать, такой острый.

– Не знаю, о чём вы. Мне нужно вам кое-что сообщить.

Говорю, а сама вижу, что абсолютно точно делаю это не так, как король ожидает от меня. Ну что ж. Логично.

– Я слушаю. – бросает он, усаживая меня.

– Я ничего не помню. – шагаю я в омут с головой.

Ха. Удивила я тебя, такого сурового и сердитого. Король застывает на миг ошарашенно, а потом переспрашивает подозрительно.

– Что именно ты не помнишь, Тэрэса?

– Ничего. Абсолютно. Вот очнулась и даже не знала, кто я, где и что меня зовут Тэрэса.

Голубые глаза вспыхивают яростью. Яргард подрывается на ноги и нависает надо мной.

– Что за бред ты несёшь?!! Я что, по твоему, должен в это поверить? Ты меня за последнего идиота держишь?!!– с каждым словом его тон всё повышался, пока не превращается в откровенный ор.

Да что ж ты нервничаешь так?!! Голова болит немилосердно, Сэльма ведь ушла, не успев меня подлечить после титанических усилий ради двух шагов. И сейчас от дурноты и его ора я едва не теряю сознание.

– Ответь мне, Тэрэса!!! Ты и Тайрэну эти байки рассказала? Надеешься, что он будет считать тебя другой и опять доверится? Не смогла убить меня, хочешь угробить сына своей "любовью"?!!

Я отшатнулась испуганно, когда услышала это. Нет!!!

– А что?!! Это ведь прекрасный план! Тебе мало Эмины!!! Тебе мало отравлять мне жизнь каждый день! Ты хочешь отнять у меня самое дорогое, что осталось? Хочешь окончательно растоптать его сердце, только чтобы нагадить мне?!! – прорычал разъярённый король прямо над моей склонённой головой.

– Нет! Нет! Нет! – забормотала я, глотая обжигающие слёзы.

Боже, зачем я это сделала? Зачем втянула мальчика? Глупая, глупая, самонадеянная дура! На что я рассчитывала? Что король поверит женщине, отравляющей его жизнь одним своим существованием? Видимо, мне всё-таки не удалось отделить себя от королевы и учесть то, как относятся к ней. Я для него – она, ненавистная, подлая тварь, способная на самые мерзкие поступки. Он никогда мне не поверит. Что же делать? От накатившего отчаяния и, чего уж там, дикого страха я уже, не скрываясь, плакала, даже не пытаясь поднять руки, чтобы вытереть слёзы. Силы покинули меня. И в этот момент казалось, что и не вернутся уже больше. Никогда я ещё не была так близка к тому, чтобы сдаться.

– Простите! Я ничего такого не хочу! И Таю не желаю зла. И вам. Простите! – бормочу я, заливаясь слезами, пытаясь сжаться до размера горошины под этим яростным взглядом, спрятаться от его гнева и собственного чувства вины.

Я не должна была вообще говорить что-либо Таю. Не должна. Прав король. Это разобьёт ему сердце, такое светлое и любящее, несмотря ни на что. Это было эгоистично с моей стороны. Мне надо было сдержаться. А теперь поздно. Мальчик поверил мне. Прав будет король и тогда, когда запретит сыну приходить сюда. Так будет лучше для ребёнка.

– Простите. – шепчу я в который раз, уже даже не замечая наступившую тишину.

– Посмотри на меня! – грохочет его голос, заставляя вздрогнуть.

Моё сердце стучит так, что кажется сейчас выпрыгнет из груди. Я поднимаю голову, подчиняясь его тону раньше, чем успеваю задуматься. И встречаюсь с недоверчивым сощуренным взглядом. Минуту между нами висит напряжённое молчание, нарушаемое лишь моим шумным дыханием. Неужели в его глазах действительно появляется сомнение?

– Ты действительно ничего не помнишь? – наконец спрашивает удивлённо.

– Нет. – шепчу я, хотя теперь уже не уверена, что это правильно.

Я ненавижу врать. Мне легче вообще молчать, чем говорить неправду. Знаю, что многим это не нравится, что кое-кто считает меня излишне резкой и прямолинейной, но мне самой нравится эта моя черта. Я хочу быть честной, и с собой прежде всего. А сейчас мне приходится врать, приходится говорить неправду этому мужчине. Но разве поверит он мне? А если вдруг поверит, то что сделает? Казнит? В темницу посадит? Помилует? Как же это всё сложно!

– Ты же понимаешь, что я не могу просто так тебе поверить? – его голос звучит уже совсем спокойно, становясь обратно тем бархатом со стальными нитями, а лицо превращается в непроницаемую маску.

– Да. Теперь понимаю.

– Ты согласна на проверку? Ответить на мои вопросы под Глотком Истины?

– А что это? – решаю уточнить. А вдруг ещё один яд? Расскажу всю правду и коньки отброшу. Окончательно.

Он вскидывает бровь и поясняет.

– Это зелье. Заставляет говорить правду.

– Оно не причинит мне вреда? – задаю вполне логичный вопрос.

– Нет. Лишь тот, что ты можешь навлечь своими словами.

Ой, чувствую, не договаривает он. Но какой у меня выбор? И дальше тыкаться, как слепому котёнку во все стороны, делая ошибки, что вредят не только мне?

– Я согласна. Только поклянитесь, что это зелье действительно не причинит мне вреда.

– Ты не веришь моему слову? – снова закипает мой нервный “супруг”.

– Вы моему тоже не верите. – не остаюсь в долгу я.

Пока он молчит, обдумывая ответ, я снова зависаю, рассматривая его. Дурой была королева.

– Хорошо. Клянусь силой, что Глоток Истины не причинит тебе никакого вреда, кроме того, что ты можешь сама на себя навлечь сказанным. Ты подтверждаешь своё согласие?

Вот как. Я вздыхаю. Страшно, конечно. Очень. Мало ли что он спросит. Но мне очень нужно, чтобы этот мужчина мне поверил. Только от него зависит моя дальнейшая судьба.

– Да. Подтверждаю.

Яргард

Я не могу в это поверить. Она согласилась. Тэрэса согласилась выпить Глоток Истины и, по сути, полностью отказаться от контроля ситуации и того, что говорит и в чём признаётся. Когда мир успел сойти с ума?