Проект "Процветание" - Дикон Шерола

— Вы очень любезны, — Дмитрий сказал это с долей сарказма, чем немало повеселил Киву.

— Вы даже не представляете, насколько, — румын весело улыбнулся.

— Может, вы проявите еще большую любезность и хотя бы сообщите, кто она? — с деланным безразличием поинтересовался Дима.

К его удивлению, Бранн кивнул:

— Охотно! Эта юная особа является дочерью Сергея Андреевича Хворостова.

— Алюминиевого короля? — Лескову было знакомо скорее прозвище этого мужчины, нежели имя. Парень так и не успел с ним познакомиться: Хворостов скончался четыре года назад при загадочных обстоятельствах.

Бранн снова кивнул.

— И вы только что держали в руках фотографии Алюминиевой королевы, — пояснил он.

— И к чему мне ее фотографии?

— Фотографии ее вам точно ни к чему, — усмехнулся Бранн, отрезая кусочек стейка. — Я узнал, что Оксана Сергеевна развелась со своим супругом и неделю назад вернулась из Майами в Россию.

— Кажется, я начинаю вас понимать, — Дмитрий сделал глоток вина и продолжил, — вы желаете, чтобы она перепродала вам свою компанию, но она не согласилась, и теперь вам потребовались мои услуги?

— Какие услуги от вас требуются я расскажу за десертом. Мой повар приготовил потрясающий шоколадный фондан с домашним мороженым. Вы просто обязаны попробовать…

Это промедление возымело нужный эффект: впервые в жизни Лесков с таким нетерпением ожидал десерта. На самом деле, он уже насытился, но говорить об этом хозяину дома не стал. Теперь время для Дмитрия стало тянуться издевательски медленно. Нежно-розовый конверт лежал на краю стола, заставляя парня то и дело посматривать на него. Дальнейший разговор касался какой-то картины, которую Бранн заприметил на аукционе, и теперь он вслух размышлял над тем, стоит ли ее покупать.

 — Это работа современного художника, что совершенно не вяжется с моими правилами, — задумчиво произнес Киву. — И я не знаю, насколько ценной будет эта картина в будущем. Известность ее автора уже практически угасла. Однако мне нравится техника и цветовая палитра. Художник, определенно, вдохновлялся творчеством Ивана Константиновича…

— Что за художник? — Лесков все же решил поинтересоваться для вежливости.

— Судя по информации в СМИ, вы неплохо с ним знакомы.

— Рубецкая вряд ли вдохновляется Айвазовским.

— А Белова Екатерина вполне может позволить себе подобную слабость. Как считаете?

В этот миг взгляд Бранна сделался острым, как игла, словно он пытался проникнуть в мысли Дмитрия. Сейчас он даже жалел, что научил своего гостя сдерживать свои эмоции.

— Я бы на вашем месте руководствовался субъективным восприятием: нравится или нет, — спокойно ответил Лесков. Он понял, что далеко не картина интересует Бранна. Вероятнее всего Киву даже аукцион никакой не посещал: ему было интересно выяснить, какие отношения у Дмитрия с этой художницей на данный момент.

Все последующие попытки разговорить гостя на эту тему, закончились провалом. Лесков отвечал уклончиво или не отвечал вовсе, чем и натолкнул Киву на мысль, что может быть неравнодушен к этой девушке.

Наконец служанка подала десерт, однако Лесков даже не взглянул на кулинарный шедевр. Сейчас он испытующе смотрел на Бранна, с трудом сдерживаясь, чтобы не внушить хозяину дома безудержное желание рассказать о своей задумке касательно девушки на фотографиях. В последнее время Дмитрий вообще только и делал, что использовал свои способности при любой возможности. Он требовал правды от партнеров, коллег по работе, даже от продавцов в магазине, если их поведение казалось ему подозрительным. Единственный случай за прошедший год, когда Лесков был не рад услышанной правде, произошел на одном из корпоративов. Дмитрий почувствовал, что подчиненные то и дело тихонько хихикают и перешептываются, посматривая в его сторону. Таким же образом реагировали и на одного из юристов, молодого, но очень талантливого адвоката. В итоге, улучив момент, Дмитрий решил поинтересоваться у второй «жертвы» столь сомнительного внимания, что происходит в коллективе. Они оба как раз вышли на балкон, чтобы покурить. Разговорившись, Лесков как можно более аккуратно задал интересующий его вопрос, на что собеседник вдруг начал нервничать, краснеть и смущаться. Тогда Дмитрий без особых угрызений совести применил свои способности и к своему ужасу услышал такое пылкое признание в любви, что практически сбежал обратно в зал. А несчастный адвокат, опомнившись, на следующий же день подал заявление об уходе…

— Нет, ну разве можно такого золотого человека, как мой повар, заменять роботом? — с досадой произнес Бранн, попробовав десерт.

— Определенно, нет. Впрочем, вернемся к нашей теме: вы ведь собирались мне что-то рассказать об Алюминиевой королеве?

— Не что-то, а только самое хорошее, потому что недостатков я пока что у нее не нашел. Очень умная, образованная, хорошо воспитанная девушка. С безупречным вкусом и манерами. Закончила с отличием Гарвард, владеет в совершенстве тремя языками, магистр по классу фортепиано.

«Замечательно. И к чему все это?» — говорил взгляд Дмитрия.

— К тому же Оксана Сергеевна очень красива. Оно и понятно: ее мать когда-то представляла Украину на конкурсе красоты. А ее дочь унаследовала ее замечательную внешность. Я считаю…, - Бранн чуть помедлил, после чего чуть ли не приказным тоном добавил, — вы должны жениться на этой девушке.

Услышав эти слова Лесков едва не выронил десертную вилку. Он был не по наслышке знаком с закидонами Киву, но обычно они касались бизнеса. Прежде Бранн никогда не позволял себе лезть в личную жизнь Дмитрия, лишь изредка отпускал какие-то безобидные шуточки в адрес его избранниц.

— Это будет выгодная партия для вас обоих, — глядя на своего помрачневшего собеседника, Бранн решил озвучить еще один аргумент.

— Я оценил ваше чувство юмора, — прохладным тоном ответил Лесков.

— Я не шучу.

— Разве? Вы говорите на полном серьезе, что я должен внушить какой-то девице желание выйти за меня замуж? И это учитывая тот факт, что речь идет о моей личной жизни.

— Дмитрий, ну что за ребячество! Я же не запрещаю вам завести любовницу, — усмехнулся Киву. — К тому же внушать ничего не придется. Оксана Сергеевна сама интересовалась вашей персоной… Видимо, я забыл упомянуть, что вчера эта девушка тоже ужинала в моем доме. Я сам пригласил ее, и эта очаровательная особа любезно согласилась. Именно от нее я, кстати, и узнал, как обстоят дела с прислугой в Америке.

— Если она настолько очаровательна, женитесь на ней сами.

— Я бы с удовольствием, но, увы, многоженство в России не поощряется.

— Вы женаты? — Лесков изумленно посмотрел на своего собеседника.

— Мне было восемнадцать, когда я совершил самый романтический поступок в своей жизни.

— Почему же никто никогда не видел вашу супругу?