Не драконьте ведьму! - Власта Бер

Колдуны? Как они узнали, что я здесь? Откуда?!! Как вошли? Я же на противомагический замок немногочисленные денежки потратила, никто не мог…

Всхлипнув от страха, быстро проползла к большому пню, который я использовала как стол, в надежде нащупать таки там свечу и огниво, но нащупала только… свечу.

— Не это ищешь? — снова знакомый-незнакомый голос. Но… не угрожающий, не злой, просто… странный. Как будто я его не ушами слышу. А может это слуховые галлюцинации? Вот не зря я вьюн-чихун не люблю — наверняка от его пыльцы.

В углу, где стояла кровать, вспыхнуло магическое огниво, и я снова инстинктивно отшатнулась, вжимая голову в плечи.

— Ой, ну до чего пугливая стала… — снова вздох… в моей голове.

Снова? Почему снова? А-а-а.

Я сошла с ума. Свихнулась.

Видимо, если ведьму вовремя не инициировать, то можно вообще не начинать — зачем кому-то сумасшедшая ведьма?

Потому что я, наконец, определила, на что похож этот голос… На бабушкин!

От ужаса перед происходящим и собственным грядущим — уже настоящим — сумасшествием я, наконец, зажгла искру на кончике пальца и подпалила свечку. И тут же выставила ее вперед, как оружие… Ведь был же шанс, что мой разум не забрали икты?

И там кто-то на самом деле есть… раз зажигает огоньки…

Неровный свет пламени выхватил темную зелень, покрывшую стены даже изнутри, стул с наспех брошенными на него рубашками, лису, аккуратно заправленный топчан, дальше снова стена и окно с закрытыми ставнями и…

Стоп.

Лиса?

Я сглотнула и снова уставилась в угол.

Лиса. Маленькая рыжая и… с трубкой? Которую она деловито засунула сейчас в пасть и пыхнула, улыбаясь…

Ага. Улыбчивая лиса, курящая трубку… И ведь даже в обморок не упадешь! Потому что если она мне мерещится — биться больной головушкой об пол не стоит. А если не мерещится — так лучше не терять сознание в ее присутствии. Мало ли…

— Насмотрелась?

Вот странно. Голос был опять в моей голове, а рыжая пасть так и не раскрыла. Только клубочек дыма выпустила.

— Ну Сойка, не будь дурочкой! — вдруг гаркнуло в моей голове с бабулиной интонацией. — Что я тебе говорила про свой дар? И не молчи! Мысли то я передавать умею, а читать пока не научилась…

Б-бабушка? А вдруг не она? Нашли меня колдуны страшные и теперь под личиной лисицы пытаются подобраться, притворяясь бабулей?

Тьфу, плесень иноземная! Это даже для них как-то слишком странно!

— Со-ойка! — протянуло в мое голове. — Дар у меня какой?

— П-передача… жизненных импульсов и потоков? — прошептала я.

— Ох, сколько я тебе об этом говорила, а все осознать не можешь! Я не только мысли передать могу, а память и даже свою душу. Сила, правда, в теле остается, да и перелететь далеко, как понимаешь, не получилось… Так что пришлось прыгать, кто рядом был, а потом еще и с животными инстинктами бороться, с незнакомым телом… А сколько времени ушло, чтобы выследить тебя и добраться сюда!

— Скажи то, что можем знать только мы! — я вроде и поверила… и не поверила. И потому упрямилась.

Но она не сказала.

Лишь запела в голове чуть дребезжащим родным голосом:

— День нелегким был —

И вот приходит ночь,

Чтобы ему помочь

Набраться новых сил.

Ветерок дневной,

Свернувшийся в клубок,

Отдохнуть прилег —

Мир полон тишиной….

Слушай, а удобно-то… если мысленно… Можно и курить, и петь…

— Бабу-уля! — завопила я, бросилась к топчану и схватила на руки лисицу, обнимая и рыдая сразу всеми невыплаканными слезами, — я ведь думала они… Я видела что ты… Я верила что одна-одинешенька… Ба-аааа…

— Ну тише-тише… — лисичка пушистым комочком на коленях свернулась, хвостиком слезы мне вытерла, но трубку не выпустила. — Нашла ведь… хоть и столько дней потратила, но не бесполезно… А вот ты, чего дурью маешься?