Железный цветок - Лори Форест

– Если о них узнают, то посадят в тюрьму, – говорю я.

Джаред уже наверняка почувствовал, как я разволновалась из-за Тристана.

– Не понимаю я твоих соотечественников. Вы берёте совершенно нормальные и естественные вещи и сочиняете правила, чтобы их оболгать и запретить. Глупость же! – хмурится Джаред.

– А у ликанов это разрешено? Мужчины могут жить с мужчинами? – удивлённо уточняю я.

– Конечно. – Взгляд Джареда полон жалости и беспокойства. – Запретить это было бы просто жестоко.

– И ваша вера не осуждает таких союзов?

Неужели это правда, и у ликанов мой брат не стал бы изгоем, а ему подобным не пришлось бы скрывать свои истинные чувства и наклонности?

Джаред пристально смотрит на меня, возможно, ощущая мою внезапную вспышку тревоги.

– Эллорен, – наконец сочувственно отвечает он, – я говорю правду. Нет у нас таких запретов.

Я отворачиваюсь, чтобы потихоньку смахнуть набежавшие жгучие слёзы.

– Значит, в землях ликанов Тристан смог бы жить так, как подсказывает ему природа? – срывающимся шёпотом спрашиваю я.

– Да… – Джаред колеблется, прежде чем договорить. – Однако ему пришлось бы стать ликаном.

– Но тогда он лишится магии, – резко напоминаю я. – Ведь ликанам гарднерийская магия неподвластна. – Я горько качаю головой. – Тристан – маг пятого уровня. От такой силы добровольно не отказываются. И мой брат не сможет.

Джаред мрачно кивает, соглашаясь, и во мне вспыхивает обида за младшего брата.

– Выходит, Тристану некуда идти. Он нигде не найдёт счастья и покоя.

– Есть ещё земля Ной, – тихо напоминает Джаред.

Мы оба прекрасно знаем, что жители земли Ной вряд ли обрадуются внуку Чёрной Ведьмы. В какую бы отвратительную клетку загнали Тристана обитатели всех государств Эртии!

– А ликаны танцуют на праздниках?

Надо хотя бы попытаться взять себя в руки и не давать воли раздражению, как бы плохо мне ни было!

Джаред оглядывает зал с плохо скрываемым презрением.

– Мы танцуем… Но не так, как вы. Наши танцы возникают стихийно, не по приказу. Да и, честно говоря, вы здесь танцуете… как деревянные куклы. В нашей музыке особый, очень сильный ритм, и наши партнёры в танце держатся очень близко друг к другу. А это… – кивает он на кружащиеся в танце пары, – так пляшут детишки.

Я невольно краснею, вообразив чувственный, откровенный танец ликанов.

А вот и Пейдж Сноуден – стоит у стены с небольшой группой девушек и рассеянно отправляет в рот маленькими кусочками изысканные угощения. При виде направляющегося к ней Сайлуса Бэйна на её лицо набегает тень. Мне и самой трудно скрыть отвращение – Сайлус в своей чёрной военной форме с сияющей волшебной палочкой у бедра держится так же дерзко и улыбается так же жестоко, как его родственнички Фэллон и Дэмион.

– Знаешь, – вдруг признаюсь я Джареду, вздрогнув от страха, – когда Фэллон выздоровеет и узнает, что я танцевала с Лукасом на Йольском балу, она меня убьёт.

– Не беспокойся, – утешает меня Джаред, подхватывая с подноса бокал с голубоватым пуншем. – Диана уже давно предупредила Фэллон, что, если с твоей головы упадёт хоть волос, голова Фэллон окажется на университетских воротах, навечно отделённая от тела.

В ответ на такое заявление невозможно не рассмеяться, и я хмыкаю, принимая из рук Джареда второй бокал с пуншем.

– За свободу! – с улыбкой поднимает тост Джаред. – За свободу для всех!

– За свободу, – соглашаюсь я, и мы сдвигаем бокалы.

Пунш оказывается очень сладким. По голубоватой поверхности скользят засахаренные лепестки цветов железного дерева, гладкие стенки бокалов приятно холодят пальцы. Глядя на счастливые, по крайней мере внешне, парочки, я вспоминаю Диану и моего старшего брата.

– Знаешь, Джаред, моя тётя Вивиан больше не платит за учёбу Рейфа.

Улыбка на губах ликана медленно меркнет.

– До неё дошли слухи о Диане, – объясняю я. – Все уже знают. Недавно тётя сообщила, что приедет нас навестить, как только закончатся заседания в Совете магов. Мне кажется, она хочет пригрозить Рейфу.

– Но разве Рейф сможет сам платить за учёбу? – удивлённо поднимает брови Джаред.

– Он теперь работает вместе со мной. На кухне. Он всегда терпеть не мог готовку и уборку, и вот судьба наказала его! – улыбаюсь я.

У главного входа в зал вдруг раздаётся дружный вздох, толпа отшатывается при виде Рейфа и Дианы, которые, весело хохоча, врываются в зал. Рейф тянет Диану за руку, а она притворно сопротивляется. Они оба в мятых брюках и куртках, у Дианы за плечом болтается тушка зайца – скорее всего они возвращаются с охоты.

У меня отвисает челюсть, и кровь отливает от лица.

Гарднерийцы протестуют всё громче, а Рейф, не обращая внимания, ведёт Диану на паркет и кружит в танце, крепко прижимая к себе. Их лица сияют счастьем.

Я в ужасе оборачиваюсь к Джареду – побледневший ликан отвечает мне встревоженным взглядом.

– Это гарднерийский праздник! – выкрикивает солдат с нашивками мага третьего уровня и проталкивается через толпу к Диане и Рейфу.

За ним спешат трое добровольных помощников. Музыка понемногу стихает.

Бросив на разгневанных военных вызывающий взгляд, Рейф крепко обнимает Диану и страстно целует её, не стесняясь зрителей.

Толпа гостей потрясённо колышется, всё яснее звучат возмущённые голоса.

Маг третьего уровня выхватывает волшебную палочку.

– Нет! – всхлипываю я, схватив Джареда за руку. – У Рейфа ни капли магии!

– Я знаю, – рычит сквозь зубы ликан. Под моими пальцами перекатываются его крепкие мышцы.

Диана вырывается из объятий Рейфа и проказливо улыбается ему. Потом восторженно хватает его за руку и с хохотом тянет за собой сквозь толпу прочь из зала. Я облегчённо вздыхаю: обошлось! Гневные голоса и крики «наподдать этим нахалам» понемногу стихают, а солдаты исчезают в толпе.

– Скажи, твои родители знают о том, кого выбрала Диана? – помолчав, обращаюсь я к Джареду.

Ну и кашу заварил мой старший братец…

– Знают, – отвечает ликан. На его скулах проступают желваки. – Они приедут к нам на День основателей. – Поколебавшись, Джаред всё же добавляет: – Отец хочет поговорить с Рейфом.

Вот ужас-то! Такой сюрприз приятным не назовёшь. Я так ждала Дня основателей… По традиции в этот день родители и прочие родственники съезжаются в Верпакс навестить студентов. Дядя Эдвин наконец чувствует себя гораздо лучше, и я жду не дождусь встречи с ним. Мы так давно не виделись! Недавно я получила письмо от дяди, в котором он сообщает, что снова ходит сам и даже без трости. Правда, письмо дядя продиктовал слуге тёти Вивиан, писать ему пока тяжело.