Заговор красных генералов - Вадим Хлыстов

Ян Карлович Берзин, начальник 4-го управления штаба РККА, для своих «Старик», верил в свою интуицию. Она редко его подводила на каторге в Иркутске, она не подвела его в 1917 году в Петрограде. И сейчас она прямо-таки вопила об опасности. Казалось бы, все шло хорошо. Высокая должность начальника военной разведки, интересная работа, верные друзья-партийцы, которых он знал много лет. Но интуиция не умолкала. Она призывала к действию, но вот к какому, Берзин понять не мог. Угроза, не явная, непонятно откуда исходившая, витала в воздухе.

От тяжелых мыслей Старика отвлек звонок помощника.

— Ян Карлович, к вам фельдъегерь из ЦК. Прикажете пропустить?

— Пропустите, Максим Родионович.

Двойная дверь открылась, и в кабинет вошел в новенькой, с иголочки, но без знаков различия военной форме коротко стриженый мужчина средних лет.

— Фельдъегерь ЦК Егоров, — представился он. — Вам пакет. В соответствии с полученными мной инструкциями вы должны при мне его вскрыть, прочитать, а потом, расписавшись, запечатать своей печатью, вернуть. Во время прочтения, кроме нас двоих, в помещении никого не должно быть. Прошу.

Фельдъегерь подошел к столу и вручил Берзину довольно объемистый конверт с сургучными печатями общего отдела ЦК ВКП(б).

— Располагайтесь, товарищ Егоров. Судя по всему, знакомиться мне придется долго, а в ногах правды нет.

Берзин поднял трубку телефона:

— Максим Родионович, принесите чаю на двоих.

Через несколько минут дверь в кабинет открылась, и помощник на подносе принес чай в стаканах, бублики и вазочку с вареньем. Поставив все принесенное перед начальником, он спросил:

— Будут еще какие-то указания?

— Да, будут. До моего особого распоряжения не соединять ни с кем и не входить в кабинет.

Когда помощник вышел, Старик, приглашающе протянув к чаю руку, предложил:

— Угощайтесь, товарищ Егоров.

После этого вскрыл пакет и вынул из него папку. На лицевой стороне папки было написано:

«Дело N 637. Берзин Ян Карлович (Петерис Янович Кюзис)».

Перевернув обложку, Берзин увидел на первой странице свою фотографию и под ней надпись:

«Арестован 27 ноября 1937 г. по обвинению в троцкистской антисоветской террористической деятельности. Расстрелян 29 июля 1938 года по приговору Военной коллегии Верховного суда. Реабилитирован посмертно 28 июля 1956 года».

Начальник разведки РККА поднял закаменевший взгляд от документов:

— Кто вы такой, и что это значит?

— Это значит, Ян Карлович, что вы обречены. Но боюсь, что мой рассказ для вас сейчас будет бессмысленной тратой времени, и поэтому я предлагаю вам следующее. Достаньте свое табельное оружие и выстрелите в меня. Куда хотите. Можете в голову, можете в сердце, можете стрелять по конечностям, если надеетесь обезвредить, а потом допросить. Только после вашего выстрела у нас получится осмысленный разговор, и вы мне поверите. Смелее, товарищ Петерис, выстрела никто не услышит, и сюда никто не войдет, пока я этого не захочу.

— Вы сумасшедший или дешевый провокатор. Я сейчас вызову внутреннюю охрану управления, и она немедленно разберется, что вы за «фельдъегерь из ЦК». Поднимайтесь.

Егоров откинулся на спинку стула:

— Охрана не придет, Ян Карлович. Ваши телохранитель с помощником испытывают сейчас прямо-таки патологическое желание сюда не входить. И не давите на кнопку «красного» вызова, что у вас под ногой. Она не работает. Хотите проверить? Прошу.

Берзин подошел к двери и попытался ее открыть. Дверь не открывалась.

— Что, не получается, Ян Карлович? — не оборачиваясь, спросил «фельдъегерь». — Сейчас получится.

Ручка двери неожиданно поддалась, и дверь открылась.

— Зовите своих людей.

Выйдя из кабинета, Берзин рявкнул на своего помощника и охранника:

— Почему не действуете по инструкции и не явились по вызову?!

Помощник, стоя по стойке смирно, отрапортовал:

— Не имеем права, Ян Карлович. В соответствии с полученным приказом из ЦК, который вы подтвердили своим распоряжением. Вот приказ. — Помощник протянул Берзину чистый, без единой буквы лист бумаги.

Оглядев внимательно своих подчиненных и ничего не сказав, Берзин вернулся в кабинет и закрыл за собой дверь.