Ледяные сапфиры - Николь Рейн

– И это всё? – несдержанно выпалил король.

– А что вы хотели услышать? Что мама украла его у кого-нибудь из знати? – Мия поморщилась и остановилась. – Наверное, камень был давным-давно утерян кем-то в горах и пролежал там долгое время, пока папе не посчастливилось его найти.

«Теперь должен ли я забрать лунный камень?» – раздался вопрос в голове мужчины.

– Я не отдам его вам! Не думаю, что отец осознавал, насколько это дорогая вещь. Но знаете, мне она дороже всех денег мира! Это моя память о родителях, о их любви!

«Она догадалась, о чём я думаю?»

Мия смотрела на короля с отвагой, её рука сжимала воротник пальто в том месте, где висела подвеска.

Повелитель нежити удивился. Неужели эта девчонка думает, что сможет ему противостоять? Откуда столько храбрости взялось в её серых глазах? Отчего же он не может решиться? Мысль, что эти прекрасные глаза наполнятся слезами по его вине, вызывала странные, неприятные, давно забытые чувства.

– Оставь его у себя… – Король накрыл своей рукой руку девушки, крепко прижимающую ткань к груди, и медленно опустил её вниз: «Да что же я делаю?!»

*****

Мия

Смеркалось. Путь до замка прошёл молча. Я чувствовала, что настроение короля ухудшилось. Он был полностью погружён в свои мысли.

Когда на балконе он отпустил нетопыря, я решилась заговорить:

– Ваше Величество, меня мучает вопрос…

– Слушаю.

– Почему вы не показываетесь в городе? Неужели вы не хотите, чтобы ваши поданные видели вас?

– Зачем?

– Ну как же? Вы же король.

– Разве мои министры плохо выполняют свою работу?

– Дело не в этом…

– А в чём же?

– Вы должны почаще бывать в столице. Про вас перестанут собирать разные сплетни и…

– Мне плевать на сплетни, – лаконично рубил король.

– На что же вам не плевать? – Его ответы и без того были довольно резкими, но позже я сильно пожалею, что произнесла этот вопрос.

– Ты хочешь видеть, на что мне не плевать?

Я кивнула.

Мужчина отставил чемоданы, схватил меня за локоть и потащил за собой. Он шёл очень быстрыми шагами, пересекая коридоры замка. Я еле поспевала за ним.

«Если он продолжит так тащить меня, я упаду. Он очень разозлился. Но почему?»

Спустившись на нижний этаж, мы вышли через главные ворота и оказались у подножия замка. Мужчина дотащил меня почти до обрыва, затем отпустил мой локоть. Я успела не на шутку перепугаться.

– Раз хотела… так смотри же, что для меня сейчас важно! – сквозь зубы процедил король и подошёл к самому краю.

Он закрыл глаза, набрал полную грудь воздуха. Поднявшийся ветер трепал его волосы. Король сильно напряг и растопырил пальцы рук.

– Ane muerte fagro astratiss³, – слова полились словно мантра.

Я оглянулась по сторонам, но ничего необычного не обнаружила, только ветер свистел, поднимая с земли рассыпчатый снег. Через мгновение услышала шум, исходивший с подножия горы. Медленно подошла ближе к обрыву и с опаской взглянула вниз… Мои зрачки расширились, дыхание участилось, а сердце забилось сильнее. Я увидела свет тысяч голубых глаз, смотрящих прямо на нас.

Мёртвые внимали своему хозяину.

Король резко поднял обе руки вверх, его глаза распахнулись, они ярко горели пурпурным пламенем. Он закричал так, что его голос, срываясь на хрип, эхом разнёсся по каньону:

– Fueragus mee!⁴

Полчище монстров пришло в движение. Голубые пасти открылись, освещая весь каньон. Они истошно заорали, следуя примеру своего повелителя. Он требовал от них показать, что они ещё тут, что они живы, хотя давно мертвы. Нежить послушалась его. Казалось, что от их рёва задрожали горы. Они жаждали его приказов! Надеялись, что он повелит им идти уничтожать города, купаться в крови людской.

Я обхватила голову, пытаясь заткнуть уши руками, лишь бы не слышать этих душераздирающих звуков!

В нескольких шагах от меня стоял король. Сейчас он выглядел совсем иначе, нежели полчаса назад, когда великодушно решил не лишать меня лунного камня. Передо мной был совершенно незнакомый мужчина, обладающий умопомрачительной силой, ему было подвластно управлять не только всей нежитью, но и стихией. От него разило опасностью и смертоносностью. Слышать рассказы и увидеть воочию, на что способна сила короля мёртвых, – разные вещи. Не знаю, кого стоит бояться больше: тысяч кровожадных чудовищ, бушующих внизу, или этого человека? И да, мне было чертовски страшно! Но одновременно только он один был способен защитить и уберечь всех нас от этого проклятия. Теперь я осознала: король пожертвовал жизнью правителя людей, став правителем мёртвых, чтобы мы могли ничего не бояться!

Как бы я ни сдавливала уши, всё было тщетно, чёртово завывание беспощадно проникало прямо в подкорку мозга. Порывы ветра с издёвкой толкали моё тело. Всё происходящее давило, хлестало сознание. Зрачки заметались от нежити к королю, от нежити к королю… Перед глазами поплыло.

«Пусть это закончится! Пожалуйста, пусть это закончится!»

Паника охватила меня, нервы не выдержали, и тело само двинулось к королю. Я начала кричать ему, чтобы он остановился, но он не обращал на меня внимания. Я непроизвольно схватила его за поднятую руку, потянула её вниз.

Ледяной король резко повернул ко мне голову, на его лице читалась злость, он как будто не узнавал меня, пурпурное свечение застилало его глаза целиком. Порывом эмоций я кинулась и обняла его за талию, прижалась к нему всем телом:

– Пожалуйста! Лэй! Хватит! Я вижу! Теперь я всё поняла! Прости меня, Лэй! Прошу, вели им замолчать! – кричала я в истерике.

Глаза короля начали потухать, он стал приходить в себя. Войско в каньоне успокоилось и опять погрузилось в мёртвую тишину.

Я отстранилась от мужчины. На моём лице застыл ужас.

Теперь он смотрел на меня взглядом, полным сочувствия. Король положил руки мне на плечи и тихо проговорил:

– Пошли в замок. Тебе нужно отдохнуть.

Шарлотт

Марта собрала всех на кухне. Айзек сидел в кресле с чашечкой чая. Шарлотт стояла у кухонной стойки, нервно стуча ногтями по столешнице. Маркус облокотился о стену, скрестив руки на груди. Женщина оглядела компанию и начала:

– Что же могло произойти, что король решил привести мёртвых в движение?

– Прежде он проделывал такое только раз, практикуя умения управления нежитью, – задумчиво произнёс Маркус.