Кинжал милосердия - Галина Полынская

На гостевом диване в секретарской дожидался крепко сбитый мужчина лет пятидесяти в джинсах и свитере болотного цвета. Увидав вошедшую троицу, он сходу определил главного, поднялся, протягивая Феликсу руку, остальным лишь кивнул. Представившись Борисом Евгеньевичем, он сразу приступил к изложению своего дела.

– Мать моя замуж собралась! – выпалил, обводя многозначительным взглядом всё собрание. Собрание ответило молчанием, ожидая продолжения. – Восьмой десяток, а туда же – в ЗАГС навострилась, невеста выискалась!

И замолчал, глядя на сотрудников. Феликс вопросительно приподнял брови, а Алевтина постаралась помочь:

– За молодого альфонса, что ли?

– Да нет, такой же старый дурак, сосед её по даче! Участки у них напротив, вот и снюхались! Сначала чаи вместе гоняли, теперь женихаться вздумали!

– Так это же прекрасно, – заулыбалась Аля. – Люди в любом возрасте хотят быть счастливыми.

– И я не понял проблемы, – пожал плечами Сабуркин. – Что в этом страшного-то?

– Как что? Там же детишки с дедовской стороны мигом к нашему имуществу подскочат!

– Вы ж сказали, у деда дача есть. Вроде не бездомный.

– Да что там эта халупа деревянная против нашего кирпичного дома! – раздражённо отмахнулся Борис Евгеньевич. – Да и в городе у них квартирка тоже так себе. Ютятся в двушке панельной всей толпой – сын, невестка да дочка школьница. Ещё и журналисты они какие-то там газетные, а все эти писаки поголовно алкаши да наркоманы – вмиг к нашему добру пристроятся и промотают!

– А есть что проматывать? – сложив руки на груди, Алевтина Михайловна поджала губы, с прищуром глядя на посетителя.

– А как же! – воскликнул он. – У меня автосервис, у жены магазин продуктовый, пусть небольшой, но бизнес хорошо идёт. Две квартиры – в одной живём, другую сдаём. Нормально у нас всё, не бедствуем, да вот только чужую ораву кормить не нанимались!

Высунувшись из кухни, Никанор Потапович послушал разговор и скрылся обратно, оставив дверь открытой.

– Вообще-то ваши дети наследники первой очереди, – сказал Герман. – Причём тут дети будущего мужа вашей мамы? В конце концов, можете составить завещание или дарственную, в суде их очень сложно будет оспорить.

– Сын с дочкой далеко живут, на Сахалине, – поморщился Борис Евгеньевич. – Только прочухают про завещание, мигом примчатся и быстренько нас всех тут изведут, лишь бы до наследства поскорее добраться! Знаю я их!

– Конкретно от нас вы что хотите? – подал голос Феликс.

– Чтобы вы на эту семейку компромата насобирали!

– Какого именно компромата?

– Любого! Лишь бы у матери глаза открылись, кого она к нам пристроить собирается!

– А если семья окажется приличной и не к чему будет придираться?

– Не окажется! Всегда найдётся, за что зацепиться! В крайнем случае, я вам приплачу, чтобы нашлось!

– Иными словами, вы нам предлагаете этот компромат сфабриковать? – уточнил Феликс.

– Называйте как хотите! Лишь бы мать успокоилась с загсами этими! Придумала тоже, на старости лет…

На бесстрастное лицо директора агентства «ЭФ» легла тень брезгливой скуки. Увидев это, Алевтина шумно вздохнула и сказала:

– Такими делами мы не занимаемся, уж извиняйте.

– Что значит – не занимаетесь? Вы ж детективное агентство – вот и делайте, что вам говорят! Ищите, копайте, собирайте!

– У нас на вывеске при входе написано: «Частный розыск. Помощь в беде». Мы в беде помогаем, а не создаём беду, – повторила Аля слова Феликса, уже однажды сказанные другому посетителю.

– Обратитесь в другое агентство, – поддержал Гера. – А сейчас простите, рабочий день окончен, мы закрываемся.

– Ты ж смотри, какие выискались! – с кривой ухмылкой Борис Евгеньевич встал с дивана. – Ну ничего, я вам устрою!

И с этим покинул секретарскую, хлопнув дверью.

– Не меняются они, эти мелкие лавочники, – произнёс Феликс. – Через века – одни и те же. Значит так, сейчас разъезжаемся по домам. Заданий пока никаких нет, отдыхайте. Гера, а я сегодня, пожалуй, позвоню твоей подруге.

– Какой?

– Инне, будущему врачу-реаниматологу. Она в городе, никуда не уехала?

– Да вроде нет. А что, есть для неё дело?

– Намечается. Хочу восстановить засохшую кровь с кинжала, понадобится её помощь.

– Звони, конечно. Думаю, она рада будет помочь. Сейчас позвонишь?

– По дороге. Хочу домой наконец добраться. Давайте, всем счастливо, до завтра.

Феликс ушёл, а сотрудники принялись неторопливо собирать свои вещи, попутно прибираясь в секретарской.

Проехав почти половину пути, «Ауди» встала в пробку, и Феликс достал телефон, чтобы позвонить Инне.

– Да, Феликс, вечер добрый, рада слышать! – Голос девушки прозвучал бодро и весело, словно она только и ждала этого звонка.

Поприветствовав её, Феликс в двух словах озвучил свою просьбу.

– Восстановить сухую кровь, при этом не разбавляя её?

– Именно.

– А чья кровь?

– Предположительно человеческая, но может быть и животного, птицы.

– Как срочно это нужно?

– Желательно завтра с утра уже заняться.

– Хорошо, я подумаю. Часиков в девять – десять звякну, нормально?

– Можешь звякать в любое время, начиная с пяти утра.

Мужчина улыбнулся в трубку, и они попрощались.

На удачу, по дороге больше пробок не встретилось, но добрался домой Феликс всё равно уже в восьмом часу вечера. Поставив машину на парковку, он зашёл в холл подъезда и приветственно кивнул охраннику, сказав уже привычное:

– Что, Алексей, сменщика тебе так и не нашли?

– Представьте себе, нет, – с сожалением ответил охранник. – Должен был вроде парень один прийти и не пришёл. Почему не хотят на такую хорошую работу, не понимаю, зарплата ведь приличная. А ещё говорят – кризис, безработица. Враки это всё.