Чистильщик - Павел Корнев

Несмотря на зависшее в безоблачном небе солнце, под тентом было прохладно; здесь гулял легкий ветерок, и хотелось не просто пообедать, а посидеть более основательно. Холодное пиво, тихая музыка, неспешная беседа. Для второй половины выходного дня – лучше не придумаешь. Да и в программу буднего вечера такие посиделки вписались бы просто замечательно.

Вот только вернувшийся из туалетной комнаты Родион Леонидович поддерживать светскую беседу не собирался и, сделав заказ, немедленно уткнулся в свой ноутбук.

Я показал Виталию меню и отчертил ногтем строку с «Гиннессом», но парень лишь отрицательно покачал головой. У меня с досады даже возникло желание перебраться за барную стойку. Не попроси об одолжении Владимир Николаевич, точно бы на этих язвенников-трезвенников плюнул.

К счастью, заказа долго ждать не пришлось; правда, ели мы тоже в полной тишине. Виталий поглядывал то на меня, то на ревизора, но никаких попыток завязать разговор не предпринимал, я тоже помалкивал. И лишь когда и с первым и со вторым было покончено, водитель подозвал официантку.

– Девушка, – улыбнулся он, – у вас ведь ирландский паб?

– Ирландский, – подтвердила та.

– А что посоветуете из национальных дижестивов?

– Виски…

– Давайте три по пятьдесят «Джеймсона», – заглянул я в меню. – Только двенадцатилетнего…

– Я не буду! – попытался возразить Родион Леонидович, но Виталий его и слушать не стал.

– Для пищеварения, – уверенно заявил он.

– Мне пора возвращаться, – продолжил настаивать на своем ревизор. – Обед заканчивается!

– Сегодня воскресенье, – напомнил я.

– Неважно! Мою работу за меня никто не сделает!

– Хорошо, как скажете. – Виталий взял с подноса подошедшей официантки рюмку, влил в себя виски, крякнул и достал телефон. – Алло, пришлите кого-нибудь на площадь Ленина…

– Стойте! – возмутился Родион Леонидович. – Мы же сюда на вашей машине приехали!

– Я выпил, как теперь за руль садиться? – резонно заметил Виталий. – Да вы, Родион Леонидович, не волнуйтесь, пока нас заберут, все выветрится уже. А на общественном транспорте добираться еще дольше будете.

Ревизор нехотя поднял рюмку, отпил и поморщился, ища, чем бы закусить. Я развернулся и окликнул официантку:

– Девушка, нам бы еще рыбное ассорти и три «Гиннесса»!

– Я не пью пиво! – всполошился ревизор.

– Как в ирландском пабе не выпить «Гиннесса»? – округлил я глаза. – Вы меня удивляете, Родион Леонидович!

– Не надо!

– Не хотите «Гиннесc», возьмите «Леффе». Бельгийское монастырское – будете в восторге.

– Мне нельзя пиво!

– А кому можно? Мы же по чуть-чуть, чисто символически!

– Я вам русским языком говорю, – начал выходить из себя ревизор, – мне нельзя пить пиво! Врач запретил! Из-за сосудов.

– Девушка, тогда два «Гиннесса» и сидр. Сидр ведь можно?

– Можно, – сдался Родион Леонидович, – но больше мне ничего не заказывайте!

– А мы и сами больше ничего не будем, – успокоил его Виталий. – Мы же чисто для улучшения пищеварения…

Я опрокинул в себя виски, после сделал пару глотков черного горьковатого стаута и зажмурился от удовольствия. Хорошо!

Температура воздуха градусов под тридцать, организма и того более, а тут – раз и холодное пиво. Разница вроде ерундовая, всего-то градусов в двадцать – двадцать пять, но зато каков эффект! Жить сразу стало лучше и веселей…

Еще раз приложившись к бокалу, я подцепил на вилку ломтик семги, прожевал и кивнул:

– В такую жару с виски точно развезет, увлекаться не стоит.

– Виски надо пить без спешки, с хорошей сигарой, – вздохнул вдруг Родион Леонидович, баюкая в руках рюмку, – а у меня работы непочатый край. У вас такой бардак с отчетностью…

– Не, не, не, – поспешил я пресечь возможные расспросы. – Я по учебной части, с финансами дел не имею.

– А я вообще баранку кручу, – рассмеялся Виталий и взболтал остававшуюся в бокале густую и плотную пивную пену. – Счетную палату ведь списание бензина не интересует?

– Не интересует, – подтвердил ревизор. Он хлебнул виски и задумчиво посмотрел на запотевший стакан с сидром.

Ну, какой нормальный человек в такую жару промочить горло откажется? Работа, как известно, не волк и в лес не убежит. Всегда остается завтра и послезавтра. А сегодня можно и отдохнуть. Тем более сидр – это так, несерьезно. Хоть оборотов в нем, если уж на то пошло, побольше, чем в «Гиннессе»…

Посидели в итоге очень душевно и, пока за нами ехала – о-о-очень медленно ехала – дежурная машина, успели изрядно наклюкаться. По крайней мере, я с Виталием; ревизор из врожденной вредности пил мало.

Да и мы, не могу сказать, что особо этим делом увлекались, просто мешать виски с пивом на такой жаре идея не из удачных. Это в Ирландии климат к подобному злоупотреблению располагает, а вот нас на солнышке мигом развезло…

– Может, на озеро махнем? – выходя на улицу, предложил Виталий, памятуя о том, что ревизору сегодня в НИИ лучше не возвращаться. – У нас такие озера!

– Работать! – не раздумывая, отказался Родион Леонидович. – Работать!

– Воскресенье же!

– У меня задание, мне без разницы воскресенье или понедельник. Мне работу сделать надо!

– Логично. – Я спрятал в карман чек – вот ничего себе мы погуляли! – и, покачнувшись, спустился на тротуар. – Работать так работать.

И, погрузившись в прибывший за нами дежурный автомобиль, мы покатили в институт. Там ревизор сразу убежал по делам; я зевнул и отправился на поиски куратора, Виталий поплелся следом.

Розыски начали с кабинета замдиректора по транспорту, но Шептало там не оказалось. Григорий же Петрович только глянул на нас и сразу попросил секретаршу принести две чашки крепкого кофе.

– Лишним не будет, – не стал отказываться я.

– Пожалуй, – уселся Виталий с другой стороны стоявшего буквой «Т» стола.

Впрочем, спокойно попить кофе не удалось – пару минут спустя в кабинет влетел пребывавший отнюдь не в самом лучшем расположении духа Владимир Николаевич.

– Что за дела?! – с ходу заблажил он. – Вы должны были ревизора напоить, а не сами за казенный счет накачиваться!

– Мы в норме, – и глазом не моргнул Виталий. – Так, Александр?

– Абсолютно, – подтвердил я. – А Родион Леонидович после виски с сидром такого наработает, что потом за два дня не исправит.

– Твоими бы устами…

– Да точно вам говорю! И кстати, Владимир Николаевич, что насчет билета в Сочи? А то, чувствую, стеснять вас начинаю…