Судьба клана - Дем Михайлов

Завидев меня, уже пьяненький Стехан хлопнул меня по плечу и почти силком усадил рядом с собой, заставив потесниться соседа. Ко мне придвинули блюдо с жареной свининой, а лавочник ткнул меня локтем в бок и довольно прогудел:

— Пришел таки! А я уж думал, что позабыл ты про наш уговор. Решил не связываться с этой гадюкой прелестницей, что нашего старика Джогли прямиком на тот свет…. Кхе!

Хекнул добрый лавочник по той простой причине, что я в свою очередь саданул его локтем под ребра и зло зашипел:

— Тиш-ше! Тише уважаемый Стехан! Если каждому подряд о нашем уговоре обсказывать, то до истины мне не докопаться!

— Оно и верно — согласно кивнул торговец, смущенно почесав ушибленное ребро — Тогда выпьем!

— А… черт — буркнул я, принимая кружку-монстра, размером чуть ли не с мою голову.

— Покойного доброй выпивкой не помянуть, грех большой! — многозначительно добавил Стехан и с хлюпаньем присосался к своей кружке.

Я же лишь пригубил и тут же поинтересовался.

— Стехан, а где гадюка-то? Которая Джогли невесткой приходилась.

— А вон — мрачно кивнул Стехан и я проследил за его взглядом.

Во главе стола сидело двое. Донельзя понурый и мрачный мужик лет сорока пяти, с копной соломенных волос и носом картошкой. А по правую руку от него… мама моя… нечто неописуемое. Из всего, что я разглядел, прежде чем мои глаза закатились под лоб, а челюсть ударилась о столешницу, так это густую копну иссиня-черных волос, оливковую кожу, невероятно огромные зеленые глазища и чувственно приоткрытые губы. После этого я просто ослеп от ее сияния. В общем, красота девушки была настолько неописуема, что я едва поэтом не стал. Как там в бессмертных строках говорится?

Передо мной явилась ты, во мраке черном, совершенном,

Моя черноволосая краса, очей моих ты загляденье.

Я припаду к твоим стопам, прося лишь знака одного…

Нет, там не так было… Тьфу ты! Что за нерифмованную чушь я порю?! Нет, правда, так и поэтом можно на всю жизнь остаться. Буду потом народ виршами веселить… как только перестану заикаться…

— Что? И тебя зацепило, мил человек? — понимающе хмыкнул Стехан, с хрустом вгрызаясь в куриную ляжку — Мы то уж попривыкли! А раньше бывало как завидишь ее, так и ноги подкашиваться начинают…

— А-а-ага — с трудом выдавил я из себя и вновь взглянул на девушку, уже немного более трезвым взглядом.

Мне не показалась. Она была очень красива. Красива настолько, что первой мыслью было: "что она нашла в этом деревенском увальне?!". Контраст просто дикий. Обычная деревенщина с добродушным крестьянским лицом и она… королева изящества и очарования. Настоящая богиня любви. Окажись подобная краса в реальном мире… многие бы мужики сон потеряли.

Уверен, что создавший ее дизайнер получил за эту работу огромные деньги. Это было творение с Большой буквы.

Тонкая фигурка скрыта глухим траурно-черным одеянием по самое горло, но и он не может скрыть идеальных пропорций. Сидит скромно, предельно молчалива в отличии от своего муженька, но не забывает подкладывать в его стремительно пустеющую тарелку самые лакомые куски, равно как и подливать в кружку вина.

— Ты пей — посоветовал мне Стехан — Иначе не оправишься.

— Угу — отозвался я, делая крошечный глоток и поверх кружки глядя на девушку.

Нереально.

Столь идеальные черты лица, фигура и прочее — это не типовые шаблоны, используемые создателями игры для столь малых локаций как деревни. Девушке самое место в столице, где постоянно толкутся десятки тысяч игроков, жадных для зрелищ и впечатлений. Ее бы приодеть в шелк да бархат, навесить на шею жемчужное колье, в волосы вставить сверкающую диадему и получится самая настоящая принцесса. К тому же, местные жители все светловолосые, щекастые, а она скорее обладает восточным типом лица.

— Стехан, а как ее зовут?

— Имя то?

— Ну.

— Алишана кличут — фыркнул Стехан — Имя то какое! Заморское не иначе. Икру будешь?

— Баклажанную? — машинально спросил я.

— Не, нашенскую, из брюха уходруя добытую!

— Как? Из ухо-кого? А, неважно! Накладывай — согласился я и уже хорошо пьяненький лавочник принялся наполнять стоящее передо мной блюдо икрой, не обращая внимания, что кладет черные бусины поверх жареной свинины. Но я на это внимания не обратил. Голова была занята совсем другим.

Алишана. Это точно не местное имя. И раз девушку запихнули в эту деревню, то должна быть причина. Какое-нибудь задание или на крайний случай слезливая история. Например, еще совсем юной девушкой ехала она со своим богатым отцом-купцом по торговым делам, да напали разбойники и всех порешили кроме нее. А ей спастись удалось. Чудом али по случайности. И сиротка несчастная прибилась к первой попавшейся деревне… в общем, надо копать и копать, но меня сейчас в первую очередь интересовал почивший старик Джогли.

— Стехан, а где именно ваше кладбище?

— А вон на том пригорке — лавочник небрежно махнул рукой куда-то за дома, в ночную темень — Сплошь могилками утыкан. Сперва в храм уткнешься, а за ним и кладбище.

— И где там могилка старого Джогли? Как ее сыскать?

— А что ее искать-то? Дело немудренное. Она сейчас сплошь цветами свежими усыпана, ну и пять плошек масляных горят.

— Ясно — кивнул я — Спасибо.

— Да ты никак прямо сейчас туда собрался? Что ты! Опомнись! Кто ж ночью по кладбищам шастает? Так и до беды недалеко.

— Посмотрим — ответил я, поднимаясь из-за стола.

На поминках я поприсутствовал, невестку и ее мужа хорошенько разглядел. А поговорить сейчас с ними не удастся. Значит, надо заняться более интересным делом.

Я попрощался с лавочником и неспешно зашагал прочь, на ходу проверяя "влитые" в руки заклинания. И у самой калитки наткнулся на дородного мужика с властным видом, поспешно загородившего мне дорогу.

— Добрый вечер, уважаемый — вежливо поздоровался я и вопросительно воззрился на вставшую передо мной преграду.

— И тебе того же, чужеземец — кивнул бородой тот — Я староста местный, Грегором кличут.

— Росгард — в свою очередь представился я.

— Дело есть у меня к тебе, Росгард, уж не откажи, выслушай — произнес староста стандартную формулу предложения задания.

— Почему не выслушать? — кивнул я в ответ — Вот только может до завтра наш разговор отложим? Время уже позднее, да и я тороплюсь. Что скажешь, уважаемый староста?

— Так разговор то на минуту самое большее! — возразил мужик и, покорившись неизбежному, я согласно кивнул. Задание можно и не брать, но ссориться со старостой желания не было. Почему бы и не выслушать.

— Беда у нас в деревне приключилась, добрый человек — вздохнул Грегор, оглаживая бороду — Если поможешь, то я в долгу не останусь! Самое малое пять серебряных монет отвалю от чистого сердца и бочонок браги впридачу.