Паутина Лайгаша - Дмитрий Браславский

– Ты… это, – неуверенно произнес Беральд. – Керс, может, и правда, впустим. Что ж мы, не люди, что ли?

– Смотри, Вин, дело твое, – равнодушно бросил напарник, придвигая к себе кучку монет. – Если игре конец…

– А, забирай, Орроба с тобой, – махнул рукой Беральд, отпирая дверь. – Заходи, мил человек, обсушись. Только, чур, ненадолго, порядки у нас тут строгие…

Дверь приоткрылась, и в нее протиснулся худенький старичок в огромном темном плаще, явно скроенном не по его скромной фигуре. На человека состоятельного он и впрямь был не похож, а вот на какого-нибудь заработавшегося за полночь звездочета – вполне. Глаза хитрые и умные, но вот жадности в них ни на грош. Только плещется какое-то отчаянное веселье, точно задумал он удачный фокус и с трудом может дождаться, пока и остальные его оценят.

При виде лужи, стремительно расползающейся по полу, Винсент поморщился.

– Скидывай все с себя и давай к камину. А плащ твой…

– Нет, нет, – засуетился старичок. – Я уж так как-нибудь.

Проковыляв к камину, он пододвинул к себе ближайший стул и уселся, с наслаждением вытянув ноги к огню.

– А чей это дом будет, если не секрет?

Винсент не видел ни малейшего смысла темнить.

– Раоми. Слыхал, небось?

– Как же, как же, приходилось. Только еще я слыхал, что он и звука собственных шагов боится.

– Есть такое дело. Только ты ж не грабить его пришел. И не убивать.

– А тебе это откуда ведомо? – подмигнул незнакомец.

– Так и мы не лыком шиты, – ухмыльнулся Керсес. – Ежели что…

Удар грома заглушил его слова. Когда вспышка молнии за окном погасла, дверь караулки с грохотом распахнулась. На пороге стоял Раоми.

Наемники вскочили на ноги. Керсес умудрился еще при этом спрятать кости в карман и ткнуть Винсента локтем в бок: пропали, как есть пропали!

Колдун выглядел так, словно неведомая сила скинула его среди ночи с кровати и бросила, против его воли, проверять караулы. Подол длинной ночной рубашки промок и покрылся грязью, домашние войлочные шлепанцы представлялись странным выбором для прогулки по залитому водой двору, над головой светился непроницаемый для дождя сиреневый купол. Узкое угловатое лицо с набухшими мешками под глазами выглядело злым и встревоженным.

– Все спокойно, мессир, – начал было Керсес, но маг оборвал его движением руки и принялся подозрительно разглядывать стул подле камина.

– С кем это вы тут разговариваете? – пролаял чародей.

– Так ведь…

Винсент ошалело посмотрел на хозяина. Вроде как на зрение не жаловался, пылинку на полу – и ту увидит.

Неожиданно у Беральда заныло в висках, и после недолгой паузы он, сам себе удивляясь, ни с того ни с сего брякнул:

– …друг с другом, мессир.

Старичок благосклонно покивал ему, поднялся и деликатно отступил к стене.

– Так-так, – Раоми начал медленно обходить комнату, точно принюхиваясь. – Друг с другом, значит. А почему же тогда… Ага, вон оно что!

В его руке появился кнут с длинной витой рукояткой.

– А ну-ка, немедля отвечать, кто здесь был!

Керсес открыл было рот, но тут же захлопнул его, чуть не прикусив язык.

– Молчите?!

Кнут просвистел в воздухе, оставив на лице Винсента вспухающий багровый след. «Не убьет, так покалечит», – пронеслось в голове у Беральда. Меч сам скользнул в руку, Раоми, противно хихикая, выбросил навстречу воину раскрытую правую ладонь и …

В ту же секунду старичок превратился в облачко едкого красноватого дыма, окутавшего лицо колдуна. Слова, готовые было сорваться с губ Раоми, так и остались непроизнесенными. Задыхаясь, чародей схватился за горло, прохрипел что-то совершенно невнятное и рухнул на пол.

– Беда-то какая, – старичок снова стоял рядом с Винсентом, – надо ж, как не повезло хозяину-то вашему. Принял Айригаль его душу. Прям, гляжу, сердце не выдержало, так он тебя, парень, испугался.

У Беральда были свои соображения по поводу причин смерти колдуна, но он счел за лучшее промолчать. Вечер превращался в неотвязный ночной кошмар: ливень, гость, гибель Раоми. Поди теперь найди человека, который захочет взять на службу наемника, погубившего своего хозяина…

Винсент провел рукой по лицу. Кровь… Боль в висках отступала, подкрадывался страх: если бы не старик, его могло бы уже и в живых не быть.

– Керс…

Переведя взгляд на напарника, Винсент с удивлением обнаружил, что тот сладко похрапывает, уронив голову на стол.

Старичок же, как ни в чем не бывало, продолжал тараторить:

– Эх, парень, вот чем доброта-то твоя обернулась…

– Ерунда, – отмахнулся Винсент. – Да я готов был целый талер поставить, что уж в такую-то ночь колдун точно из постели носа не высунет. Кто ж мог предвидеть…

– Как кто? – оскорбился старичок. – Тоже мне, квадратура круга! Да хоть я!

Ночной гость прошептал несколько слов, и в одно мгновение одежда на нем оказалась сухой и даже, как показалось Беральду, аккуратно выглаженной. А на шее, на простом черном шнурке, появилась блестящая фигурка филина. Похоже на жреческие медальоны, да только не слышал он о боге, который бы филином оборачивался…

– Склоняюсь перед вашей прозорливостью, мессир, – да не слишком ли много он на себя берет, этот старик?

– Вот так-то лучше, – то ли тот и вправду не заметил иронии, то ли решил, что сейчас не время выяснять отношения. – Слушай внимательно, повторять не стану. Есть у меня, парень, для тебя подарок. Обещал, что в накладе не останешься, а Снедшад слово свое держит. Посмотрим лишь, по нраву ли тебе мой дар, по силам ли.

Незнакомец полез за пазуху. Винсент удивленно следил за его рукой.

– Ну, что скажешь, парень?.. x x x

– И что, что он сказал?! – Макобер в нетерпении стукнул себя по колену.

Мессариец слушал Беральда уже в течение четверти часа и ни разу не перебил! Друзья с изумлением переглянулись: для Макобера это был подвиг, достойный того, чтобы его прославили в веках. А они-то, по простоте душевной, были уверены, что заставить его помолчать хотя бы пару минут способно лишь простенькое, но весьма эффективное заклятье, которое Айвен, по счастью, отыскал еще в прошлом году.

Зато теперь Макобера было уже не остановить.

– А там и вправду был подарок? Или обманул? Ну, не молчите же, граф, рассказывайте, рассказывайте!

– Вот я как раз и пытаюсь… – Сильвен был несколько ошарашен таким всплеском эмоций.

– Нет, погодите, дайте я сам отгадаю! Кошелек? Скучно, да его и сам каждый может… Титул? Полез за пазуху… Нет, отпадает. Айвен, ну что ты на меня так смотришь? Хочешь помочь, присоединяйся, видишь же, человек мучается. Несметные сокровища?