Ошибка Выжившего - Лемор

Круто.

Держа пистолетик в руке, я безумно захихикал, понимая, что эта веточка уже заочно закончилась не самым удачным образом. Нужно переиграть.

Продолжая хихикать, вновь поднял взгляд на тёплое солнышко. Клоун, превратившись в розовато-красную массу, зарычал и уже думал накинуться на меня, но…

Нет, не люблю, когда меня что-то сжирает.

Навёл, хихикая, под истеричные вопли детей игрушечный пистолет себе на лицо.

Реальность мигнула.

— …уже позвали к нам в гости дядю клоуна, Феликс. Он совсем скоро придёт. Ты же хочешь увидеть клоуна?

Вновь передо мной была мать меня-Феликса. Вновь я слышал это предложение.

Клоун ещё не пришёл к нам.

Не в моей власти было пока задавать ветвь, в которую я хотел бы прыгнуть, как и прыгнуть в какой-то определённый временной промежуток, но здесь нужна важная ремарка: я не был способен на это сознательно. Теоретически же, в рамках ветви, моё сознание могло прыгать по любым прошлым временным отрезкам.

После же прыжка в новую ветвь сила, кажется, взяла незаметно новый прыжок развития.

Мистер Стивенсон, моя вам благодарность. Желаю, чтобы в какой-нибудь из ветвей вас черти отодрали.

Я ненадолго задумался.

Откровенно говоря, в своих силах я не был уверен. Тихо всё провернуть, при нынешних моих кондициях и силах, было нереально. Тело с мозгами всё ещё ограничивало меня, недостаточно перестроилось и настроилось на всю потенциальную силу океана. Да и, тут нужно быть честным с самим собой, сам я никогда особыми «боевыми» навыками похвастаться не мог. Только потекшей крышей, но хвастаться тут, в общем-то, нечем.

А значит, нужна помощь.

Клин клином, как говорится.

— Мама, я хочу рисовать.

Можно сказать, я стал потихоньку принимать свои обязанности, как будущего атланта несуществующей и существующей в бесконечных вариациях древа организации.

Широко улыбнулся, чем, кажется, напугал маман.

Ко мне пришло вдохновение.

На месте Редди-Пинкла, я бы сжал покрепче красные булки.

Глава 7

Под удивлённые взгляды некоторых гостей, я улыбался. Не как конченный психопат, безумный маньяк или профессиональный игрок в шутеры, а как обычный ребёнок, занимающийся чем-то весёлым и интересным. Безумно довольный, я, едва-едва сжимая в кисти чёрный фломастер, вырисовывал линию за линией, кляксу за кляксой, то и дело помогая себе психической энергией.

За последние полтора года я практически ничего не рисовал. Как ни странно, карапузам тяжело ещё дается мелкая моторика. Помогать же психической энергией я себе не хотел, опасаясь создать лишние волны, которые могли бы дать теням теней от тени друзей слишком большое «горлышко» для входа.

Как можно понять, в данной ситуации мне нужно было как раз обратное.

Намного проще будет договориться с тенью тени от тени, чем с той ущербной красно-розовой хренью. Вероятно, с ними и договариваться не нужно будет: они, в конце концов, крайне сознательные надличности. В конце концов, с моими дружбанами меня связывает не только тёплое общение в холодном и одиноком океане чудовищ, но и ЗНАНИЕ про них. Дружбанам же было важно, чтобы про них знали и помнили. Ну и не сходили окончательно с ума желательно, да.

Вокруг меня появились невидимые обычному взгляду волны. Чёрная клякса на белом листе на глазах принимала объем, рисунок будто сам стал дорисовываться и шлифоваться. Пусть я и нарисовал странную каракулю, которую тяжело было назвать иначе, чем простая мешанина из чёрных клякс, линий и точек, некоторые из которых подозрительно напоминали руки с изогнутыми пальцами, сделано это было осознанно и с должной любовью. Со ЗНАНИЕМ того, что и кого я пытался передать.

Рисунок в моих руках поплыл, начав напоминать что-то совсем непонятное и беспорядочное. Рябь в физическом мире стала ещё сильнее.

А солнышко-то напекало…

Я настолько увлёкся, что не заметил, как ко мне вновь подошёл чёрный пацан. Как ни странно, я забыл про его существование в тот момент, как он от меня со слезами на глазах убежал, не оценив безобидной шутки дяди Феликса.

— П-привет… Т-ты Ф-ф-ф-ф-ф-феликс?

Удивлённо приоткрыв рот, отвлёкся от искажающей материю каракули на пацана. Уже думал было его прогнать, как на секунду задумался, как мне вообще познакомить клоуна с моим дружбаном. Желательно, чтобы родители и все остальные в принципе не видели его и не поддавались какому-либо влиянию. Значит, мне нужно будет пойти на перехват. Но никто не даст трёхлетнему ребёнку куда-то уйти.

Если его не заменит кто-то.

— Да, — дружелюбно улыбнулся я. — А ты хочешь недолго побыть мной?

Пацан по какой-то непонятной причине затрясся ещё сильнее.

— Я… я не п-п-п-п-п-п-понял…

Закатил глаза. Кажется, это скорее попытки в битбокс, чем реп. Никогда не был фанатом ни того, ни другого.

— Сейчас поймёшь, — заверил своим раздражающим писклявым детским голоском, кое-как встав со своего детского стульчика. — Как тебя зовут?

— Д-джо…

— О? — делано удивился я. — Мне нравится это имя, так моего друга звали.

Парень несмело улыбнулся.

Я продолжил:

— Пока его тело не превратил в ничто луч из космоса вместе со всей планетой.

Улыбка пропала с лица чёрного паренька. Не давая ему опомниться, повёл его к своему стульчику, усадив на него. К счастью, маман сразу принесла мне пачку бумаги, так что я тут же отдал свой фломастер Джо.

— А теперь… — я ненадолго прислушался к метафизической ряби. — Рисуй, Феликс-Джо.

По пространству прошла ещё более явная рябь. Кинутый в океан камень теперь был заметно больше и заметнее — даже для тех, кто изначально не видел, как я его «бросал». В голову будто кто-то иглу засадил, я поморщился, вытерев проступившую из носа кровь. Никаких, к счастью, кровоизлияний. Реальность бы уже мигнула, ага. Просто капилляры не выдержали.

Я и так с трёхлетним телом буквально невозможную херню вытворяю.

Впрочем, главное, что мне удалось добиться нужного эффекта: на месте Джо теперь сидела моя точная копия. Плавающая, искажающаяся, она с интересом имитировала бурную деятельность.

— В Атлантиде с меня бы шкуру уже сняли за такие вмешательства в жизни простых людей, — хихикнул я.

А теперь — Атлантиды не было, и мне никто не мог надавать по шапке. Уже чувствую свою безнаказанность. Приятное чувство.

Разве что, в этом мире были менее масштабные конторы по отлову всякой нечисти. Правда, сомневаюсь, что они будут настолько могущественными и всезнающими, как это было с Атлантидой. В конце концов, ей заправлял многомерный ублюдок, и этим всё сказано.

Теперь же мне самому нужно было стать этим многомерным ублюдком. Почти, во всяком случае.

Вздохнув, молча,