Между долгом и честью - Алиса Волкова

— А у тебя в крови безрассудство? — Вперед выступил Элайджа. — Нас трое, а ты один. И явно магией в крови похвастаться не можешь.

Джеймс сделал еле уловимое движение и оказался за спиной Андриэля. Тот лишь улыбнулся, прислушиваясь. Парень точно находился здесь не один, но место для засады слишком странное. Ущелье узкое, даже если они и окружат путников, то все равно придется сражаться один на один.

— А кто сказал, что он один? — за спиной послышался насмешливый женский голос. — И я точно могу похвастаться магией в крови.

Андриэль едва успел среагировать, выставив перед Джеймсом щит, о который вдребезги разбились несколько ледяных сосулек. Краем глаза он заметил, как Элайджа кинулся вперед, парируя удары черноволосого юноши. Тот оказался быстрым и ловким, крутился вокруг своей оси, подныривал под руку Элайджи, стараясь зайти со спины и напасть на Андриэля, но тут он уже столкнулся с мечом Джеймса. Впрочем, узость ущелья здесь играла не в их пользу, поскольку места для маневра оказалось мало. Джеймс явно пытался контролировать соперника, а также не упускать из вида и Андриэля.

— Ты можешь ей что-то сделать? — выкрикнул Джеймс, отбив очередной удар и отбросив соперника в сторону Элайджи.

Только отбив удар Джеймса — он уже наносил новый Элайдже, парировал, ускользал, лавировал. Андриэль был готов поклясться всеми чертовыми богами, что магия дарила ему удачу. Девушка, судя по всему, кроме боевой и защитной магии умела наколдовывать удачу. Иначе это невозможно объяснить. Андриэль усилил щит, посылая мысленные приказы отступить. Но столкнулся с непреодолимым барьером в сознании обоих противников.

— Она сильна. А моя магия сейчас работает на зельях. Я проигрываю, — ответил Андриэль.

Джеймс понимающе кивнул и, отвлекшись всего на секунду, пропустил удар. Андриэль с ужасом смотрел, как рубаха на боку Джеймса пропитывается кровью. Тот прижал одну руку к ране, и сделал очередной выпад в сторону соперника.

— Отступи. — Элайджа исхитрился, проскочил под рукой противника и прикрыл спиной Джеймса и Андриэля.

Парнишка лишь усмехнулся и принялся наступать. Удача, сила, магия — все сейчас было на его стороне, хотя опыт Элайджи пока позволял ему держаться.

— Только не говори, что здесь мы и сдохнем. Это малоприятное место, — произнес Джеймс и привалился спиной к удерживаемому Андриэлем щиту.

— Я не боевой маг — я не могу причинить ей никакого вреда. У нее сильная ментальная защита, — ответил он, глядя на рану Джеймса.

Страх, паника, ужас… Все это билось в сознании Андриэля, он не мог сконцентрироваться, пытался обойти барьеры, но раз за разом терпел неудачу. Женский ехидный смех снова и снова вспыхивал в его сознании. Она смеялась над ним. Девчонка побеждала его с легкостью. Так, словно он и не был потомком великого рода. Вайты… Сильные, несгибаемые, достигшие того, о чем могли только мечтать другие. Заставившие уважать, ценить магов. Давшие им свободу.

— Не имя делает нас великими, а поступки, — Рикас слабо улыбнулся, — неужели ты думаешь, что получишь все только потому, что ты Вайт?

— Но они восхищаются тобой, — ответил Андриэль, кивнув на людей, собравшихся на бал в их доме.

Женщины смотрели с восторгом, мужчины со смесью страха и уважения. Любой из них хотел бы быть на месте Рикаса. Любой отдал бы все за гордую фамилию Вайт. На Андриэля смотрели так же его сверстники. Молоденькие девушки ахали, а юноши стремились завести с ним дружбу. Потому что он Вайт.

— Они чувствуют силу. Но стоит только дать слабину, они растерзают меня, как свора голодных собак. Ты — Вайт, Андриэль! Это дает тебе преимущества, но только твоя сила даст тебе власть.

Страх… Слабость…

— Я недостоин. Я подвел тебя, Рикас, — тихий шепот сорвался с губ Андриэля, когда он почувствовал, что щит разрушается. Ледяная буря буквально навалилась на него, пробивая, ломая осколками льда и порывами холодного ветра. Рикас всегда ненавидел холод. Он был боевым магом, но стихию выбрал себе сам.

— Я хочу гордиться тобой. Хочу, чтобы родители гордились. Где бы они ни были.

— Я смогу. Смогу…

Барьеры трещали по швам.

— Однажды ты будешь готов. Однажды ты будешь достоин своей силы. Ничто не дается просто так.

Слова Рикаса сами по себе всплывали в сознании. Андриэль бросил еще один взгляд на Джеймса, тот пытался поднять меч и броситься на помощь Элайдже. Того вовсю оттесняли. Было видно, что отбивать удары становилось все сложнее и сложнее. Соперник выматывал Элайджу.

Они спасли его. Он заставил их рискнуть всем и сейчас не мог помочь. Не мог защитить.

Ярость вихрем поднялась внутри Андриэля, захватывая разум. Он не мог позволить всему закончиться так. Он не мог сгинуть в пустынных землях среди запаха смерти и запустения. Не таким должен быть конец у двух благородных рыцарей, которые всего лишь хотели сделать этот мир лучше. Не таким. Не так.

Это несправедливо. От рук какой-то девчонки.

Крик сорвался с губ Андриэля, когда он почувствовал, что плотину прорвало. Барьеры рухнули, магия вихрем вырвалась наружу, сметая все на своем пути.

— Только не их, — промелькнула мысль в сознании Андриэля.

А следом волна невиданной мощи вырвалась из его тела в разные стороны. Ехидная улыбка на губах девушки померкла, а следом обоих соперников отбросило в стороны. Девушка и парень одновременно ударились о скалы и упали на землю с пробитыми головами. Джеймс осел на землю, прислонился к скале и крепче прижал руку к боку. Элайджа так и остался стоять с занесенным для удара мечом. Андриэль упал на колени, чувствуя, как новая сила заполняет его тело, струится по венам.

Он смог. Он сумел.

* * *

Боль, казалось, отступила, исчезла из сознания, когда еле ощутимая волна словно прошла через него. Через него она просто прошла, а вот парня впечатала в скалу. Нет, смерть Джеймс видеть привык. Но такую смерть! Парня швырнуло со всей силы. Что-то невидимое. То, что на его собственной коже ощутилось еле заметным ветерком. Это поражало, пугало и лишало способности мыслить здраво, поэтому боль словно и вовсе ушла. Он глянул на Андриэля. Тот стоял на коленях, на лице его блуждала улыбка. Сейчас он походил на безумца, сбежавшего из лечебницы. Те блаженные уверяют, что способны говорить с богами. Сейчас Андриэль походил на них. Страх, безумный, цепкий когтями впился в душу Джеймса. Всего лишь силой мысли — этот хрупкий, слабый и беззащитный парень только что убил двух человек,