Детективное агентство "Волшебное рядом" книга первая - Сергей Геннадьевич Лысков

бедных человечков. Но там животный инстинкт, что взять со зверя? Он не контролирует свою силу. А в шатре всё по‑другому, существует выверенная формула, чуть больше – и клиент потерял сознание, чуть меньше – началась истерика, как с этим тощим. С людьми всегда сложно, пойми, никто не придет на повторный сеанс, если я буду просто опаивать и забирать пыльцу, изюминка шатра счастья в балансе магии. Дать ровно столько, чтобы разум начал различать волшебное. Вот где искусство и мастерство, а потом нужно дать наживку. Что самое ценное для людей? Правильно, связь поколений. Простое общение с тем, что утеряно, настолько важно для них, что перезапускает всю систему. Они даже начинают регенерировать пыльцу. Не все, вероятно, только полукровки, но это всё детали. Главное, что они возвращаются не пустые, а доверху наполненные волшебством.

– А зачем так сложно? Мне казалось, их тянет сущность Ра, – усмехнулся Стив.

– И это тоже, – гневно рявкнул эльф. – Но в большей степени желание поговорить с умершими. Так что передай своему дяде, вода ушла на поиск идеальной формулы.

– Передам.

– Хотя нет, ничего не говори, – почесав лысину, заявил лилипут. – Заключим непреложный контракт. Род Лемм возьмет в аренду кувшин Ра лет на десять или двадцать и будем спокойно работать.

– Плохая идея, дядя не одобрит. Да и кувшин в розыске, магия золота не даст совершить сделку.

– Заладил: «дядя, дядя». Адольф Куффер тебе не родственник, – гневно процедил эльф. – Он помог тебе вырасти, но и только. В тебе течет кровь великого рода, ты над людьми, ты часть темной магии.

– А толку, – рассмеялся Стив. – В современных реалиях звания и титулы ничего не значат.

– Не соглашусь, все осталось в силе, – сделал глоток пива Дез и тут же удивленно добавил: – А с чего ты взял, что золото не даст провести сделку?

– Потому что кувшин в розыске, сам же пугаешь приказным листом.

– И что с того? Оссори не его создатель, просто владелец, – рассмеялся эльф. – Такие артефакты никому не принадлежат, их творцы – уже пыль под нашими ногами, – ответил Дезмонд и положил на стол три монетовидные болванки из золота. – Смело доставай кожу, заодно и проверим, что скажет магия золота по этому поводу.

Играя желваками, Стив окунул указательный палец в остатки алой жижи, вены на руке наполнились кровью, палец почернел и вытянулся, ноготь заострился, став когтем зверя.

«Торо‑мэне‑сон‑дэга, торо‑мэне‑сон‑дэга», – монотонно заговорил он, собирая в круг на радужке глаза все волшебное, что было в лилипуте. И как только из глаз Боба тонкой струйкой потекла кровь, он резко замолчал, взяв в руку заготовленную болванку. Возникло ощущение, что волшебная энергия сама управляет его кистью, указательный палец чертил круг по линиям зрачка, а большой палец царапал что‑то на монете. Каждое новое движение когтя меняло цвет металла, золото обретало лиловый оттенок, а царапины – контуры рисунка. Наконец в завитках проступили едва различимые очертания подснежника и лавра. Еще один виток вокруг зрачка, и на обратной стороне монеты проявился кувшин с узким горлышком в окружении непонятных символов. Стив взял еще одну заготовку, и в этот раз рисунок проявился быстрее. Затем еще одну, и как только та стала монетой, Боб резко отдернул голову.

– А ты боялся… – не открывая глаз, съязвил Боб. – Монеты не тронь, как только брат заберет у Куффера кувшин, получишь все три, как и прописано в договоре.

– Опасную игру затеял, Дез, – ответил Стив. – Куффер хоть и стар, но хитер.

– Не волнуйся, мой темный друг, – похлопав Стива по плечу, сказал Боб. – В этот раз все будет по‑другому.

– Чтобы было все по‑другому, научи брата ценить человеческую жизнь, – с укором заметил Стив. – И научись ладить с людьми. Хотим мы этого или нет, но они – будущее этого мира, сила в них, а не в нас.

– Чушь!

– Вот та парочка… Ты в курсе, что тот тощий скандалист – журналист местной газеты, и он с владельцем парка строит планы о разгромной статье, – растирая между пальцами золотую крупинку, заметил он.

– И что это им даст? – Эльф взял салфетку, сделал из неё конверт. – Пропитай его пыльцой, есть одна идейка, как спутать им планы.

Начертив нечто схожее с символами на столе, только в миниатюре, Стив убрал руки от салфетки. Краска стала впитываться, добавляя к белому едва уловимый алый оттенок. Невероятно, но конверт стал преображаться на глазах: разгладились вмятины, края стали ровными, и вот уже на столе лежит не сделанная на скорую руку поделка, а презентабельное изделие из типографии.

– Только деньги положи настоящие, – предостерег Стив, на что Грукка достал из кармана двадцатидолларовые купюры. – В таких вещах нельзя быть жадным, магия слаба, долго не продержится, а деньги останутся.

– Не учи, – раздраженно ответил Дезмонд и встал из‑за стола.

– И еще, Дезмонд, – окрикнул его Стив. – Поторопи повара, я голоден.

– Узнаю лепрекона, – ответил эльф и подозвал официанта.

Как только задуманное было сделано, лилипут забрал заказ и, предвкушая трапезу, поставил на стол разнос с двумя королевскими гамбургерами, аккуратно разрезанными на порции. Было даже видно, как едва уловимый дымок поднимается от горячей говяжьей котлеты, пропитанной соусом и соком маринованных огурчиков, бекон хрустел при нажиме, а жареное яйцо гордо возвышалось над мясом, от одного вида бежали слюнки. Боб взял в руки половинку гамбургера и смачно откусил все слои вкусняшки, Стив, недолго думая, сделал то же самое. Не церемонясь, они с жадностью заглотили каждый по парочке фунтов мяса, а после запили все пивом.

– За золото! – звонко чокнувшись бокалом о бокал, выдал тост лилипут.

– За черное золото, – добавил Стив и осушил свой до дна.

Когда еда и пиво закончились, Стив оставил несколько слитков, покрытых черной пятиной, за партию пыльцы для обращения в металл, а после предусмотрительно размазал начертанные на столе символы. Барьер развеялся, и официанты наконец увидели грязную посуду. Вечер удался.

Справедливости ради, не все остались довольными, у владельца бара случился приступ гнева, когда тот понял, что упустил местную знаменитость, оставшись без фотографии для «стены гордости», а в целом все, что было задумано, случилось. Вернувшись поздно ночью, лилипут старался не шуметь, аккуратно отрыл дверь, вынув из кармана пузырьки с темной