Можно, я попробую еще раз?! - Игорь Минаков

На далекой планете был открыт зоопарк жертв телепортации…

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ МАГИЧЕСКОЙ НАУКИ

Странно было бы думать, что профессора в Школе занимались только тем, что преподавали магическую науку нерадивым студентам. Занятие это хотя и может развлечь волшебника, но уж никак не способно стать единственным смыслом в его многогранной жизни: Поэтому второй, и не менее важной целью Школы было углубление в таинства магической науки, изучение существующих заклинаний и придумывание новых.

Всем известно, что практически все, что способен вообразить человеческий разум, может быть воплощено в жизнь. Поэтому любое колдовство и чародейство, если его можно представить, в принципе может быть выполнено. Маленькая неувязка состоит в том, что не всегда известно, как это может быть сделано.

Общая схема понятна: каждый волшебник обладает магической силой. Изначально это дар, поэтому только люди с задатками мага могут заниматься волшебством. С течением времени с помощью специальных упражнений и тренировок уровень волшебной мощи повышается. Каждое заклинание требует высокой степени концентрации, когда накопленная энергия импульсом выбрасывается в мир, творя новое колдовство. Способом концентрации энергии является формула заклинания — определенная последовательность слов, связанная общим ритмом звучания и отражающая суть колдовства.

Но придумать для конкретного заклинания нужную последовательность слов — дело нелегкое, требующее чутья, таланта, вдохновения и, конечно же, терпения и настойчивости. Иногда ошибка в одном только слове может привести к диаметрально противоположным результатам. Чем проще заклинание, тем оно короче, — самые простые состоят из нескольких слогов, в то время как наиболее сложные иногда напоминают поэму.

На силу заклинания влияет уровень самого мага: чем он выше, тем мощнее будет результат воздействия. Но итог также может зависеть и от степени концентрации чародея, и от имеющейся у него в данный момент магической энергии (и от многих других обстоятельств, включая рельеф местности и расположение звезд). Этим и объясняется, почему сложные чары недоступны неопытным: силенок не хватает (к тому же обычно начинающий чародей путается в тонкостях и деталях, а именно они определят окончательный исход). И благодаря этому же закону маг не способен бездумно швыряться заклинаниями, как только подобная блажь придет ему голову: запасы энергии его не безграничны. Собственно поэтому поединок начинающих больше похож на драку неумелых боксеров в середине последнего раунда — пот ручьями, грозный оскал, пара слабеньких неточных ударов — соперники виснут друг на дружке, набираясь сил, в то время как опытные волшебники в магической дуэли скорее напоминают шахматистов с продуманными ходами, резкими контратаками, блестящими комбинациями и неожиданным финалом, — а что вы думали, спортивные зрелища в Гертале очень любят и ценят.

Концентрация усилий штука нелегкая, и иногда из-за нее приходится идти на жертвы. Кто-то, чтобы сосредоточиться, дергает себя за ухо или судорожно потирает ладони, другой насвистывает или вертит украшенный резьбой посох, третий не способен собраться с мыслями без прикосновения к полям шляпы.

Именно ради повышения мощи и дальнейшей славы Магии вопросы изобретения новых заклинаний и самых действенных способов применения существующих занимают умы элиты волшебства и чародейства.

Каких только теорий не было выдвинуто за годы существования Школы. И знаменитая недоказанная гипотеза о том, что все заклинания в мире являются лишь составляющими единого Великого Заклинания, и о невозможности предсказания погоды как не подверженной магической науке (вот ведь странная штука — управлять можно, а предсказать — никак), и даже очень популярная присказка, что чем больше режут слух слова заклинания, тем надежнее его эффект.

Теория о пристрастии к той или иной магической области в зависимости от возраста мага хотя и была доказана на практике, все еще вызывала беспрестанные возражения.