Пронзая тьму - Фрэнк Перетти

– Сядьте сейчас же! Сядьте за стол!

– Я хочу к папе! – закричал Джошуа.

– Папочка! – сумела только проговорить Руфь, протягивая к Тому руки.

Он не мог обнять детей. Он не мог дотронуться до них. Он мог только плакать.

– Сядьте, милые. Делайте, как говорит миссис Бледсоу. Руфь начала всхлипывать, с трудом сдерживая рыдания.

– Папочка…

– Я люблю тебя, Руфь! Папа любит вас. Ну давайте же, сядьте. Все будет в порядке.

Ирэн Бледсоу крепко взяла детей за руки и отвела на место.

– Мистер Харрис, вы можете сесть на этот стул напротив детей. И не забывайте, о чем мы с вами говорили внизу.

«Мы ни о чем не говорили, – подумал Том. – Вы отдавали распоряжения, а я сидел и слушал».

Он медленно отодвинул стул и сел. Не желая тратить время на слезы, он попытался успокоиться, вытащил из кармана носовой платок и снова вытер глаза.

– Ну как вы, ребятки?

– Я хочу домой, папочка, – проговорила Руфь, все еще всхлипывая.

Джошуа старался держаться мужественно и тоже вытер глаза.

– Мы скучаем по тебе.

– Миссис Бледсоу хорошо заботится о вас? На этот вопрос ответила миссис Бледсоу:

– Ваши дети находится в очень хороших руках, мистер Харрис. И думаю, это первый и последний вопрос такого рода.

Том бросил на нее яростный взгляд. Он не мог скрыть свой гнев.

– Тогда мне хотелось бы по окончании свидания задать несколько вопросов вам.

Она улыбнулась, стараясь оставаться любезной в присутствии детей.

– Мы обсудим это позже.

Том с первого взгляда заметил шишку на лбу Руфи. Теперь он получил возможность спросить:

– Что у тебя с головой, Руфь?

Бледсоу резко вмешалась в разговор, даже немножко приподнявшись со стула.

– Это не подлежит обсуждению! Уверена, вы понимаете!

– Я ударилась в машине, – сказала Руфь.

– Руфь! Прекрати разговоры на эту тему, или я уведу тебя отсюда!

Девочка начала плакать – теперь от бессильного гнева.

– Но почему?

– Все в порядке, Руфь, – сказал Том. – Мы не должны говорить об этом. – Он перевел взгляд на Джошуа. – Ну и чем… э-э… вы занимаетесь тут, ребята?

Джошуа чувствовал себя совершенно несчастным и не пытался скрыть этого.

– Ничем. Сидим и смотрим телевизор. Том очень огорчился, но не показал виду.

– О, миссис Бледсоу разрешает вам смотреть телевизор?

– Нет, миссис Хенли разрешает… Надзирательница мгновенно встрепенулась.

– Джошуа, мы не имеем права говорить о наших воспитателях. Это секрет.

Том попытался снова перевести разговор в безопасное русло.

– Ну… а как насчет чтения? Вы читаете какие-нибудь хорошие книги?

– Нет, – сказала Руфь.

– У них тут есть компьютерные игры, – подал голос Джошуа. – Довольно забавные.

– А… тут есть другие дети, с кем можно поиграть? – Том внутренне сжался, задавая этот вопрос, но Бледсоу не стала возражать.

– Да. Один мальчик по имени Тедди, и еще один – Люк Но они мне не нравятся.

– О…

– Они старше и дразнят нас.

– Дразнят?

– Ну да. Толкаются и говорят плохие слова. Они не христиане.

Руфь поджала губы и сказала:

– Люк меня обзывает.

– О, Руфь, это очень плохо. Ты пыталась подружиться с ним?

Глаза девочки снова наполнились слезами.

– Я хочу домой!

– Я тоже этого хочу.

Тук-тук-тук. Ирэн Бледсоу предостерегающе постучала пальцем по столу и угрожающе посмотрела на Тома.

Вероятно, Джошуа заметил этот знак. Он был наблюдательным парнишкой.

– Руфь ударилась головой о дверцу машины.

– А ну-ка прекрати! – вмешалась Бледсоу. Том взглянул на женщину, стараясь сохранять спокойное выражение лица.

– Какой машины, миссис Бледсоу?

Миссис Бледсоу приподняла брови и чуть наклонила голову вперед – с самым снисходительным видом.

– Мистер Харрис, мы давно поняли, что дети обычно сочиняют самые нелепые истории, чтобы выгородить родителей.

Том понял, что она имела в виду. Он постарался – огромным, просто невероятным усилием – сохранять спокойствие и благожелательность.

– И какую же историю сочинили Руфь и Джошуа, миссис Бледсоу?

Она вздернула подбородок и, казалось, посмотрела на Тома сверху вниз.

– Мистер Харрис, я понимаю, насколько вас должна тревожить эта рана на голове Руфи. Но вы сами знаете о ее происхождении, равно как и мы. Я уверена, что спустя некоторое время, когда дети избавятся от своих страхов и обвыкнутся в новых условиях, они смогут рассказать нам всю правду. На этом, полагаю, мы закончим свидание. – Она поднялась с места. – Дети, попрощайтесь с отцом.

– Мы же только что пришли! – сказал Джошуа.

– Я не хочу уходить! – личико Руфи жалобно скривилось.

– Дети, мы уходим! – отрезала миссис Бледсоу.

– Одну минутку! – сказал Том. Свидание все равно закончилось, и он решил попытать счастья. – Джошуа, продолжай. Расскажи, откуда у Руфи эта шишка на лбу?

– Мы чуть не попали в аварию…

– Джон! – взвизгнула миссис Бледсоу.

Охранник зашел в помещение, просто давая знать о своем присутствии. Том не хотел новых неприятностей, поэтому не двинулся с места.

Бледсоу схватила детей за руки.

– Мистер Харрис, я предупреждала вас, чтобы вы держали себя в руках. И можете быть уверены: я напишу в рапорте о вашем поведении!

– Что именно в моем поведении вам не понравилось? То, что я грыз ножку стула, или то, что повыбивал все стекла в окнах?

Бледсоу потащила детей к выходу. Том вскочил на ноги, готовый броситься на помощь, но охранник преградил ему путь – точно так же преграждал ему путь Маллиган неделю назад. Все повторялось снова, прямо на глазах Тома. Миссис Бледсоу опять тащила плачущих Руфь и Джошуа за руки, опять уводила их от него. Она уже приблизилась к двери. Том хотел помешать ей, догнать и остановить ее.

Но не мог. Он мог лишь смотреть на происходящее.

– Какая авария, Джошуа? – спросил он.

– Дети, идемте! – прокричала Бледсоу, вытаскивая их в приемную.