Посланник - Александр Прозоров

— Тебе лишь бы власть прибрать.

— Вранье! — вырвалось у Мерлью. Девушка опять повернулась к правителю, но заговорила куда серьезнее: — Ну, а случись что с тобой на самом деле? Весь мир пропадать должен? Трава не расти, солнце не свети, люди не живи? Да, я хотела поддержать порядок! Ну и что?

— Ничего. Непонятно только, почему для этого нужно высылать из города мою охрану, рыться в моих вещах и менять караул на детском острове!

— Гвардейцев на остров я направила потому, что смертоносцы оттуда куда-то исчезли, а твои стражницы, о великий Посланник Богини, никого без тебя не слушались; дома у тебя я искала план библиотеки, в который ты намеревался внести исправления; а стражниц собиралась направить в поля вместе с гвардейцами. Там сейчас пауков тоже нет ни одного. А еще, — с явной обидой закончила принцесса, — я хотела сказать тебе, что рада твоему возвращению, что готова вообще никогда не иметь короны, лишь бы с тобой все было в порядке. Извини, что потревожила, Посланник Богини.

— Постой, не уходи. — На этот раз Найл попытался поймать девушку за руку, но Мерлью не далась, отступила.

— Рада, что ты здоров, Посланник. Пойду прикажу гвардейцам покинуть детский остров, раз ты из-за этого так беспокоишься.

— Не нужно. Теперь это не имеет значения…

Последней фразой Найл надеялся разбудить в принцессе любопытство, но Мерлью и бровью не повела. Лишь с покорностью поклонилась:

— Как прикажете, Посланник Богини.

Скрипнула дверь, в комнату заглянула Нефтис. Стражница одарила принцессу долгим неприязненным взглядом, потом повернулась к Найлу:

— Там пришел Доггинз, господин мой, он просит разрешения поговорить с вами.

— Доггинз? Из квартала жуков? — удивленно подняла брови Мерлью.

— Да, господин мой, — поклонилась начальница охраны правителю.

— Проводи его в зал для приемов, — распорядился Найл и повернулся к принцессе.

На лице девушки отражалась мучительная внутренняя борьба: с одной стороны, она действительно обиделась, с другой…

Когда три месяца назад смертоносцы обвинили двуногих в убийстве четырех пауков, слуги жуков открестились от всякого родства с остальными людьми и с тех пор никак не общались с Посланником Богини, чувствуя его презрение. Такое отношение Найла вполне разделяли все, кто знал о происшедшем во дворце Смертоносца-Повелителя. Если Доггинз, признанный вожак среди слуг жуков, явился к правителю города, значит, и впрямь случилось нечто из ряда вон…

— Мерлью, — совершенно серьезно попросил правитель, — для города начинается трудное время, и мне очень нужна твоя помощь. Останься рядом со мной, пожалуйста.

— Хорошо, — милостиво кивнула принцесса, получившая возможность удовлетворить любопытство, и царственно протянула Найлу руку.

Он осторожно коснулся губами тыльной стороны ладони, потом рассмеялся и порывисто привлек Мер лью к себе.

— Ты просто невероятно красива, — прошептал он девушке на ушко.

— Я так обрадовалась, что ты вернулся, — так же шепотом ответила Мерлью, — а ты… Даже не поздоровался.

— Мне тебя очень не хватало. Я вспоминал тебя. Честное слово!

— Я чуть не заплакала, когда сказали… что тебя убили…

— Ну, я же вернулся. — Найл тряхнул головой. — Ладно. Пойдем.

— Найл, — остановила правителя принцесса, — я просто думала, что теперь уже… Я совсем не хотела отнимать у тебя власть над городом. Просто…

— Да хотела, хотела, — добродушно усмехнулся Найл. — Ничего страшного, я уже привык. Пойдем.

* * *

Доггинз явно нервничал. Ему не по душе было навязанное поручение, и он мялся, стараясь не встречаться глазами ни с Посланником Богини, ни с принцессой. От прежнего, уверенного в себе, жизнерадостного, широкоплечего мастера-пиротехника не осталось и следа. После разрыва отношений с правителем слуга бомбардиров даже вроде как съежился, меньше ростом стал, что ли.

— Что привело тебя в мой дом, жук?

Посетитель вздрогнул. Любопытно! Год назад, когда в награду за особенно эффектный взрыв жуки-бомбардиры дружно признали его равным себе, Доггинз был рад без меры, а сейчас вот вздрагивает, опасливо косясь на принцессу.

— Так в чем дело?

— Понимаешь, Посланник Богини, э-э… — Бывший мастер опять покосился на девушку, явно намекая, что она лишняя.

Найл отступил к Мерлью, обнял ее за плечи и крепко прижал к себе. Доггинз все понял, вздохнул и осторожно начал:

— Хозяин приглашает тебя к себе, Посланник Богини.

— Мне некогда, — пожал плечами Найл.

— Ты неправильно понял, Посланник Богини. — Представитель Хозяина опять покосился на принцессу. — Он приглашает тебя насовсем.

— Насовсем?

— Да, насовсем. Хозяин приглашает тебя переехать в квартал жуков.

Найл почувствовал, как вздрогнули под рукой плечи девушки, однако принцесса сдержалась. Интересно, какие мысли роились сейчас в ее прелестной головке? Но в свое время правитель обещал никогда не залезать в ее разум и слово свое собирался сдержать.

— Думаю, — решил добавить Доггинз, — Хозяин позволит принцессе Мерлью переехать вместе с тобой.

— Значит, Хозяин уже начинает решать, с кем мне жить? — зловеще поинтересовался правитель города.

— Нет-нет, — забеспокоился гость, — он ничего подобного не предлагал. Это я. То есть я подумал, что, может быть… ты захочешь…

— А мнение принцессы Мерлью тебя не интересует?

— Разве она захочет опять стать рабыней?

— Я никогда не была рабыней! — гордо отрезала девушка, сбрасывая с плеча руку Найла. — Никогда!

В чем-то она была права. Ведь год назад, когда ее привели в город бесправной пленницей, Смертоносец-Повелитель сохранил за девушкой звание принцессы и вместе с отцом поселил во дворце. Правда, отдельные распоряжения — например, соблазнить Найла и убедить его стать правителем людей — казались весьма двусмысленными, так что Мерлью очень болезненно воспринимала любые напоминания о том периоде своей жизни.

— Забота о принцессе весьма похвальна, она очень много сделала для всех обитателей города. — Найл с интересом склонил набок голову. — Но как же Симеон? Он тоже потрудился немало.

— Я поговорю о нем с Хозяином, — пообещал слуга жуков.

— А о Нефтис? А о Джарите? О Корбине? Савитре? Сидонии? Дионе? — начал перечислять правитель города имена известных ему людей.

— Но ты же не сможешь забрать с собою всех! — взмолился Доггинз.

Найлу показалась, что совсем недавно он уже слышал эти слова.

— Подумай, Посланник Богини, ведь это всего лишь рабы! Они родились рабами, выросли рабами, рабами и останутся, — продолжал уговаривать слуга бомбардиров. — Ну, подумаешь, придут другие хозяева… Для них не изменится ничего.