Демоны Юга - Артем Каменистый

Наконец, он нарушил тишину:

— Не могу сказать ничего принципиально нового. Работа, без сомнения, очень старая, но видны следы куда более новых вмешательств. Думаю, оправа была повреждена, ее починили без оглядки на исходную форму, отсюда и пара несообразностей. Вот только в этом амулете оправа не играет ни малейшей роли. Главное — камень, все остальное не более чем наносная шелуха.

— Я никогда не видела таких камней, — впервые отозвалась Ойя.

— Я тоже, — кивнул Айш. — Но слухи о том, что есть камни, маскирующиеся под черный, но на деле являющиеся совершенно другими, слышать приходилось.

— Этот камень не черный, — возразил я. — Он скорее зеленый.

— Дело тут не в том цвете, что ты видишь. Есть общепринятая классификация камней-артефактов, и все они делятся на две главные группы: черные и белые. Но это разделение вовсе не по цветам, а по эффектам. Камни черного цвета и белого тоже есть, и они стоят особняком, получив собственные названия: теневик и альбит. Правда, некоторые так и называют по старинке: черные и белые, отчего иногда возникает путаница. Первые честный маг использовать не может, они не дадут прибавку к запасу сил. Вот как этот: при беглом осмотре складывается впечатление, что его можно смело относить к черным как по темно-зеленому, почти черному цвету, так и некоторым другим внешним признакам. Какой-нибудь несведущий некромант мог бы отвалить за него целое состояние. И прогадал бы очень сильно, потому что ничего черного в камне нет, он как бы выдает себя под то, чем не является. Но и белым его не назовешь. Он не черный и не белый, он совершенно другой. Его вообще невозможно ни к чему причислить. Среди нас, к сожалению, нет специалистов в этом вопросе, но даже если бы был, вряд ли сумел сказать больше. Этот камень — та еще загадка. Таких вообще нет в общепринятой классификации. Возможно, он единственный в своем роде. Или даже вообще не относится к нашему миру. Леон, откуда он у тебя? Только не говори опять, что нашел, даже маленькие дети в такое не поверят.

— Ну, как бы не совсем нашел…

— Говори как есть, и, если можно, покороче.

— Если совсем коротко: я его украл.

— Где именно украл?

— В моем мире.

— Там есть другие камни? Похожие на этот?

— Не знаю. Я их не видел. И никогда не слышал о таких. И магов тоже не видел. У нас они только в сказках, ну, и шарлатаны с фокусами выдают себя за них.

— Кайра говорит, что этот камень выбрал тебя своим хозяином.

— Да? А я вот почему-то чувствую себя в этой паре подчиненным. Из-за того что я не ублажал этот темно-зеленый булыжник, он наслал на меня сорок смертельных болезней.

— Не сорок, — мгновенно встрепенулась Кайра.

— Количество тут не принципиально.

— Ты слишком долго держал его при себе. Думаю, дело может быть в этом.

— Прежний владелец хранил его в запертом стальном ящике. Но, думаю, не все же время; возможно, камень бывал и рядом с ним. Но не думаю, что от этого был какой-то вред, не повезло именно мне. Это украшение имеет форму вашего мира, так?

— Не совсем, — поправил Айш. — Таким наш мир был в глубокой древности, до катастрофы. После нее первозданный облик сохранила лишь северная вершина, на юге она сильно пострадала. По крайней мере, об этом сказано в тайных географических записях, что хранились в нашем архиве.

— Кайра уже рассказывала. Вот что хочу сказать: я никогда не слышал про ваш мир, и про то, что в него можно попасть, тем более не слышал. В тот день, когда я первый раз увидел эту штуку, со мной случилась неприятность. Я упал с крыши высокого дома и должен был погибнуть. Но вместо этого оказался в камере Дата, посреди начертанной на полу пентаграммы. На что угодно готов поспорить, что ваш друг здесь ни при чем, или почти ни при чем. В тот раз камень меня спас. И сегодня он опять это сделал. Не знаю, что у этого булыжника на уме, но он не только вредит, но и защищает. Такие вот у меня мысли.

— Похоже, что так, — кивнул Айш. — Нам всем очень повезло, что у тебя есть такой оригинальный охранный амулет. Жаль, что не знаем всех его функций.

— Нам повезло, что у нас есть Ойя. От нее куда больше толку, чем от меня, моего амулета и топора Дамуса. Я вообще бесполезен. Их не берут пули в голову, это крах всех моих представлений о борьбе с темными силами, я просто раздавлен.

— Если голову отсечь, вампир погибнет. Твоя пуля тоже может его убить, но не уверен, что пробьет костяные пластины, защищающие грудь.

— Они умирают, если попасть в сердце?!

— Сердце у них окружено жизненно важными нервными узлами, при удачном попадании смерть почти мгновенная. Но спереди и сзади там защита: крепкая кость, точнее — нечто на ее основе, но более крепкое. По сути — броня. По бокам защита гораздо тоньше, но кровососы не подставляют эти места, да и попасть в подмышку не так просто.

— Буду знать. Тот, кто прислал этих тварей, крупно просчитался. Появись здесь маги вроде Ойи, мы бы сейчас не разговаривали.

Айш улыбнулся, покачал головой:

— Все не так просто, Леон. Они прислали тех, кого не жалко: кровососов. И согласия у тех, разумеется, не спрашивали.

— Мне казалось, что вампиры у вас вне закона. Те же церковники ни за что не станут их использовать.

— Верно. Но это удобный инструмент, а великие Дома любопытны, тайные темные исследования — не такое редкое дело. К тому же некроманты — все еще наши враги, могли сработать и они, или их агенты. По сути от магов не требовалось ничего, кроме внедрения программы в мозг Вайджа, все остальное в нужный момент должен был сделать портальный амулет. Так что могли сработать даже церковники. То есть их могли использовать на первом этапе.

— Неужели могущественную церковь так легко можно привлечь к такому темному делу?

— Влезть в разум Вайджа — не такое уж темное дело. Клирики такое допускают. Обо всех последствиях они могли и не знать, это уже дело хозяев амулета. Именно у них был доступ к кровососам. Голодной стае не надо приказывать убивать, без указаний все сделает. Технология порталов отработана лишь для нескольких частных случаев, и этот к ним вряд ли относится. К тому же существует мнение, что, чем ближе к северу, тем слабее магия, а мы забрались очень далеко. Честно говоря, мнение спорное, лично я считаю, что это не более чем предрассудок, сохранившийся с тех времен, когда юг покрывал пепел, а на севере зеленели леса. Но в это безо всяких доказательств верят почти все. Маги не любят умирать, они попросту не стали рисковать, решили, что кровососы справятся самостоятельно. К тому же ни для кого не секрет, что на крайнем юге адептам некоторых школ работается легче, а Срединный хребет — непредсказуемое в плане магических аномалий место, здесь силу приходится использовать очень аккуратно. Видел работу Ойи ночью?

— А это можно было не заметить?

— Она кинетик, будто дубиной исполинской бьет. Да, руки и ноги при этом может оторвать, но чтобы едва пожар не возник… Не было такого раньше, это непредсказуемый эффект, сказывается то, что мы забрались в сердце Срединного хребта.