Поцелуй тьмы - Брендон Александер

— Что ты на меня так уставилась? — спросил скейтбордист.

Потрясенная Прю закрыла глаза, помотала головой и пробормотала:

— И—извини.

— Ничего, — ответил парень. — Лучше дай свой телефон.

Она открыла глаза. Он выглядел вполне нормально. У Прю мороз пробежал по коже. Что же происходит? Она помотала головой:

— Я не раздаю свой телефон направо и налево.

Парень поднял брови, слегка обескураженный.

— Ну, если передумаешь, то всегда сможешь отыскать меня здесь. — Он бросил скейтборд на дорожку, вскочил на него и покатил прочь.

Прю вздохнула с облегчением, глядя на то, как он присоединился к своим друзьям. Они смеялись и похлопывали его по спине, будто бы он стал соучастником небольшого чуда. Парень был намного моложе Прюденс, и целовала она его с дикой страстью.

«Почему же после того, как я с кем-то целуюсь, у меня возникают такие страшные видения? — думала Прю. — С чего же все началось? Не могу понять».

«С ресторана, — дошло до нее внезапно. Первое видение случилось в „Дрожи“. Я решила, что от шампанского, но ведь сегодня я ничего не пила».

Прю затряслась всем телом, но так и не смогла отогнать овладевшее ею чувство ужаса. Что-то было не так. Она потерла лоб, почувствовав внезапно навалившуюся усталость. «Наверное, я подхватила грипп или что-то еще», — подумалось ей.

Наклонившись, Прюденс подняла с земли «летающую тарелку» и медленно зашагала по траве к своим сестрам.

— Что ты там вытворяла? — спросила Фиби. — Как ты могла целоваться с незнакомцем?

— Мне он показался знакомым. И вообще, с кем я целуюсь — не ваше дело. Я… — Прю неожиданно замолчала, удивляясь себе самой. И откуда только у нее взялся такой резкий тон?

Она попробовала собраться с мыслями, но не смогла. Мозг как будто не хотел подчиняться. «Что же случилось? — размышляла Прюденс. — Я не могу сосредоточиться. Просто думаю о том полночном поцелуе и хочу, чтобы он повторился».

— Прю, ты здорова? — спросила Фиби обеспокоенно.

— Я не могу ничего толком объяснить… Вижу красивого парня и чувствую непреодолимое желание поцеловать его, — ответила она, не в силах понять своих ощущений.

Прюденс чувствовала не просто желание. На нee находила какая-то одержимость.

— Твое поведение на праздновании Нового года я могу понять, — заметила Фиби. — Там все целовались — такой уж момент наступил. Но чтобы с незнакомым парнем на скейтборде…

— Разве ты не делала того, о чем пришлось бы пожалеть? — спросила Прю, пытаясь объяснить сестрам то, чего не понимала сама. Страшные видения, как живые люди превращаются в трупы, мучили и пугали ее.

— Мы все наделали много такого, о чем теперь жалеем, — ответила Пайпер.

Фиби засмеялась:

— Я, например, встречалась с парнем, который настаивал на том, чтобы носить летом кожу..

— Да уж, — Пайпер тоже засмеялась и зажала нос пальцами. — Фу.

Прю было не до шуток — она чувствовала напряжение во всем теле. Меньше всего ей хотелось слышать смех. Сильнее всего она жаждала целоваться. И сила желания просто пугала ее.

Она затравленно посмотрела на сестер и произнесла:

— Вам может по казаться странным, но у меня как будто… поцелуйная зависимость.

— Ну ты даешь, сестричка, — заметила Пайпер. — Зависимость бывает лишь алкогольная или наркотическая, а не поцелуйная.

— Думаешь, я не знаю? — ответила Прюденс. У нее раскалывалась голова. На чем бы она ни пыталась сосредоточиться, все мысли сходились к одному — ей хотелось поцеловать кого-нибудь еще. Найти и поцеловать.

— Прю, мне не кажется, что последний поцелуй доставил тебе удовольствие, — произнесла Фиби.

— Ты не совсем поняла, — ответила Прюденс, беря ее за руку. — Когда я прекратила целоваться, то пожалела о том, что начала. Потом пожалела, что поцеловалась в первый раз, еще в полночь.

— Тогда почему же ты продолжаешь, если потом сожалеешь? — удивилась Фиби.

— Не знаю! Знаю только, что должна целоваться! — заорала Прю. — И целуюсь с кем хочу и когда хочу!

Она отпрянула, пораженная собственными словами. Сестры глядели на нее, словно на безумную.

— Прю, что с тобой? — спросила Пайпер.

— Ничего! — огрызнулась та. — Вы просто не понимаете.

Она швырнула им «тарелку» и зашагала прочь. Как же достали ее бестолковые сестры! Она устала им объяснять, да и вообще, их не касается ее жизнь!

«Нет, касается, — возразила она сама себе. — Я хочу, чтобы они поняли. Чтобы помогли мне разобраться в происходящем. Нужно рассказать им о видениях. И я расскажу, но только попозже.

А сперва еще поцелуюсь».

Прошло два дня. Пайпер дрожащими руками положила телефонную трубку и уставилась в окно, лишь краем уха улавливая, о чем разговаривают сестры.

«О, какие бедные люди, — думала она. Пожалуйста, пусть им станет лучше. Пожалуйста, пожалуйста, пусть им станет лучше».