Ведьма по ошибке - Анна Бруша

Сначала я обрадовалась:

– Раз я тебе не подхожу, верни меня домой. Пожалуйста!

Мужчина молча развернулся и зашагал прочь.

Видимо, он не собирался исправлять то, что сделал. Просто закинул меня… Ладно, пусть будет «другой мир». Полная безответственность и безнаказанность.

Я побежала за ним.

– Подожди! Ты действительно можешь меня вернуть домой?

Не сбавляя шага, он кивнул.

– Тогда я расстегну. С магией или без. У нас слепые люди учатся, даже рисуют, – горячо заговорила я, повисая у него на руке. – В конце концов, можно же натренироваться расстегивать чертовы браслеты и с завязанными глазами! Ну или как там это работает!

К счастью, он остановился, и мы вновь вернулись в подворотню.

– Знаешь, многие, очень многие ведьмы предпочли бы умереть, чем освободить демона.

В его глазах заплясали красные всполохи.

– Я просто хочу вернуться домой. Меня очень мало волнуют демоны, ведьмы и другая нечисть.

– Тебе будет сложно…

– Сложности меня не пугают…

– Какое-то время я смогу появляться рядом со школой и помочь тебе. Но никто не должен догадаться, что ты слепая. Никто не должен знать, что ты видишься со мной, если ты, конечно, не хочешь долго и мучительно умирать.

Я кивала. Непонятность ситуации пугала, но я решала такие задачи, что притвориться и симулировать, что вижу то, чего не существует, казалось не таким сложным.

– Так как я попаду в эту школу? Мой конвоир, наверное, вусмерть пьян!

Прямо сейчас это было самой серьезной проблемой.

– Пришлось ему внушить, что он хочет выпить со старым другом. В поезде или в школе сложнее поговорить, и я не сомневался, что ты выйдешь. – Демон выразительно пожал плечами.

– Как внушить?

Удивительное дело! А если ему нужно было бы переправить кого-нибудь реально опасного? То есть можно внушить, что очень хочется отпустить преступника?

– Все равно не поймешь… Возвращайся, скоро он придет в себя.

– А почему тогда ты не мог внушить какой-нибудь ведьме, что тебя нужно отпустить? – спрашивала не сколько из любопытства, а с чисто практической точки зрения.

– Как же мало ты знаешь о магии…

Мужчина на моих глазах стал менее «плотным», он словно таял.

– А как тебя называть? – автоматически спросила я, хотя меня куда больше занимало, как человек может просто взять и исчезнуть.

– Ведьма, твоя безграмотность ужасает!

Он усмехнулся и пропал окончательно.

Оставалось только одно – вернуться в бар и заставить моего провожатого, как там его… доставить меня в школу. План пока прост: школа – браслет – дом, милый дом.

Зайдя в бар, я нашла Рома на том же месте и в том же положении, в каком его оставила. Ничего не изменилось, разве что теперь все пространство перед приятелями было заставлено пустыми стаканами. Ром поднял на меня глаза, с явным трудом стараясь сфокусировать взгляд. Его щеки приобрели свекольный оттенок.

– А ты еще не в школе, – заплетающимся языком промямлил он.

– Нет.

– Извини, друг. Работа – прежде всего!

Мой конвоир похлопал товарища по плечу. Тот скосил глаза и уронил голову на сложенные руки. Раздался очень странный звук, который можно было бы охарактеризовать как храп комара.

Ром поднялся. Было видно, что он сохранял вертикальное положение только на чистом упрямстве.

– Я должен… – Слова отняли слишком много сил.

Его ощутимо штормило и конкретно заносило влево.

– В школу… вмиг переместимся… – с пьяной убежденностью сказал он.

Не знаю, как насчет перемещения, но в таком состоянии любое действие, связанное с движением, представляет угрозу. Пришлось брать инициативу в свои руки.

– На поезде поедем! – рявкнула я.

– А поезд ушел, – с радостной улыбкой сообщил Ром.

Но он облокотился на меня, и мы побрели в сторону вокзала.

– Ща перемещу…

– Не надо!

– Ща…

Он попытался вытянуть руку.

– Вперед! – заорала я во всю мощь своих легких.

Он посмотрел с уважением, видимо, привык выполнять приказы без вопросов и возражений. Хотя кто знает, что происходит в мозгу, затуманенном алкоголем? Не агрессивен, и то прекрасно.

Как мы дошли – отдельная песня. Я молилась, чтобы эта туша не отключилась по дороге. На вокзале Ром рухнул на лавочку и прикрыл глаза, намереваясь погрузиться в сон.

– Билеты и деньги, – скомандовала я.

Ноль реакции. Сломался. Просто повалился набок и заснул. Пришлось обшарить карманы. Извлекла мешочек с монетками. Билеты удостоились детального осмотра. Вся фишка заключалась в том, что они были совершенно обыкновенные, с отрывной полоской для контроля. Черным по белому была напечатана станция отправления (Гриания) и пункт назначения (Заж).

Поработав с моим шефом, я могу организовать даже невозможное. Не так уж сложно поменять билеты. Решительно направилась к кассе, где состоялся диалог:

– Здравствуйте, мне нужно поменять билеты.

– Вы ведьма? – с подозрением спросили меня.

Пришлось кивнуть.

– Документы?

А вот с этим проблема… Тут началось.

– Понимаете, – осторожно начала я, – там, на скамейке, в отключке…

Согласна, ситуация внештатная.

Но мне удалось! Во-первых, обменять билеты за разумную плату (с увеличением класса комфорта). Во-вторых, организовать доставку тела моего сопровождающего в вагон. В-третьих, купить ему лекарство от похмелья и воду (да, я добрая!). В-четвертых, пообедать в ресторанчике (придется Рому взять эти расходы на себя). И, наконец, в-пятых – разобраться в денежной системе, ориентируясь на размер и цвет монеток-кругляшей.

После обеда настроение было прекрасным. Единственная странность заключалась в том, что, когда я просила кофе, меня не поняли. Чая у них тоже не оказалось. Официант даже несколько раз уходил посовещаться с коллегами. В итоге я получила чашку с горячей водой, в которой плавали лимонные корочки.

Чеки и билеты я аккуратно сложила в кошелек. Порядок – прежде всего.

Я вернулась к скамейке. Ром продолжал мирно спать. Не украли сокровище. Оглядывая пеструю толпу, поразилась одному очень важному открытию. Джинсы. Их здесь не было. За целый час я не увидела ни одного человека в джинсах! На вокзале… Это очень и очень странно!

Поезд прибыл ко времени. Я руководила двумя крепкими носильщиками, которые, кряхтя и отдуваясь, втащили бесчувственное тело в поезд. Проводник был на удивление приветлив и понимающе кивал, когда я объяснила, что мой спутник боится поездов.