Кровь королевы - Морвейн Ветер

– Западные укрепления горят. Варвары взяли Карна-Ост.

Алаур оглянулась на Вейла. Тот был хмур.

– Справимся, – сказал генерал. – В королевстве сейчас тихо. А варвары не могут долго держать осаду.

Раньше, чем он успел договорить, ещё один гонец ворвался в комнату, отталкивая в сторону предыдущего. Безумными глазами он окинул стоявших внутри и без прелюдий, на выдохе, отчеканил:

– Амбары горят, Ваше Величество.

Алаур рванулась через всю комнату и за грудки вздёрнула в воздух всё ещё улыбающегося посла.

– Мы в двух днях пути, д’Хорн – прошипел Аркендам, – мы пересечём Приречье, лишь когда Шриаф будет признан коро…

Последние слова утонули в предсмертном хрипе.

Алаур отпустила руку, позволяя бездыханному телу осесть на пол и, взяв со стола салфетку, аккуратно отёрла лезвие ножа.

– Любой, кто в моём доме назовёт имя другого короля – последует за ним.

Она бросила взгляд на запыхавшихся гонцов. Затем на Вейла.

– Этих – накормить. И созвать совет. Срочно.

– Что с варварами? Я бы посоветовал…

– Я приму командование. Займитесь советом, Вейл. Все должны быть здесь не позднее полудня.

К полудню Совет собран не был. Не был он собран и к закату. Алаур стояла меж зубцов каменных стен Керр-Ис, наблюдая, как бьются на ветру разноцветные стяги.

– Командир? – спокойный голос Кхару за спиной.

– Почему не в зале совета? – бросила Алаур равнодушно, не посчитав нужным обернуться.

– Жрицы всё ещё нет, Наречённая. Мы начнём без неё?

Алаур покачала головой.

– На Совете должны быть все.

– Врагу этого не скажешь.

– Вы будете объяснять Преподобной, почему решение было принято без неё?

– Война, моя королева, – Кхару повысил голос.

– Знаю. Но ей не в чем будет меня обвинить. Позовите Вейла, мы обсудим дело втроём. А совет пусть ждёт. Он сейчас не поможет.

Кхару кивнул и исчез в тени.

Вейл появился через пару минут вместе с Кхару, непривычно встревоженный. Только когда оба командира приблизились, Алаур отвернулась и пододвинулась в тень за каменным зубцом, чтобы избежать возможного выстрела.

– Итак, больше ждать некого, – проговорила она.

Вейл кивнул.

– Эления может быть на стороне врага.

Алаур метнула короткий взгляд на командира.

«Любой может быть на стороне врага», – крутилось на языке, но она смолчала и заговорила о другом.

– Их порядка тысячи. Но наши стены неприступны. Мы бы спокойно отсиделись в городе, если бы не предательство. Очевидно, что дом Аркендам в сговоре с горцами.

– Если будем тянуть, – сказал Вейл, – Аркендам ударят с тыла.

– Город выстоит, – отрезала Алаур, – но у нас нет продовольствия. Есть отчёты со складов?

Кхару кивнул.

– Сгорело почти всё. Еды на неделю.

Алаур чуть слышно зарычала. Всё сделанное за год шло прахом.

– Нашли поджигателей?

– Казнили виновных и невинных, но под пытками не признался никто.

– Так не бывает. Разве что предатели – сами палачи.

Кхару покачал головой.

– Ничего не могу сказать, моя королева.

Алаур перевела взгляд на Вейла.

Тот прошёл чуть в сторону, разглядывая собирающуюся у стен армию.

– Выходить смысла нет, – сказал он, – потеряем армию – не сможем отразить атаку Аркендамов.

– А если послать за помощью? – Кхару осёкся, столкнувшись с ледяным взглядом Алаур. – Империя может прийти… – закончил он тихо.

– Империи нет до нас дела, – отрезала Алаур, – нам надо готовиться к осаде. Город выдержит хоть десять армий, если у нас будет продовольствие, а у них нет. Сейчас осень, урожай едва собран. Надо выслать лазутчиков и собрать всё, что есть, с окрестных ферм.

– Тогда останемся без посевов на будущий год, – произнёс Вейл с сомнением.

– Если этого не сделаем мы – сделают они, – Алаур посмотрела на Кхару, – подберите людей. Организуйте перевозку. Фермеров тоже забирайте в город, там, под копытами врага, им делать нечего.

Кхару кивнул.

– Пока совет не соберётся в полном составе, будем встречаться втроём, каждое утро и каждый вечер. Здесь, на стене. Я буду ждать отчёта, Кхару, а ты, – Алаур повернулась к Вейлу, – организуй расследование. Мне нужно знать всю цепь предателей.

Вейл кивнул.

– Больше не могу, – бросила Алаур, – я иду спать. Если что-то сдвинется с места – будите немедленно.

Барабаны били приветствие детям полуночи, покидавшим свои кареты и двигавшимся вдоль разукрашенных гирляндами аллей императорского парка. Полная луна озаряла блестящие грани каскадных прудов и сверкала бликами на драгоценностях гостей.

Ивон ступила на землю первой, будто желая проверить, не ходит ли та под ногами, и только следом за ней из экипажа выбрался Данаг. Оба вампира были при полном параде – Данаг в белоснежной рубашке с пышным жабо, в темно-синем, в цвет его глаз, камзоле, грудь украшала драгоценная перевязь. Ивон – в платье с широкой юбкой, бордовом, как кровь, и с разукрашенным драгоценными камнями веером в руках.

– Ненавижу праздники, – бросил наместник, не глядя на подругу, – война честнее, хоть там и так же шумно.

Ивон усмехнулась.

– Хватит ныть, мой друг. Здесь можно отвоевать земли, которые не отдадутся силе меча.

Данаг хмыкнул.

– Вручишь подарок и можешь отправляться домой, – смягчилась его спутница.

– А ты? – Данаг недовольно наморщил нос. – Я всё ещё жду свой приз.

Тонкая улыбка тронула губы Ивон.

– Развлечёшься со своей новой девчонкой.

– Неужто ревнуешь? – с деланным удивлением поитересовался Данаг.

– Не будь дураком.

Ивон развернула наместника лицом к себе и, не вдаваясь в бесполезные объяснения, впилась в его губы страстным поцелуем. Данаг не колебался ни мгновения. Он плотнее притянул к себе Ивон и прижался бёдрами к её бёдрам.

– Награда, Ивон, награда, – прошипел Данаг в алые губы, – не играй со мной, всё равно проиграешь.

Ивон фыркнула. Легко ответив на движение таким же покачиванием бёдер, она резко отстранилась.

– Переживёшь.

Не говоря более ни слова, она направилась прочь.

Данаг задержался. Протянув дверцу внутрь кареты, он помог выбраться оттуда мужчине, закутанному в чёрное покрывало до самой макушки. «Подарок» был на полголовы выше самого Данага, под руку с ним вампир чувствовал себя дураком.