Дом Дверей: Второй визит - Брайан Ламли

– Это еще что за черт? – Тарнболл стоял на коленях, осторожно ощупывая руку.

– Ты был вооружен, – просто объяснил Джилл. – Клешня служила тебе оружием ничуть не хуже, чем пистолет-пулемет. Ну, оружие стало для тебя бесполезным, и синтезатор принял меры.

– Ты точно это знаешь? – Тарнболл поднял выроненную клешню, но сделал это с опаской.

– Да, – ответил Джилл тем рассеянным голосом, какой уже доводилось слышать его друзьям, и глаза его смотрели на огромный кристалл таким же странным, отсутствующим взглядом. Тут он слегка пошатнулся и поднес руку ко лбу, но Анжела оказалась на месте и не подпустила к нему других.

– По-моему, ему удалось, – прошептала она. – Он понимает кристалл, синтезатор, а тот понимает его.

Джилл резко вышел из транса, взмахом руки велел им отойти от кристалла и прохрипел:

– Сюда идет… Сит! Точь-в-точь, как в прошлый раз – когда у него все пошло наперекосяк, когда синтезатор перестал на него работать. Он направляется сюда, чтобы выполнить свою грязную работу сам. Он может оказаться здесь когда угодно.

Джилл оказался прав в одном и не прав в другом. Да, Сит направлялся сюда, но не как в прошлый раз…

Дожидаясь Сита, они ухаживали за Фредом Стэннерсли. Тот все еще не пришел в себя, но уже то и дело что-то невнятно бормотал, лежа навзничь на плоской, покатой поверхности камня.

– А у него нет двери, – указала Анжела.

– Возможно, Спенсер сумеет это объяснить, – отозвался спецагент. – Ну, когда закончит заниматься тем, чем он там ни занимается. – Ибо Джилл стоял чуть в стороне, и все его внимание приковал к себе Дом Дверей. Установив взаимодействие, он больше не пользовался для связи с ним скорпионьим жалом-антенной, а просто смотрел и слушал. И был уверен в том, что кристалл тоже смотрит и внимательно слушает его. Но теперь это получилось легче, ему не требовалось сильного сосредоточения.

Он расслышал замечание Анжелы и ответ спецагента и произнес:

– Фреду Стэннерсли дверь не нужна. Он и есть дверь! Он действует в качестве компонента синтезатора или, скорее, тот действует через него. Но он всего лишь человек и не способен этим управлять. А пока он без сознания, синтезатор не в состоянии управлять им.

– Это имеет какой-то смысл, – согласился с озадаченным видом спецагент. Пожав плечами, он покачал головой и повернулся к Анжеле:

– Жаль, что ты вообще спросила об этом!

Внезапно Джилл весь напрягся, отступил на два шага от кристалла.

– Сит не терял времени даром, – сообщил он. – Он соорудил себе новую конструкцию. Один из немногих видов оборудования, какие еще позволяет ему задействовать синтезатор.

– Соорудил себе новую конструкцию? – повторил за ним спецагент, когда они пятились от кристалла, который снова принялся вращаться. – За каким чертом?

У него же есть Баннермен, не так ли?

– Но ведь Конструкция Баннермен в прошлый-то раз его подвела, – напряженно ответил Джилл. – И потому, на этот раз он… – Дверь под номером тринадцать со щелчком стала на центральное место. На ней не было никакого молотка: эта дверь открывалась только со стороны Сита, из центра управления синтезатора: ни этот раз он не станет рисковать! Какой-то миг дверь оставалась неподвижной, а затем расширилась до тех пор, пока обсидиановая грань не сделалась шириной с три двери. И, наконец, она разбилась вдребезги, вылетев на валявшийся снаружи щебень осколками черного камня, когда через нее проломилась новая конструкция Сита.

Сперва они подумали, что это скорпион; да это и был скорпион, но с несколькими украшениями. Больше клешней, больше глаз, шедших по волнистому ребру его покрытого хитиновой броней панциря, и жало… бывшее больше, чем просто жалом.

На самом-то деле это был Сит-Баннермен или, по крайней мере, верхняя половина его. Поднимаясь, изгибаясь вперед на хвосте скорпиона, жало покачивалось, как и прежде, так как на две трети длины оно оставалось просто-напросто жалом. Но последняя треть представляла собой торс Сита Баннермена. У него имелись руки, а ног не было… но впрочем, зачем ему ноги, когда у него имелся хвост скорпиона? И словно какой-то сверхъестественный, гибридный кентавр, он обозревал ландшафт не только глазами на голове у Баннермена, но и глазами скорпиона, охватывая одним взглядом всю сцену.

Шестеро спутников попятились, а затем повернулись и бросились бежать под аккомпанемент криков Джорджа Уэйта:

– И как же нам с этим бороться, Спенсер? Черт, у нас же нет никакого оружия для борьбы с таким!.. А также нет никаких дверей, которыми можно воспользоваться.

Джилл подхватил Фреда Стэннерсли, и спецагент оказался рядом и подсобил ему. Кину Суп прыгал и верещал, побуждая других бежать дальше, в то время как Барии поджал хвост и дунул напрямик к крутому склону отрога. Он и впрямь набрел на правильную идею, так как вся группа Джилла последовала за ним.

Но хотя Барни-то мог успеть забраться, Джилл знал, что остальной группе этого не суметь. У них не осталось ни времени, ни сил для такого восхождения. И когда они все остановились у подножья усыпанного щебнем склона, Фред Стэннерсли начинал приходить в себя. Добежав до склона, Джилл с Тарнболлом бесцеремонно уронили Фреда на осыпь из щебня и земли и повернулись лицом к чудовищному гибриду.

А гибрид Сита-Баннермена со скорпионом стремительно несся к ним, и синтетические глаза Баннермена горели темно-малиновым светом, а голос его свистел, как ветер, когда он прокричал:

– Игра окончена. Спенсер Джилл. Она могла бы продлиться еще немного времени, но нет же, вы принялись жульничать. Ну, вы не можете утверждать, будто я не предупреждал вас на этот счет. В любом случае, раз вы не можете играть по моим правилам, то я просто заберу у вас мяч. Мяч и все остальное. Но, в основном – ваши жизни.

Фред Стэннерсли пришел в себя и дергался, чего-то бормоча там, где его уронили на мягкую землю.

– Джилл! – охнул он. – Спенсер… повязка на голове!

Гибрид Сита и скорпиона остановился; он подступил чуть-чуть поближе, раскрыв клешни и разведя их широко в стороны для того, чтобы охватить их всех.

– А ты! – голос Сита взревел, как огонь под мехами, и глаза запылали безумием. – Джек Тарнболл, ты проклятый неандерталец! Ах, как же ты делал все, на что способен, все, что в твоих силах! Но как ты скоро убедишься, все твои силы недостаточно велики. Я разорву тебя на части кусочек за кусочком, медленно-премедленно. Разорву на кусочки вас, мужчин… и раздеру вас, женщин… – Крабьи ноги угрожающе зашевелились, и скорпион подступил еще ближе.

Но Джилл увидел, на чем сфокусировался взгляд большинства его кристаллических глаз, и ощутил самое безотлагательное желание Сита. И тут ему вспомнились его же собственные слова: «Фреду Стэннерсли дверь не нужна… Он действует в качестве части синтезатора… Синтезатор действует через него!»

Так почему бы не допустить это? И Джилл упал на колени, сорвал повязку с глаз и лба Фреда Стэннерсли, приподнял его и дал увидеть то, что же происходит.