Позднорожденные - Екатерина Шельм

Да не возьми они ее с собой, сейчас уже праздновали бы новую эру!

— Проклятье, — пробормотал Нилан, вспомнив, что именно он указал Джону на Софи в соседней камере. — Возможно, Синай прав, мне действительно стоит укоротить язык, — пробормотал он.

Джон посмотрел на него и смягчился. Наверное подумал, что Нилан сожалеет о своих словах уговоров. Нилан кисло улыбнулся, поддерживая его в этой мысли.

— Решение за тобой, — сказал Нилан, почтительно склоняя голову. Они как раз подходили к стенам старого города. Нилан остановился. — Ты хотел бы отстроить их? Хотел бы войти сюда как победитель, как герой своего народа? Как спаситель?

Джон молчал.

— Нам приходится приносить жертвы, Шахране. Без них нет борьбы. Посмотри на Эльтана, он сказал, что больше не потеряет любимых, а раз не случилось победы, предпочел больше никогда и никого не любить.

— Разум не властен над сердцем. Ты говоришь злые слова лишь для того, чтобы я прислушался. — Джон посмотрел на него пристально и недоверчиво.

— Я никогда не менял сторону, Линар. И сейчас не изменю. Я пойду до конца, и думал, что ты тоже.

— Я должен подумать. Возможно, Владыка лишь проверяет меня.

— Проверяет? Что проверяет?

— Есть ли у меня сердце.

Нилан хмыкнул.

— А что если нет? Откажешься от нашего шанса ради смертной девы?

— Решение за мной. И я приму его сам, — отрезал Линар.

Нилан вздохнул.

— Ты в своей воле, Шахране. Мне не по рангу тебя поучать.

Джон посмотрел на него, прищурив глаза.

— Что ты будешь делать, если я передумаю? Если захочу остановиться?

Нилан усмехнулся.

— Этого не будет. Иначе и я, и Синай в тебе ошиблись, не так ли?

Джон угрюмо посмотрел на разрушенные крепостные стены Сиршаллена.

— Ты всегда давал мне мудрые советы. Ты помог мне зайти так далеко, как я и не чаял добраться. Твоя помощь неоценима.

Нилан склонил голову.

— Но ты не в моей свите. Мое решение тебе не указ.

— Ты спрашиваешь меня, сделал бы я все сам, если бы мог?

Джон смотрел на него прямо и напряженно.

— Нет. Ты знаешь, что придется сделать, чтобы защитить народ. Я не могу сделать этого без слова владыки, и ты не можешь.

— Я был готов это сделать…

— Всего лишь мимолетная блажь.

— От которой ты уберег меня.

Нилан пожал плечами.

— Это долг любого верного друга.

— Ты уберег меня… ты и Софи.

Нилан нахмурился. Ему не понравилось, что разговор завернул в такое русло.

— Твоя дева может остаться подле тебя.

— Она не останется. Я скажу ей правду, и она возненавидит меня.

Нилан в изумлении приоткрыл рот.

— Что ты сделаешь? Линар, ты ведь шутишь?

— Я открою ей истину, я так решил.

Нилан в шоке покачал головой.

— На что ты рассчитываешь, Шахране? Что она войдет в наше положение? Она человек. Оставь все как есть, и она будет рядом с тобой всю свою жизнь в покое и любви. А что будет, когда ты расскажешь ей?

— Лгать своей госпоже я не стану.

— Тогда открой ей это позже. Когда все будет сделано. Не нужно, чтобы она знала, это лишний риск для нас.

— Софи не предаст меня.

— Ха! Ты в этом так уверен?

— Она моя госпожа, — отрезал Линар.

— Она захочет защитить свой народ и будет права. Что ты будешь делать тогда? Запрешь ее как ханти?

Линар нахмурился.

— Ты боишься доверять людям, Нилан. Считаешь что в их сердцах нет ни верности, ни благородства. А я знаю Софи.

— Ты наивен, Джон. Молод, наивен и влюблен. Не говори ей, а если скажешь — будь готов. Это еще один мой тебе совет.

Линар кивнул, и они вместе пошли обратно в город.