Трон Знания. Книга 5 - Такаббир Эль Кебади

После подвала кабинет показался жарко натопленной баней. Перед внутренним взором возникли Тася, Анатан, их дочка, дремлющая на коленях Адэра. Раскрасневшийся после парилки, одетый в рубаху из домотканого полотна, он выглядел счастливым. Тогда он ещё не знал, что через несколько дней будет висеть на цепи и питаться объедками.

Оторвав взгляд от огня в камине, Эйра посмотрела на Брата.

Он положил на стол ключ от помещения, где якобы держали заложников. Охнув, схватился за предплечье и промолвил извиняющимся тоном:

– Судорога. С непривычки.

Не в привычке дело, а в ветонской крови, разбавленной двумя поколениями.

– Хлыст что-то передавал на словах?

– Нет. Сунул ключ и сказал, чтобы я проваливал.

– Никому не говори о ключе. Хорошо?

Брат кивнул и вышел из комнаты. Людвин устремился за ним.

– А ты куда? – окликнула Эйра.

– Отберу ребят покрепче.

– Стой!

Людвин потоптался на месте. Усевшись на диван, застучал каблуками ботинок пополу не в состоянии контролировать нервы:

– Думаешь, это ловушка?

– Не знаю. Давай немного подождём.

Короли редко покидают трон добровольно. Из памяти всплыли слова Иштара: «Чтобы сохранить корону, из неё выковыривают драгоценные камни». Вроде бы фраза не ко времени и не к месту, но… Последний драгоценный камешек, напоминание о прошлой жизни, лежит под простынёй в холодном подвале. Теперь никто не докажет, что это сын Хлыста. У него развязаны руки, а насильников он исам может наказать. Зачем ему моруна?

С таким умом и везением Хлысту ничего не стоит улизнуть от Крикса. Где только онне был: в каменоломне, в лагере смертников, в «Провале», на асбестовой фабрике. И всего-то заработал подагру и потерял глаз. За два с половиной года подчинил себе многотысячный город, пустил щупальца в другие города. Страшно подумать, сколько ещё людей он замучает до смерти, сколько ещё мешков с ушами получитКрикс.

Эйра подошла к окну. Снег прекратился. Небо над зданием с закрашеннымистёклами приобрело тёмно-фиолетовый оттенок. Скоро рассвет. Лишь бы Адэр не надумал заняться сексом. Она слишком слаба, чтобы выдержать ещё и эту боль. После нового года у Адэра не было ни одной любовницы. Кенеш говорила, что онздоров, только похудел сильно. Видимо, Луанна взяла его в оборот.

Эйра позвала охранителей. Задержала взгляд на Драго. Красивый мужчина – ветоны все красивые. Но сейчас, после стольких часов напряжения, после леса, подземного туннеля и бессонной ночи, Драго смотрел на неё, как с иконы: лицофарфоровое, глаза бездонные, умиротворение в каждой чёрточке.

– С минуты на минуту пожалует Хлыст. – Эйра опустилась в кресло, потёрла грудь. – Я поведу его банду в Ведьмин парк.

– Одна? – насупился Талаш.

– Одна. Мебо, запрёшь за нами двери в колодце. Драго, поедешь к Криксу. Не разрешай его людям входить в город.

– Почему я? – возмутился Драго. – Для этого есть защитники.

– С ними и поедешь. Если ослушаешься, я с тобой распрощаюсь. – Эйра протянулаТалашу ключ. – Освободишь заложников. Людвин, разошлёшь Братьев по городу. Пусть кричат на каждом углу, что надвигается буря.

– Надвигается буря? – переспросил духовный отец.

– Не знаю, – ответила Эйра. – Позаботьтесь, чтобы на улицах никого не было. Навсё про всё у вас три часа. Не думаю, что мы доберёмся до леса раньше.

– А если Хлыст не придёт?

– Вы спрячетесь в подвале.

– А ты? – поинтересовался Драго.

– Вы спрячетесь в подвале, – повторила Эйра, борясь с желанием отправить его к Криксу немедленно.

За домом, скорее всего, следят люди Хлыста. Запаникуют.

Отпустив охранителей, Эйра посмотрела на Людвина:

– В резиденции правителя живёт человек, которого я люблю больше жизни. – Поймав на себе взгляд исподлобья, улыбнулась. – Его зовут Мун.

– Знаю такого. Хороший старик. Ворчливый немного, но добрый.

– Когда всё закончится, сходи к нему, поклонись за меня в ноги и попросипрощения.

Людвин откинулся на спинку дивана, потёр лицо:

– Скорее бы проснуться.

Как-то Адэр спросил: «Сколько живёт верховная жрица?» – и не получил ответа. У морун много тайн, это одна из них. Жрицы от Бога рождаются крайне редко, каждая должна исполнить особое предназначение. Некоторые претворяют в жизнь замыслы Творца долгие годы, кто-то озаряет мир короткой вспышкой и гаснет, как искра. Какое предназначение приберёг Бог для неё – жрицы, покинувшей своих сестёр и отрёкшейся от сана? С сущностью, которая ворочалась в кулаке, надеяться на что-то светлое было глупо.

– Хочу написать письмо.

– Бумага и ручка в боковом ящике, – сказал Людвин и, покачиваясь взад-вперёд, зашевелил губами. Молится.

Держа в руке лист, Эйра мысленно выводила слова, нанизывала их как жемчуг нанить. Писала о своих мечтах и несбывшихся желаниях. О горé счастья, которую отдаёт ему. Обещала стать ангелом-хранителем его детям. И сожалела, что не смогла сделать его счастливым.

Сложила лист вчетверо, провела кулаком по сгибам, подоткнула уголок под ножку настольной лампы:

– Отдай правителю.

– Запечатать не хочешь? – спросил Людвин. – В ящике есть конверт.

– Не хочу, – усмехнулась Эйра.

Духовный отец был увлечён молитвой и не заметил, что она не прикоснулась к ручке.

В кабинет заглянул Драго:

– Идут!

Шагая рядом с ним по коридору, Эйра проговорила:

– Ты уберёшься из города. Обещай мне.

– Обещаю, – кивнул охранитель.

Братки, одетые в шубы и тулупы, затаскивали в дом молитвы дорожные сумки ичемоданы. Зыркали на Братьев, столпившихся на балконе второго этажа, косились на Хлыста и Эйру, стоявших в сторонке.

– Это не все, – прошептала она, скользя взглядом по сатанинскому сборищу.

Воздух, наполненный жёлчью и ядами, застревал в горле. Эйра с ужасом думала, чем ей придётся дышать, находясь с этими мразями в замкнутом пространстве в течение трёх часов.

– Остальные – шантрапа, – сказал Хлыст. – Трусы, суки, крысы, воришки, посредники. Таким мой Тормун был не по карману. Он уже с ними?

– Кто? – спросила Эйра, испытывая нестерпимое желание пойти в душ. Одежданапиталась едким воздухом и жгла тело.

– Тормун. – Хлыст прижал искривлённый палец к уголку глаза. – Он уже с мамкой?

– Да, он уже счастлив, – ответила Эйра и заметила, как в единственном глазу расширился от радости зрачок. Крупица человечности до сих пор не покинулаХлыста. – Как они собираются бежать с чемоданами?