Республика воров - Скотт Линч

– Да, я себе душу разбередила.

– И из-за этого решила отыскать недостатки в нашем воспитании? Не надо. Послушай, мы обманом живем, а вот себе лгать не имеем права – никакой пользы нам это не принесет.

– Локк, но ведь мы только и делаем, что лжем самим себе, понимаешь?! Мы же должны быть богаты, вольны как ветер, жить в свое удовольствие, как хотим, где хотим… К нашим ногам честные простаки должны груды золота швырять… А вместо этого мы торчим в Картене, во власти проклятых магов, и только и думаем, как бы отсюда живыми ноги унести.

– Знаешь, когда на меня такое настроение накатывало, Жан меня оплеухами в чувство приводил. – Локк отхлебнул пива. – Ты как-то очень близко к сердцу все принимаешь. Цеппи тебе не рассказывал о золотом принципе теологии?

– О чем?

– Понимаешь, этот принцип содержит в себе истинную подоплеку любой религии, служит универсальным объяснением человеческой природы.

– И в чем же он заключается?

– Ну, как объяснял Цеппи, жизнь – это очередь на раздачу дерьма, и в ней каждый занимает отведенное ему место, сойти с которого нельзя. А как только, получив свою порцию, начинаешь себя поздравлять, что, мол, все стерпел… вот тут-то и выясняется, что очередь закольцована.

– Даже в моем возрасте приходится признать, что это очень точное объяснение.

– Вот видишь? Я же говорю, универсальное, – ухмыльнулся Локк. – Я, как обычно, передергиваю и жульничаю, когда прошу тебя не принимать жизнь близко к сердцу. Самому себе в своих слабостях признаваться трудно, а вот учить других от них избавляться – легче легкого. А чем ты себе душу разбередила?

– Понимаешь, я не люблю, когда меня за ниточки дергают, как марионетку… Особенно когда я сама себя за них дергаю… Вот об этих ниточках я в последнее время и размышляю. Пытаюсь понять, откуда что взялось.

– Ах, вот оно что… – Локк рассеянно отодвинул кружку. – Вы, сударыня, пытаетесь разобраться в своих противоречивых чувствах относительно вашего покорного слуги. И думаете, какое бы решение приняли, если бы нас с вами не связывали давние узы…

– Тьфу ты! – Сабета швырнула в него скомканную шелковую салфетку. – Перестань. А то мне чудится, что все мои мысли у меня на лбу крупными буквами написаны.

– Да будет тебе! Ты мои мысли всегда читаешь, как по книге.

– Я хотела от тебя избавиться…

– Не очень-то и старалась. Ну согласись, не старалась ведь, правда? Да, ты позаботилась, чтобы у нас возникли некоторые затруднения, но втайне мечтала, чтобы мы с Жаном сбежали с твоего дурацкого корабля и вернулись в Картен.

– Ох, не знаю… Я хотела с тобой увидеться, но в то же время хотела от тебя избавиться. И даже на ужин соглашаться не собиралась, вот только отказать тебе не смогла. Понимаешь, я не… Локк, я не хочу превращать чувства в привычку. Я хочу сама выбирать, кого любить. Я хочу сделать верный выбор, понимаешь?

– А я вот о выборе даже не задумывался, с той самой минуты, как тебя увидел. Ну, помнишь, я тебе рассказывал? Ты меня тогда чуть с крыши не спихнула…

– Сам виноват. И вообще, у меня такое желание часто возникает, даже если крыши подходящей нет.

– Ох, шальная ты женщина, Сабета. Впрочем, только таких и стоит любить.

– А тебе-то откуда знать? Ты же больше ни в кого не…

– Понимаешь, я с самого начала решил облегчить себе жизнь, потому и влюбился в самую шальную женщину на свете – чтобы других не искать.

– Ты снова меня очаровывать пытаешься? – Она сжала ему пальцы и отняла руку. – Я пока не собираюсь поддаваться твоим чарам, Локк Ламора.

– Пока не собираешься?

– Да, пока не собираюсь. Рано еще.

– Что ж… – Локк вздохнул: вечер складывался не самым лучшим образом, совсем не так, как хотелось, но это все же не давало поводов для раздражения. – Похоже, мне в Картене придется преследовать две цели. Продолжим трапезу?

– Нет, давай вернемся на берег.

– И как ты намерена это сделать? С помощью катапульты? Или на гигантском воздушном змее?

– Один блистательный уход запоминается надолго, а вот второй будет дурным тоном. Не хватало еще, чтобы эти утонченные жители западных краев решили, что каморрцам хорошие манеры неведомы.

На берег Локк и Сабета вернулись в лодке с бархатными подушками и на удивление молчаливым гребцом. Локк сидел бок о бок с Сабетой, оба почти не разговаривали. Светильники на барке освещали темные воды гавани белым и голубым сиянием, а ночной воздух то и дело расчерчивали бледные огненные полоски, мерцающие, как светлячки, а их отражения дрожали в озерной глади.

– Это пламенницы, – шепнула Сабета. – Картенские ночные бабочки. Говорят, они рождаются на закате, а с рассветом умирают.

– Мы с тобой тоже ночные жители, – вздохнул Локк. – Только живем дольше.

У пристани стояли две кареты.

– Для него и для нее? – уточнил Локк.

– Нам пора возвращаться к нашим лентам и розеткам, к нашим делам и обязанностям, к нашим телегам, полным горючих алхимических смесей… – Сабета подвела Локка к первой карете и распахнула дверцу. – Кучер довезет тебя до гостиного подворья Жостена и там вернет тебе Жановы топорики.

– Спасибо… Значит, до встречи через три дня? – Локк взял ее за руку; Сабета не отстранилась, и он закусил губу от радости. – Ну, соглашайся. Тебе же хочется.

– Договорились. Через три дня. Я карету за тобой пришлю, но на этот раз ты выбирай, где мы ужинать будем. Надеюсь, у тебя было время с городом поближе познакомиться.

– Еще как! – Он поклонился, поцеловал ей руку и сел в карету. – Позволь предложить тебе еще один совет…

– Предлагай. – Сабета захлопнула дверцу и поглядела на Локка сквозь зарешеченное окошко.

– Не кори себя. Мы такие, как есть, и любим тех, кого любим. И оправдываться за это ни перед кем не обязаны… даже перед самими собой. Помнится, я тебе что-то подобное уже говорил.

– Спасибо. – Она тронула замок на каретной дверце. – Да, мы такие, как есть. Кучер тебя к Жостену отвезет и там выпустит. Дверь изнутри не откроется, как бы ты ни старался.

– Что? Погоди! Ты что удумала…

– Приятной поездки! – Она весело помахала ему и дважды стукнула по стенке кареты. – Кстати, возвращаю тебе твоих любимцев – ты, наверное, по ним соскучился.

Едва карета тронулась, в потолке открылась потайная дверца, из которой дождем посыпались змеи.

12

– Ну и что еще происходит? – нетерпеливо спросил Локк в зале приемов.

После увлекательной поездки в карете, полной неядовитых, но весьма недовольных змей, он уже второй день подряд не отрывался от чтения бумаг, изучения карт, распределения средств, проверки списков и прочей канцелярской работы – на плутни и хитроумные проделки времени не оставалось.