Реквием по солнцу - Элизабет Хэйдон

Краем взгляда сенешаль уловил внизу какое-то движение. Он повернулся и посмотрел на Фергуса: управляющий торжествующе размахивал руками.

Майкл перевел взгляд в сторону каменной стены, возле которой, над волнами и черными зазубренными рифами, раскачивались на веревках солдаты. Ветер принес их голоса:

— Здесь внизу пещера, милорд!

— Я знал! — выкрикнул сенешаль, возбужденно потирая ладони. — Продолжайте спускаться!

Он наблюдал за восходящими потоками воздуха, соленые брызги летели ему в лицо, но тут он уловил необычный звук, какую-то вибрацию, задевшую его барабанные перепонки. Он отмахнулся от нее, как от назойливой мухи, но неприятный звук становился все громче, все сильнее и вскоре стал почти болезненным.

Майкл повернулся и посмотрел на восток, туда, где начинался мыс.

Из серой дымки возникли три человека, точнее, два и еще один, находившийся чуть в стороне. Он замер немного левее, неясная фигура, окутанная туманом и сливающаяся с каплями дождя. Майкл и не заметил бы его, если бы не меч с сияющим голубым клинком.

Меч со старой земли.

«Кирсдарк, — удивился Майкл. — А я-то думал, что он исчез вместе с Островом».

Голос демона, вечно звучащий у него в голове, внезапно смолк, и у сенешаля впервые за долгие века появилось ощущение, будто он остался один в своем теле.

Одетый в черное высокий человек, стоявший справа, вдруг резко поднял вверх руку — казалось, он хочет кого-то остановить.

Внутри собственного сознания Майкл ощутил взрыв — это запаниковал демон, он метался и сыпал проклятиями на древнем языке своей расы.

«Дракианин», — с отвращением прорычал демон.

Майкл окинул быстрым взглядом человека, стоявшего между охотником на демонов и обладателем Кирсдарка. Когда-то он был высоким, но теперь его плечи поникли, возраст и время брали свое. Казалось, его сутулую фигуру может унести даже легкий бриз.

— У меня нет на это времени! — взвыл сенешаль. — Убирайтесь!

Акмед испытывал муки ритуала Порабощения, когда человек, к которому их привел Маквит, начал махать на них руками:

— У меня нет на это времени! Убирайтесь!

Ирония происходящего настолько потрясла его, что он едва не прервал ритуал, пытаясь подавить сухой смешок, вырвавшийся из его груди.

«Какое подходящее ему придумали имя, — подумал Акмед, очищая разум от посторонних мыслей. — Зловонное Дыхание».

Он напряг поднятую левую руку, призывая все четыре ветра, чья сущность давала силу ритуалу Порабощения.

«Биен», — беззвучно позвал Акмед. Северный ветер, самый сильный. Он открыл свою первую гортань и пропел его имя; звук отразился в его груди и первом желудочке сердца. Акмед поднял указательный палец, чувствительную кожу на кончике защипало, когда его коснулся порыв ветра.

«Джэн», — мысленно прошептал он. Южный ветер, самый стойкий. Дракианин призвал его на помощь второй гортанью, использовав второй желудочек своего сердца, и ощутил, как закручивается южный ветер вокруг его среднего пальца. Пульсации воздуха стали сильными и четкими, и он продолжил ритуал, использовав третью и четвертую гортани и оставшиеся желудочки сердца.

«Льюк». Западный ветер, ветер справедливости.

«Зэс». Восточный ветер, ветер утра. Ветер смерти.

Подобно нитям паутины, потоки ветров повисли на пальцах Акмеда, ожидая его команды. Четыре ноты слились в одну.

Человек, стоявший на конце мыса, с ужасом смотрел на дракианина, затем как будто сбросил наваждение и обнажил меч.

Тайстериск вылетел из ножен, добавив свой голос к реву урагана. Он шипел и выл, словно шторм, терзающий скалы.

Пальцы Акмеда сжались, грациозным движением он метнул сеть, сплетенную из четырех ветров, опутывая ею демона, обитавшего в теле Майкла.

Он связал нити ветров, после чего намотал их на ладонь.

Эши, заметивший сигнал, вышел из тумана своего волшебного плаща.

— Где моя жена? — резко спросил он, и над морем раскатилось многоголосие дракона: сопрано и альт, тенор и бас, — звук отражался от земли и падал в пропасть, возле которой они стояли.

Майкл улыбнулся и показал на юго-запад, где в море виднелась тень корабля.

— Обслуживает команду, — елейным тоном сообщил он, и его улыбка стала еще шире. — Они по очереди развлекаются с ней. Не сомневаюсь, что пошел уже третий или даже четвертый круг. Я и сам использовал ее семь раз. Как в прежние времена. И это будет повторяться снова и снова.

В груди Эши расцвела ярость, он сделал шаг вперед, но остановился, дожидаясь знака, что ритуал Порабощения начался.

Акмед резко отвел руку назад, и все нити ветра натянулись.

Глаза Майкла округлились. Даже на таком расстоянии Эши заметил, что белки его глаз подернулись серой пеленой.

Тело слегка дернулось в сторону Акмеда.

Песня дракианина, от которой все внутренности Майкла как будто скручивались в тугой узел, стала громче.

Медленно приближаясь к краю пропасти, Акмед заметил, что Эши поудобнее перехватил рукоять Кирсдарка.

Майкл застыл на месте, словно пораженный ударом молнии.

До сенешаля оставалось всего несколько шагов, и Акмед еще сильнее натянул нити ветров.

Рука Майкла с зажатым в нем Тайстериском дернулась назад.

Эши начал приближаться к нему, подняв Кирсдарк, по клинку которого струились сине-голубые блики.

И в этот момент мощным ударом Майкл рассек воздух между собой и Акмедом, разрубив нити ритуала Порабощения.

Майкл сделал угрожающий жест в сторону Акмеда, и тот почувствовал, как ему сдавило грудь, оборвав его могучую песнь на полу ноте.

А в следующее мгновение мощный порыв ветра швырнул его далеко в море.

53

ЭШИ НЕВОЛЬНО отступил на шаг, когда король болгов упал с утеса. Он подбежал к самому краю и направил свой меч в сторону беснующегося прибоя. Используя собственную связь с морской стихией, он приказал волне подхватить дракианина и унести его в сторону от острых рифов. При этом Эши прекрасно знал, что, спасая Акмеда от опасности разбиться о скалы, он подвергает его опасности утонуть.

Майкл закинул голову и расхохотался. Ветер подхватил его голос, — торжествующее ликование человека, хриплое хихиканье демона.

— Ты пошутил, да? — поинтересовался он у Эши, который с отчаянием вглядывался в серые волны, пытаясь обнаружить Акмеда. — Ты думал, что сумеешь удержать меня при помощи ритуала Порабощения? Я повелеваю ветрами, глупец. Я и есть ветер, Огненный Ветер, Ветер Смерти.

Его голос внезапно охрип, присутствие демона стало более отчетливым, вокруг голубых глаз появились красные ободки.